Большая часть новостроек в Алматы и Нур-Султане - это монолитные высотки. А вообще, кто-нибудь проверял, насколько они безопасны для жизни? Ведь ни разу этого не делалось за годы, что эти дома появлялись, а строятся они весьма активно.
Я аплодирую чиновникам от образования! Это искусство - делать такое благо, которое никому не нужно. Я про то, что вместо школьной формы можно надевать что-то в классическом деловом стиле.
Совсем скоро мы будем отмечать 30-летие закрытия Семипалатинского ядерного полигона. Полигонщики надеялись, что к этой дате правительство наконец-то примет справедливый закон по социальной защите граждан, пострадавших от испытаний, ведь для таких надежд были все основания.
Всю сознательную жизнь моим единственным транспортным средством был спортивный велосипед. У меня никогда не было ни автомобиля, ни водительских прав, ни желания иметь то или другое. Зато намерение получить с меня деньги за несуществующий транспорт появилось у других.
В 2015 году по прямому поручению Елбасы Нурсултана НАЗАРБАЕВА в Кодекс “О здоровье народа и системе здравоохранения” внесли изменения, благодаря которым в стране появился санитарно-эпидемиологический аудит - независимая проверка требований в сфере санэпидблагополучия населения на объектах.
Почти накануне вступительных экзаменов в творческие вузы от многих коллег слышу, что сокращается подготовка керамистов, ювелиров и других традиционных мастеров: дескать, молодежь даже на гранте обучаться не хочет.
Горожане возмущены: деревья не поливают, и они засыхают. Я вижу огромное количество больных и гибнущих деревьев. Как специалист, скажу: да, поливать их необходимо, тем более в такую экстремальную жару. Но сейчас проблема не в отсутствии полива.
Вот уже четыре месяца, как из аптек Нур-Султана исчез алматинский лечебный уксус, а вместо него фармацевты предлагают российский… пищевой. Да еще без инструкции, да еще в пластиковой бутылке! Куда смотрит Минздрав?
История про женщин, устроивших драку вместо диалога с чиновниками здравоохранения, показательная. Вначале была информация, что многодетные матери пришли требовать лекарства для детей-инвалидов и не получили внятного ответа. Затем появилась версия, что это антиваксеры устроили скандал.
Мне приходится часто читать: “Что ты сделал, чтобы изменить ситуацию? Плохо работают КСК? А посещаешь ли ты общедомовые собрания? Распиливают бюджет, ничего не делают для народа... А принимал ли ты участие в общественной жизни города, обсуждал текущие проекты, встречался с депутатами?”
Сейчас о воде и водоснабжении не говорит только ленивый. В одном из недавних номеров газеты “Время” опубликовано целых три статьи на эту тему: Give Yakor the Water please! о проблемах села Якорь близ Петропавловска, “Спасти Уил” по ситуации в Актобе и “Пандемия, от которой нет вакцины”, где все, кроме Министерства экологии и природных ресурсов Казахстана, выражают озабоченность и тревогу по этому вопросу.
Казахстан, безусловно, должен принимать вынужденных переселенцев, то есть беженцев, спасающихся от военных и межнациональных конфликтов, террористических актов либо экологических катастроф. Такие обязательства есть у каждого государства - члена ООН перед международным сообществом. Предусмотрены и базовые требования: обеспечить их жильем, едой и медицинским обслуживанием.
Наши чиновники не интересуются реальным положением вещей. Вместо того чтобы продумать кампанию по вакцинации, решили, что народ достаточно напуган ковидом и никого убеждать не придется. В крайнем случае остается еще административный ресурс. Вот только этот ресурс может наломать дров. Но об этом тоже, кажется, никто не задумывается.
Госкомпании создаются там, где нет бизнеса. Когда появляется рынок, они должны передать ему эти объемы. Но этот процесс, несмотря на заявления с высоких трибун о сокращении квазигоссектора, намеренно тормозится. Министерства и комитеты не хотят отказываться от “своего бизнеса”.
Коронавирус - неумолимое заболевание, которое весь мир никак не может победить, оказалось более коварным, чем мы предполагали. Переболев им, человек может через некоторое время обнаружить недуги, которые дремали в организме. И разбудил их именно COVID-19. Так случилось с моей подругой, которая сейчас борется с онкологией. Рак выявили после того, как она вроде бы успешно перенесла коронавирус.
Если взглянуть на Семей с высоты птичьего полета, мы увидим, что свыше 70 процентов территории - частный сектор. Есть города Казахстана, в которых частный сектор более благоустроен, чем районы многоэтажек. Но в Семее частный сектор в своей массе лишен минимальной инфраструктуры. При этом окраины Семея, которые мы привыкли воспринимать как что-то незначительное, на самом деле не окраины. Это и есть сам город. Семей состоит из поселков и окраинных районов. Однако этот факт десятилетиями игнорируется чиновниками.
Неделю назад мы с группой туристов чуть не застряли в степи: возвращались из Туркестана и не могли найти солярку для заправки автобуса. В такие моменты понимаешь, как реальная ситуация во внутреннем туризме может в одно мгновение загубить все прежние наработки. В общем, отрасль развивают не программы, созданные в кабинетах чиновников, а жизнь…
Есть риск, что пока мы вакцинируем большинство населения, те, кому сделали прививку, уже растеряют все свои антитела. Я внимательно наблюдаю за удачным зарубежным опытом, где удалось массово привить своих граждан, и понимаю, что мы делаем не так.
Первый раз порезы на руках у дочки обнаружила, когда ей было чуть больше тринадцати. Мы тогда на всех парусах входили в подростковый период. Психологи сразу поправят меня: “Надо говорить не мы, а она, иначе это созависимость”. Но какая тут на фиг созависимость, когда подростковые проблемы катком прокатываются по родителю: ты, как парашютист в тандеме, держишь партнера в охапке и молишь небеса, чтобы все прошло благополучно.
Недавно знакомый рассказал, как отвозил жену в роддом и в их автомобиль врезался подросток на электросамокате. О том, что его жена чуть не родила от страха уже в машине, думаю, говорить излишне. Подобные истории, наверное, может припомнить каждый алматинец - и хорошо, если обошлось без пострадавших.
