Лариса БОЯР: Мы не иждивенцы!
Как мы уже сообщали, 13 мая истек срок административного ареста члена правления общественного объединения “Оставим народу жилье” Ларисы БОЯР. Сегодня мы беседуем с ней об условиях содержания в спецприемнике для административно арестованных и о движении “несогласных”, за участие в котором активистка поплатилась свободой.
- На митинге я не была, - говорит Лариса Бояр. - Утром 28 апреля меня возле дома уже ждали полицейские с моей фотографией и данными вплоть до цвета волос, глаз, роста и веса. Я потребовала, чтобы они сразу составили протокол задержания, как это положено по закону. На что мне ответили, что меня не задерживают, а приглашают для беседы. Полицейские вели себя очень корректно, поэтому я поехала с ними. Когда меня привезли в УВД Медеуского района, там уже находилось около 20 человек, которые собирались идти на митинг. Все они были задержаны так же, как и я: кто в магазин вышел, кто мусор выносил. Вечером того же дня состоялся суд, мне дали 15 суток. Хотя я уверена, что это незаконно. Ведь ответственность наступает по факту, а это были превентивные меры.
- Как сиделось?
- С бытовой точки зрения - ужасно. Но человек ко всему приспосабливается. И условия мы себе на третий день улучшили. Правда, пришлось повоевать. Мы узнали, сколько денег выделяется в день на питание каждого арестованного...
- И сколько?
- 709 тенге. На эти деньги можно более-менее нормально питаться. Уж точно не баландой - заваренной кипятком крупой. Что касается санитарно-гигиенических норм, то они, коль уж так написано, должны соблюдаться. Раз есть душ - значит, мы имеем право им пользоваться. Отношение сотрудников, в принципе, было неплохим. Каждый день к нам приходила медсестра, уточняла, как мы себя чувствуем, нужны ли какие-то лекарства. Были прогулки - по часу в день. Причем если раньше в спецприемнике каждую камеру выводили на 15 минут, то мы гуляли строго по распорядку: написано 1 час - значит, гуляем ровно час.
- Хорошо, давайте поговорим о движении “несогласных”, за участие в котором вас и посадили. Многие считают: так называемые “несогласные” просто дурью маются. А вас, ипотечников, вообще называют халявщиками...
- Я часто читаю в Интернете комментарии к статьям про ОНЖ. И там действительно постоянно проскальзывают слова “халявщики” и “нахапали”. Но среди тех людей, которые сейчас работают в ОНЖ, нет ни одного халявщика. У всех действительно единственное жилье. Да, может быть, изначально среди нас были люди, которые думали, что посредством организации смогут решить свои проблемы наскоком и очень быстро. Но проблема не решается уже в течение четырех лет. И мы бьемся за каждую копейку, за каждый пункт договора займа. Так что здесь сейчас собрались люди, которые уверены: нужно работать по закону. Да, есть граждане, требующие списать им все долги. Но таких мы сами считаем халявщиками. Нереально требовать списания всех долгов - это просто социальное идживенчество! Если мы брали деньги - их нужно отдавать. Вопрос сводится к тому, как и сколько. Мы ведем разговор о неоправданно высоких процентах, о неправомерных комиссионных, которые банк не должен взимать. Мы бьемся над тем, чтобы договоры были приведены в соответствие с законодательством. Пусть сделают все по закону, и мы будем отдавать долги.
После всех передряг у нас вырисовывается структура организации, ее ядро. Люди уже “битые” и пуганые, остаются те, кто может и за себя постоять, и помочь другим, и повести за собой народ. Активисты, которые полностью лишены чувства иждивенчества, а выступают как граждане и патриоты своей страны.
Мадина АИМБЕТОВА, Алматы, e-mail: aimbetova@time.kz, фото Владимира ТРЕТЬЯКОВА
