Жанаозен взорвала коррупция

Как коррупция одновременно повлияла на события в Жанаозене и экологию в Казахстане? Нельзя давать или только брать? Что делать владельцам автомобилей с киргизскими номерами? Почему индекс коррупции для страны стабильно плохой? На эти и другие вопросы наших читателей сегодня отвечает исполнительный директор OФ Transparency Kazakhstan Сергей ЗЛОТНИКОВ (на снимке).

Дмитрий, Алматы:
Как бороться со стихийной торговлей возле Зеленого базара? Полицейские, которые приезжают, кажется, всех их в лицо знают, по-дружески обнимаются. Мы, жители района, уже не знаем, куда обращаться.
- С одной стороны, зарплату поднимать полицейским. Другое дело, если они живут за счет того, что обирают этих бабушек, то и бабушкам надо разрешить где-то торговать. Жителям нужно обращаться в районный или городской акимат. Именно там должны решать проблему совместно с полицией. Нужно написать заявление в ДВД соответствующего района.

Аян, Алматы:
Сергей, скажите, пожалуйста, как закон относится к взяткодателям, а не только к мздоимцам?
- Несколько лет назад дачу взятки приравняли к уголовно наказуемым преступлениям. Если взятка составляет больше 2 МРП, то статья предусматривает до двух лет лишения свободы с конфискацией имущества. Надо знать, что ответственность несут не только те, кто берет, но и те, кто дает.

Ермек, Алматы:
Кому жаловаться на сотрудников дорожной полиции и как доказать тот факт, что гаишник не побрезговал взяткой?
- Во-первых, взятку лучше не давать, тогда и доказывать ничего не придется. Во-вторых, у полицейского есть жетон с номером, если он стоит на посту, есть телефоны службы собственной безопасности полиции, есть телефон доверия 144 - финансовая полиция, но при этом надо учесть, что вы сможете доказать факт дачи взятки или вымогательства. Необходимо будет предоставить видео или другие свидетельства. Я сам водитель и хочу сказать, что в большей степени автолюбители сами предлагают взятки, отказывайтесь, пусть полицейский составляет протокол. Тогда проблема автоматически разрешится.

Любовь Михайловна, Алматы:
Мой сын долго собирал деньги на автомобиль. Купил машину в Киргизии. Теперь нас лишают последнего. Сергей, скажите, кто виноват в сложившейся ситуации и что с этим делать?
- Безусловно, людей жалко. Но надо сказать, что все знали об этой лазейке. Сейчас нужно разбираться, как эти машины пересек­ли границу. Если их оформ­ляли как положено, то вопросов будет меньше, но большинство завезли автомобили как туристы или гости и ездили по доверенности. Все, что сейчас можно сделать, - быстрее продать машину. Это не правовой вопрос, это вопрос того, что люди каким-то образом пытались обойти запреты по ввозу машин в Казахстан. Запреты эти не очень приветствовались, как мы помним. Но рассматривать нужно каждую конкретную ситуацию отдельно. Вопрос: может ли гражданин Казахстана эксплуатировать автомобиль другого государства? Ответ - нет. Я, конечно, могу гнев на себя навлечь, но люди пытались обойти закон. Другое дело, если здесь вопрос коррупции стоит, то тогда надо разбираться. Если департамент таможенного контроля оставил следы, есть шансы выиграть суд, а если их просто ввезли, тогда ничего не попишешь.

Карлыгаш Жакияева, Алматы:
По Конституции никто не может подвергаться дискриминации по возрасту при реализации трудовых прав, но я с августа не могу через суд опротестовать незаконность приказа об увольнении. 22.08.2011 г. издается приказ о расторжении трудового договора в связи с достижением пенсионного возраста. Я решила через суд добиться того, чтобы признать незаконность приказа! Как расторгать то, чего нет? Ссылка приказа на ст. 240 в данном случае незаконна, так как имеется ответ департамента соцзащиты об отсутствии трудового договора.
- Я всегда говорю, отвечать на подобные вопросы, не имея документов, для юриста это все равно, что вырезать аппендицит по телевизору. Если человек достиг пенсионного возраста, то ему начинают выплачивать пенсию. Все остальные моменты регулируются трудовым договором и на усмотрение работодателя. Если не было договора, то спрашивать не с кого. Очень много зависит от формы собственности предприятия: частное или государственное. У нас много подобных обращений, и когда начинаем разбираться, выясняется, что не выплачивались налоги, зарплата “черная”, потом сложно что-то доказать. Или часто испытательный срок человек проходит без договора и бесплатно. Это тоже нарушение.

Тимур АХМЕТОВ, Алматы:
Известны ли вам факты прямого рейдерства с учас­тием казахстанских государственных структур?
- Есть так называемое беловоротничковое рейдерство, где захватывают контрольный пакет акций компании. Это на Западе. У нас же рейдерство существует в других формах. Партнеры создают ТОО, АО, потом не могут их поделить и начинают выяснять отношения сначала в суде. Потом каждый начинает привлекать свои связи, зачастую и в правоохранительных органах, вплоть до “закрытия” партнера, с тем, чтобы забрать бизнес. Как юрист я не могу называть конкретные примеры, но в поле нашего внимания такие дела есть. Попытка принять закон против рейдерства ничего не дала. Плюс ко всему очень сложно в таких случаях доказать факт рейдерства и наказать виновных.

Heinz, вопрос с сайта газеты “Время”:
Почему не изымают земли в заповедной зоне, которые были проданы бывшим акимом Виктором ХРАПУНОВЫМ?
- Сразу скажу, что изъятие незаконно, поскольку это чья-то частная собственность. Вопрос этот поднимался главой государства, и как было объяснено населению, в том числе и мне, у государства нет денег, чтобы все это выкупить. Но такие процессы надо инициировать, так или иначе они затронут большое количество людей, и не только Храпунова. Но тот факт, что строить там нельзя, очевиден - даже с учетом селеопасности. Сейчас идет обсуждение о строительстве Кок-Жайлау, оно вообще подорвет экологическую безопас­ность Алматы. Потом будут разбираться, кто вынес решение. Но этим надо заниматься на системном уровне. А так может получиться, что у одних отнимут участки, другим - дадут.

Журналист, вопрос с сайта газеты “Время”:
Как можно максимально свести к минимуму пагубное влияние коррупции во всех сферах отношений государства с гражданами? И что из того, что предлагает ваш фонд, на практике реализуется в настоящее время государством?
- Сейчас мы проводим исследования по судебной системе. В свое время мы были первыми, кто говорил, что председатели судов не должны дела распределять. У нас были реализованы многие предложения по законодательству. Мы были инициаторами ратификации трех антикоррупционных конвенций в Казахстане. По ЦОНам мы делали несколько исследований. Были у нас исследования по образованию, медицине, а также составление карты коррупции Казахстана, вместе с ОФ “Стратегия” несколько лет назад мы проводили исследования по областям. Мангистауская область - в пятерке самых коррумпированных. И могу сказать, что причина того, что произошло там в декабре прошлого года, - коррупция. Коррупция, на которую долгое время никто не обращал внимания.

Вопрос от редакции газеты “Время”:
Какая динамика с коррупцией в Казахстане за последние годы? На каком мы мес­те, о чем говорят замеры?
- Мы где-то на одном уровне все время. Когда индекс впервые стали подсчитывать 13 лет назад, там было около 99 стран. И Казахстан занимал 66-е место. Сейчас около 200 стран, он занимает примерно 120-е место. Индекс стабильно плохой. И надо выбираться вверх. Переходить к созданию антикоррупционного комитета в мажилисе и маслихатах всех уровней, развивать местное самоуправление, общественный контроль. Да, у нас позиции лучше, чем у многих постсоветских стран, но равняться лучше на Грузию и страны Прибалтики, которые за очень короткое время добились реальных результатов в борьбе с коррупцией.

ISI, вопрос с сайта газеты “Время”:
Есть мнение, что ваша организация финансируется правительством США и продвигает его интересы в Казахстане.
- С 2002 года мы не получили ни одного цента от американского правительства, но если бы даже получили, ничего плохого в этом не вижу. Хотя мы являемся частью международной организации, мы тем не менее казахстанский фонд. Существуем мы и за счет собственных средств, и за счет грантов, ряд проектов мы реализовали по контрактам с казахстанским правительством. Сейчас не то время, чтобы поиски внешних врагов давали позитивный результат. Все наши проекты мы сами пишем и сами реализуем. Кстати, штаб-квартира Transparency International находится в Берлине, и ее трудно отнести к интересам какого-то отдельного государства. Организация является неправительственной международной организацией, имеет свои национальные отделения в 100 странах мира. Создана организация в середине 90-х годов прошлого века против разворовывания кредитов Всемирного банка в странах Африки.

Зарина АХМАТОВА, фото Владимира ТРЕТЬЯКОВА, Алматы