Фокус для дураков

(“Плетенье чепухи”, 16-я тетрадь)

Я увидел ветер

Я, конечно, никакой ни сəуегей-провидец, однако убежден, что фильм “Келін” режиссера и писателя Ермека Турсынова - творение прочное, надолго. Фильм обладает крепким философским стержнем, художественно состоятелен по всем параметрам.
Новизна фильма во всех компонентах завораживает. Все в нем непривычно, нестандартно - и сюжет, и характеры, и фон, и художественный штандпункт, и этнографизм, и подбор актеров, и древние тотемы, и тональность.

Силу фильма задолго до его успеха я сразу же углядел в добротной литературной основе. Упругая, поджарая, мускулистая, живая, полнокровная, динамичная проза.
Сколько же чернил, бумаги, желчи и словес-қасыр сөз извели, споря об этом уникальном эксперименте! Пыль столбом! Осуждали. Возмущались. Ярились. Оскорблялись. Изобличали. Всех шавок-пустолаек науськали. Узрели в фильме унижение казахского Духа. Слезы лили по поводу целомудренной казахской келін, которая за короткое экранное время не тем отдавалась. Смешно и горько! И ведь совсем недавно прокатился по всей Казахии этот вой-хай, ойбай-ойбай.
И я рад, что мой младший друг выстоял. С юмором воспринял неистовый колоброд ультрапатриотов и псевдодухоборцев.
Выстоял и победил. Себя утвердил. Он был прав, сказав: “Вот ветер гонит пыль. Но ты не видишь ветра. Ты увидишь пыль”.
Те, которые видели лишь пыль, наконец умолкли. Выдохлись. Иссякли. Как шаман после камлания. Я, сам художник-творец, увидел ветер. Пыль разгоняющий. Очищающий. Озонирующий.
Я недавно воспроизвел в памяти фильм во всех деталях, прочитал его основу-притчу, киносценарий этнофэнтези и окончательно убедился: мастерская работа, мощно сработана, до нюансов продумана, а потому “Келін” уготована долгая и красивая жизнь.

Своим путём!

Газеты сообщают: Карл-Теодор фон цу Гуттенберг, министр обороны ФРГ, ушел в отставку из-за обвинений в плагиате при написании диссертации.
“Апырай, - подумалось, - это надо же! Из-за какого-то плагиата в диссертации - и в отставку! Наши славные азаматы в таких случаях хоть бы хны!”
Представьте: если бы у нас, в Казахстане, так? Скажем, все чиновники в высоких креслах, “остепенившиеся” запросто за последние двадцать лет (Назарбаев как-то назвал это профанацией - как всегда, очень метко), ушли бы в одночасье в отставку за плагиат и эксплуатацию нанятых “негров”… Вот был бы форс-мажор! Сотни и сотни элитных чиновников - докторов юридических, экономических, политических наук - и вдруг в отставку за какой-то плагиат?
Шутить изволите, батенька!
У нас ведь свой путь развития во всем…

Не болит голова у дятла

Из газет читаю, по телевидению вижу, как у нас, в Казахстане, проходит борьба с коррупцией, или, точнее сказать, с тотальным воровством. Вообще-то это очень смешные потуги. Скорее цирковой номер. Фокус для дураков. Деньги - столь мощное искушение, что никакого сладу с ними нет. Никак не устоять перед их соблазнами, хоть как наказывай, хоть как разоблачай, хоть в каталажку сажай, хоть на кол, хоть перед всем миром осрами. Сказано предками: “При виде злата и ангел с пути свернет”. А что с человека брать? Он ведь слаб и от рождения грешен. Вот сила наживы, а?! Керемет! Ғажап!
Говорят, преступность, терроризм, проституция не имеют национальности. Ложь! Имеют. Очень даже определенную. Национальность не имеют только деньги. К ним особенно тянутся те, кто взобрался-вскарабкался на вершину власти. Формула Маркса “деньги - товар - деньги” ныне несколько изменилась. Более точная формулировка: “деньги - власть - деньги”. Наши пройдохи-алаяки доказывают именно эту истину. Деньги есть - власть купим; власть есть - деньги сделаем. У тех, кто копошится внизу, и денег-то нет, и власть не снится, а потому по этой части у них, как у дятла, голова не болит.
Любопытную мысль высказал польский писатель Болеслав Прус. Вот она в моем более четком изложении. Существуют только четыре национальности независимо от языка:
а) те, о которых знают, откуда у них деньги и на что они их тратят;
б) те, о которых знают, откуда они берут деньги, но не знают, на что они их тратят;
в) те, о которых не знают, откуда у них деньги, но знают, на что их расходуют;
г) те, о которых не знают, откуда деньги и на что тратят.
Разобрались? Теперь вспомните тех азаматов там, наверху, на самом пике власти, которые разоблачают и которых разоблачают, и распределите их по той классификации, которую изложил Болеслав Прус. Получается зримая картина, не так ли? Обхохочешься! И все знают точно, кто куда относится, в каком ауле обитает и откуда дровишки.

Крыша или крышка

Покойный драматург и острослов Калтай Мухамеджанов лет 12-15 назад выдал эффектный афоризм: “Көп жеген - ірі, аз жеген - ұры”. Хлестко и верно. Адекватно перевести афоризм мне не удалось, а смысл такой: “Много слопал - крутой, мало стибрил - вор”. Дело в том, что по-казахски слова “ ірі” и “ ұры” созвучны. А без рифмы не тот смак.
И вот на днях в “Литературной газете” (№4/12) наткнулся на фразу Веселина Георгиева: “Украл крупно - крыша, украл мелко - крышка”.
Вот это и есть искомый адекватный перевод калтаевской хохмы.

Макушкой в небо

Каждый год у нас, в Казахстане, появляется уйма свежеиспеченных генералов, лауреатов, орденоносцев, и некоторые из них прямо-таки шалеют от этих званий-регалий, едва не касаясь от спеси макушкой неба.
Вроде еще вчера был человек как человек, а сегодня черт знает что: ноги под собой не чует и никого вокруг себя не замечает.
Вспоминается обладатель генеральского чина в гоголевской “Шинели”. “Обыкновенный разговор его с низшими отзывался строгостью и состоял почти из трех фраз:
“Как вы смеете?”
“Знаете ли вы, с кем говорите?”
“Понимаете ли, кто стоит перед вами?”
Не стану говорить о наших генералах, депутатах, сановниках-чинушах, но и среди нашего пишущего брата сплошь и рядом сталкиваешься с такими, которые, издав книжонку толщиной с лепесток и получив медальку, - по Гоголю - “сбиваются с пути и совершенно не знают, как им быть”. Заявит с трибуны, что “Волга впадает в Каспийское море”, и выпятит грудь, выкатит глаза, будто только что открыл закон всемирного тяготения. “Эй, ты хоть знаешь, кто стоит перед тобой?!”
Өй, ақымақ! Адыра қал!

В зоне исчезновения

Земных забот полон рот. А тут еще все заметнее языковые проблемы. Во всех уголках мира. Я это знаю, чувствую, ощущаю, с малых лет обитая в сфере трех языков - немецкого, русского, казахского. И везде - увы! - неблагополучно.
Интересно, сколько набатных статей написано о казахском языке за последние, скажем, тридцать лет? Тысячи и тысячи! Монблан! А толк - ей-ей! - невелик. Нет, я, конечно, замечаю сдвиги в лучшую сторону. Но тревога остается. Может, язык и развился вширь (но никак не вглубь), может, больше людей стали общаться на нем, однако совершенно очевидно, что качество языка сильно уступает идеалу. Ой, сильно! Что ни говори, а казахский язык лишился былой мощи и красы. Обескровлен. Поверьте мне: я в нем живу семь десятков лет.
Изъян этот чувствую не только я. И не одна моя душа изболелась. Потому-то кое-кто, должно быть в отчаянии, предлагает помесь казахского с русским. Дескать, так удобнее будет выражать свои мысли. Понятнее. Доступнее. Ну, например, как выражаются сплошь и рядом: “Мен ойлаймын, что біздің народ коленнен тұрады деп”; “нағыз ұйықтайтын погода екен: то дождь, то қар “; “мен молчать етпеймін”; “мен подругамды встречайттадым”; “ойпырмай, дирижердің махайт еткені əртистишно”; “терренкурмен кішкене гуляйттап келейік”.
Это ужасно, если докатился до этого.
“Только такого койыртпаға нам еще не хватало!” - в сердцах написала одна казахская газета. Если такой воляпюк войдет в норму общения, считай, язык погиб: и казахский, и русский. Так примерно коверкали язык российские немцы. Безобразно мешая родной диалект с русским просторечием (стол - Tisch, рыба - Fisch, судомой - Pastbisch; стари баба - alte Frau, тшорни звинья - schwarre Sau).
ЮНЕСКО утверждает: в опасной зоне исчезновения ныне находится половина из шести тысяч языков мира. Американский лингвист Дэвид Хариссон полагает, что каж­дые две недели в мире исчезает один живой язык. Исчезнут якобы 120 языков, на которых говорят в России (см. “ЛГ”, №6/2012).
Каково?

Многие языки дышат на ладан и дрожмя дрожат в предсмертной агонии.
Казахскому языку такая опасность не грозит ни сегодня, ни завтра. Знатоки считают, что если на том или ином языке общается худо-бедно один миллион человек, то такой язык протянет еще не одно поколение.
Но русско-казахская мешанина, на которой говорят ныне и которую кое-кто даже намерен узаконить, у меня лично вызывает страх. Чистота языка - это то, что должно стоять во главе угла неизменно и постоянно. Не то мы очень скоро превратимся в таких дебилов, которых свет не видывал. Я ведь еще сужу и по языку моих российских соплеменников, которые изъясняются на столь причудливом каудервельги, на такой абракадабре, что туши свет. Не хочу, чтобы и казахов постигла такая участь.
…Лет десять назад на одной казахской свадьбе бойкий тамада внес предложение: тосты произносятся только на чистом казахском. Если выступающий вклинивает в свою речь русские словечки, будет платить штраф - по пять тенге за каждое иноземное словцо.
И что получилось?
Во-первых, тосты звучали на редкость лапидарные, совсем не в казахском духе, бескровные, скучные (“Аман-сау болайық”, “Той құтты болсын”, “Бақыт тілеймін”). Во-вторых, две трети гостей сразу онемели, напрочь лишились языка (“ауызын буған өгіздей”). И я ушел со свадьбы в сильно расстроенных чувствах. Оказалось, без русского языка как без воды - “ни туды и ни сюды”.
О да, качество казахской речи остро стоит на повестке дня.

Герольд БЕЛЬГЕР, писатель, рисунки Владимира КАДЫРБАЕВА