18340

Кто, если не мы?!

Как ректор с 37-летним стажем, министр в составе первого правительства независимого Казахстана, я серьезно обеспокоен сложившимся в последнее время откровенно негативным мнением общества о якобы низком качестве вузовского образования, агрессивной критикой.

Кто, если не мы?!

Искаженные факты в прессе, в интернете шокируют не только ректоров, студентов, педагогов, но и бесцеремонно подрывают авторитет всей вузовской системы, усиливают отток талантливой молодежи в зарубежные вузы. Могу понять и министра образования и науки, вынужденного реагировать на подобную лавину негативных оценок. И это в то время, когда ведомство своевременно реализует свои коррективы к действующей стратегии, направленные на повышение качества образования.

Сейчас мы должны объединить усилия для разумных, безошибочных действий, не ограничиваясь лишь критикой. Поэтому считаю необходимым вынести на серьезное обсуждение на уровне парламента с участием министра образования и науки и заслуженных опытных ректоров ведущих вузов самые острые и актуальные проблемы отрасли. Мнения профессионалов в образовании помогут выявить истинное положение дел. Высказанные ими конкретные предложения станут залогом принятия действенных мер, утверждения депутатами конкретного механизма обеспечения качества высшей школы Казахстана. А конструктивная критика некоторых последних нововведений министерства послужит его разум­ному, деловому сотрудничеству с ректорским корпусом, станет проявлением доверия к потенциалу профессионалов.

Безусловно, проблемы в высшей школе есть. Но они пре­одолимы. Нужно только вовремя предельно объективно осмыслить наши реальные возможности, чтобы не допустить неправомерных действий, которые могут только усугубить наболевшие проблемы. Слишком дорого обходятся нам наши ошибки.

Считаю своим долгом поделиться своими соображениями, конкретными предложениями. На мой взгляд, одна из серьезнейших ошибок - это нарушение равенства условий функционирования вузов. Министерство планирует очередное новшество: ранжирование вузов по лигам. Считается, что это обеспечит конкуренцию между вузами, стимулируя переход от низшей лиги к высшей.

Разумеется, здоровая конкуренция всегда полезна. Однако при одном очень важном требовании: абсолютно равных условиях. Но о каком равенстве может идти речь, если у государственного вуза даже и без лиги гарантированное миллиардное финансирование через госзаказы. А частные вузы, даже конкурентоспособные, успешно прошедшие несколько аттестаций и аккредитаций, в том числе зарубежных, в большинстве случаев необоснованно ограничены в размещении в них госзаказа. Где тут справедливое равенство? Между тем государственные лицензии у них абсолютно одинаковые.

Госвузам высшей лиги новая классификация предоставит еще и дополнительные привилегии (освобождение от проверок, полная академическая свобода и т. д.). Согласитесь, тут и до коррупции недалеко.

Считаю, что нет никакой необходимости мудрить, создавая подобные лиги. Тем более что и критерии новой классификации недостаточно продуманы. Гораздо разумнее, чтобы сама рыночная экономика определила, какой из университетов чего стоит. Работодатели, получающие специалистов, смогут со знанием дела выстроить таблицу рангов вуза. А продвинутый, амбициозный современный абитуриент сможет самостоятельно, взвешенно выбрать для себя конкурентоспособный, на его взгляд, вуз. Это его законное право. А неразмещение гранта в выбранном им вузе нарушает его планы.

Размещение в вузе государственного заказа должно напрямую зависеть от результатов конкурса, его данных в рейтинге. Сегодня министерство полагается в этом плане в основном на национальную палату “Атамекен”. Однако результаты рейтинга палаты предпринимателей за 2020 год вызывают сомнение в их объективности. Недопустимо, на мой взгляд, ограничиваться в оценке вузов только данными “Атамекена”. Тем более что его методология вызывает сомнения.

Думаю, нужно тщательно проработать единую, одинаковую абсолютно для всех вузов методологию рейтинговой системы, которая должна быть обсуждена на различных уровнях. Пусть профессионалы в образовании дадут свои конкретные предложения. А пока следует, я считаю, отменить ныне действующий конкурс на размещение госзаказа. Это обеспечит равные конкурентные условия функцио­нирования вузов, предоставит абитуриенту возможность и право самостоятельного выбора места обучения. Если вузы имеют одинаковую государственную лицензию, надо и государственный заказ размещать на равных условиях, согласно их профилю. Независимо от того, частный это вуз или государственный. А если вуз неконкурентоспособный, не надо вообще выдавать ему лицензию.

Полагаю, что свою позитивную роль сыграют вводимые в 2021 году дипломы вузов собственного образца. Это закономерный, правильный шаг министерства. Для работодателей, которые будут руководствоваться данными рейтингов, такой диплом станет на­дежным критерием определения качества выпускника того или иного вуза. Правда, для полноценного эффекта от данного новшества потребуется время.

Согласен с министерством, что нам нужна профилизация вузов. Нельзя дальше допускать, чтобы аграрный или технический вуз готовил учителей. Однако в принципе не согласен с тем, что это право будет предоставлено исключительно педагогическим вузам. Под этот запрет не должны попасть университеты гуманитарного профиля, которые дают будущему специалисту фундаментальную основу универсальных знаний.

Я сам учитель по образованию, выпускник педагогического института (ныне Казахский национальный педагогический университет им. Абая). Отчетливо понимаю, что подобное требование - это вчерашний день…

Как профессионал, я считаю, что конкурентоспособные университеты гуманитарного профиля, в том числе и частные, имеющие значительный опыт обучения современных полиязычных учителей, с полным правом могут претендовать сегодня на полноценную подготовку педагогических кадров. Но новые квалификационные требования МОН ставят их в жесткие рамки: обязательное наличие семи направлений педагогической подготовки. Не надо требовать от них такого широкого спектра специализаций. Ни один педагогический вуз, пусть и государственный, не может обеспечить одинаково высокое качество подготовки абсолютно по всем направлениям. У каждого своя специализация: сильная математика или химия, филологический профиль или информатика. Значит, вполне допустима и разумна дифференцированная специализация по отдельным, наиболее приемлемым для конкретного вуза учительским профилям.

Если мы не учтем всего этого, то усугубим и без того острую проблему дефицита учительских кадров.

Высшую школу буквально лихорадит сегодня от бесконечных изменений требований министерства. Нормативно-правовые акты меняются фактически ежегодно, притом в сторону усиления и без того жестких критериев.

Только один пример: новые правила приема в магистратуру и докторантуру на основе международного сертификата на знание иностранного языка привели к новому оттоку талантливых вузовских выпускников в университеты России.

Идея привлечения к учебному процессу практиков - представителей бизнеса и производства - это своевременный шаг. Но следует строго учитывать, что далеко не все производственники, в том числе иностранные партнеры, имеют возможность работать непосредственно в штате вуза. Значит, эти сегодняшние требования МОН следует пересмотреть незамедлительно в силу их неактуальности и бессмысленности.

Хочу сказать и по поводу завышенных требований к научным публикациям. Они преждевременные. Стоимость публикаций в международных журналах с высоким импакт-фактором запредельно высокая применительно к зарплате вузовских преподавателей. Слабой остается пока англоязычная и информационно-поисковая подготовка ППС. Это мощное препятствие для соискателей ученых степеней и званий, для научного руководства магистерскими и док­торскими диссертациями. При такой принудиловке через несколько лет у нас не будет ни одного доктора PhD, а научная перспектива окончательно потеряет для молодежи свою привлекательность.

У каждого нового требования должен быть разумный предел. Многие признанные ученые Казахстана, даже академики, не имеющие публикаций в подобных журналах, фактически лишены сегодня права на руководство даже магистрантами. Разве это не парадоксально?

Что касается выборности ректоров, то я убежден: первый этап выборов должен проходить непосредственно в коллективе вуза. Открытое голосование по кандидатурам (пусть даже по десяти) выявит из них трех, набравших максимальное количество голосов. Окончательное утверждение предоставить главе государства (для национальных вузов) и государственной комиссии (для государственных вузов).

Еще одной проблемой высшей школы является отсутствие преемственности. Если достигшие пенсионного возраста заслуженные ректоры, деканы, заведующие кафедрами, профессора обладают значительным ценным опытом, таких профессионалов надо сохранять в штате (пусть в ином статусе), чтобы они успели передать опыт преемникам. Президент России Владимир Путин продлил пребывание ректора МГУ Виктора Садовничего еще на один срок, несмотря на его 80-летний возраст. В свое время ректор УКПИ Юмаш Увалиев, проработавший в этом статусе 24 года, был назначен на должность почетного ректора и успешно сотрудничал со своим преемником. Мы обязаны сохранить преемственность в ректорском корпусе.

Считаю целесообразным разделение сегодняшнего министерства на Министерство высшего образования и науки и Министерство просвещения (школьного образования). Непомерно высокая нагрузка на одно министерство и разноплановость функционала снижает эффективность его деятельности. Кстати, и сенаторы, и ректоры вузов, и школьные педагоги поддерживают данное мнение.

Восстановить объективную исти­ну в оценке качества отечественной высшей школы, принять своевременные меры для его повышения - наш профессиональный и гражданский долг.

Ережеп МАМБЕТКАЗИЕВ, президент Казахстанско-Американского свободного университета международного партнерства, академик НАН РК

Поделиться
Класснуть