677

Сознание принадлежит искусству

Как одичание и озверение связаны с историей искусства и почему технари затирают гуманитариев. Именно об этом получился разговор с искусствоведом Ольгой БАТУРИНОЙ, хотя выяснить пытались лишь одно: кому сейчас нужны искусствоведы?

Сознание принадлежит искусству

Ольга - удивительный человек, полная противоположность скучной даме в очках, которая вещает о вечном. Она читает лекции об искусстве школьникам, студентам и сама до дрожи любит музейный мир. Любит, понимает его и совсем не жалеет, что однажды решила стать искусствоведом, а не вольным художником.

- Признайтесь честно: с точки зрения пролетария искусствовед - это же нечто декоративно-бесполезное? Вроде как художник, который сам рисовать не умеет, а другим лапшу вешает на уши.

- Ну да, мы выглядим эдакими бездельниками. Самое грустное, что и сами художники считают, что искусствовед - это неудавшийся живописец.

- А какая от вас на самом деле польза? И почему до сих пор ваш цех не дал стране менеджеров, продающих художников?

- У нас в стране раскручивать художника невыгодно по одной простой причине: класс состоятельных казахстанцев, те, кто, по идее, и является заказчиками, коллекционерами, меценатами, они не видят мир искусства. Нет моды, нет привычки интересоваться, понимать, ценить. На самом деле тут проблема гораздо шире, чем невостребованность казахстанской живописи у отечественного покупателя. Происходит стремительное снижение культурного уровня нашего общества. Я видела, как существовали художники в советскую эпоху, когда идеология была не таким большим препятствием для талантов, зато власть давала заказы, мастерские - да просто они ощущали себя нужными обществу! Сейчас наши художники живут в диком мире, где никому не нужны и где фактически нет для них зрителей.

- Куда же они подевались?

- Я преподаю историю искусства 25 лет. Вначале ко мне приходили студенты, для которых надо было все время готовиться, быть в тонусе, потому что они в институт шли уже с багажом. Сейчас я сталкиваюсь с молодыми людьми, которые, например, не знают никакой мифологии, истории искусства, не читают книги и даже не слушают их аудиоварианты. Они вообще как белый лист, и я с ужасом понимаю, что такое сознание можно заполнить чем угодно. Они поверят всему, потому что не имеют своего опыта. В глубинке еще меньший интерес и доступ к культуре, а искусство прирастает провинцией, это не я придумала.

- Возможно, все начинается со школы, где оптимизировали сначала такой предмет, как мировая художественная культура, затем срастили рисование и труд…

- А еще без конца сокращается количество часов по мировой литературе, мировой истории… Хотя именно гуманитарные знания являются базовыми, они помогают понимать этот мир и свое место в нем, мир чувств, переживаний и сопереживаний. И в результате мы получаем малообразованных людей, у которых нет потребности в культуре, нет привычки кормить чем-то душу.

- Может быть, это правильный процесс развития цивилизации и отмирает ненужное?

- Рим рухнул не под натиском варваров, он сначала разрушился изнутри. Важная задача государства - создавать потребность и возможность получения культуры. Вспомните, в советское время артисты театров и филармоний ездили по аулам, существовали передвижные библиотеки, кино привозили в аулы. То есть в глубинке была бурная жизнь. Сейчас ничего этого нет, и посмотрите вокруг: без доступа к культуре, без потребности в ней мы получаем общество диких людей, которые живут в тревоге, страхе, а обратная сторона тревоги и страха - это агрессия, что мы сейчас и видим. И это ужасно, поэтому искусство не излишество, а необходимость. Мне, как искусствоведу, это абсолютно понятно. Я случайно услышала, что за время карантина произошло 143 попытки суицида подростков, и 61 из них была завершена. Это огромные цифры. На мой взгляд, в них виновато и всеобщее бескультурье. У людей нет того волшебного мира, где человек творит и размышляет.

- С другой стороны, с помощью интернета есть все возможности для изучения искусства и бурной культурной жизни в любой глубинке.

- Терпеть не могу эти разговоры! Гугл не заменит педагога, умеющего структурировать знания. Давайте признаем, что те ресурсы, которыми пользуются не только подростки, но и взрослые, это вовсе не дверь в литературу, театры и музеи мира. Все потому, что “потребление” искусства требует привычки и умения духовной работы. Ту же музыку или живопись надо уметь понимать и переживать. Все переживания на территории духа - это пища для души. Мы в театр идем, чтобы поплакать за кого-то другого, а не за себя. И катарсис наступает, когда ты способен на это.

- Какой может быть катарсис от натюрмортов и портретов?

- Художник это не тот, кто рисует картины, это антенна, которая улавливает нечто в сегодняшнем дне и передает эту информацию. А мы уже находим в ней какие-то свои смыслы, созвучность нашим переживаниям. К сожалению, сейчас наше государство развернуто спиной к культуре - я это абсолютно точно вижу.

- И все-таки вы умеете рисовать или только рассказывать о живописи?

- Конечно умею, я же окончила худграф и прекрасно видела, как другие могут легко и просто делать то, что мне дается тяжело. В какой-то момент мне стало интереснее рассказывать о живописи, исследовать всю эту область.

- Благодаря вам за последние пару лет стали популярны лекции об искусстве. Вы не боитесь “чайников” и умеете рассказывать нескучно о самых серьезных вещах. Как это получается?

- За это коллеги иногда даже считают меня слишком попсовой. Есть ведь стереотип умного и скучного искусствоведа, но я считаю, так происходит, когда ему важно продемонстрировать свои знания. У меня задача другая. Я рассказываю только для любимых людей и о том, что люблю. Иногда получается забавно: приходит студент и заявляет, что он, дескать, режиссер, и история искусства ему не нужна. А через две лекции сам бежит на занятия - приходит понимание: искусство - это бесконечный диалог, и новые идеи рождаются от начитанности, насмотренности, а не на пустом месте.

Что касается формата общественных лекций, люди наконец-то поняли, что развлекаться можно по-разному и что такие лекции оставляют послевкусие дольше, чем поход в ресторан. Вкус к прекрасному надо воспитывать. Я уверена, что ребенка надо брать на концерты классической музыки с трехлетнего возраста, даже если он устает и бегает по залу. Потому что если он впервые окажется в концертном зале лет в 25, то его это уже вряд ли заинтересует.

- А какое воздействие оказывают на вкус кошмарные скульп­туры, которые появляются в нашем городе? Это же явно выпускники нашей академии им. Жургенова ваяли?

- Их надо убирать - к плохому люди тоже быстро привыкают. Зачастую авторы таких шедевров - молодое поколение художников, получивших образование нового типа, несистемное, не дающее той базы, как это было раньше. В угоду новой болонской системе сократились часы по пластической анатомии, по практике. Считается, что мастер должен дать задание, а потом проверить результат. Я вижу, что многие крупные университеты в других странах отказались от этой системы, они не хотят разрушать хорошее ради сомнительного результата. Вообще, мне кажется, проблема нашего образования в том, что оно перестало заниматься формированием личности и стало оказывать образовательные услуги. Тестами не научишь думать, они хороши для проверки технических, математических навыков. Сейчас оценивание рефератов сводится к “вовремя” и “в полном объеме”, качество мысли не оценивается… К счастью, природа человека сильная, и даже если совсем не учить, умные люди будут. Но хочется, чтобы их было большинство, потому что страшно жить в обществе маргиналов - а мы к нему движемся. Такое общество ужасно своей жестокостью, нетерпимостью, в нем всегда прав сильный. Это общество дикарей.

- Давайте уже о чем-то хорошем, чтобы не завершать разговор на печальной ноте…

- На самом деле я не одна вижу печальную картину, и есть попытки что-то изменить. Министр культуры Актоты РАЙЫМКУЛОВА - человек из нашей творческой среды, она понимает эти проблемы. Она создала гильдию критиков и просит не комплиментарности, а реального разбора полетов во всех сферах искусства. Она же инициировала сложный проект, представляющий из себя список произведений искусства, которые должны быть знакомы всем школьникам к определенному возрасту. Там и литература, и музыка, и живопись, и кино - все. Некий норматив культурного человека, причем не для спецшкол, а для самых обыкновенных. Но для этого надо, чтобы во внедрении этого норматива было заинтересовано и МОН.

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, фото предоставлено Ольгой БАТУРИНОЙи с сайта voxpopuli.kz, Алматы

Поделиться
Класснуть