Пядь земли

Строение по проспекту Жамбыла, приобретенное на законных основаниях, сегодня стало предметом притязаний одновременно со стороны соседей и государственного учреждения.

Мавлут МУРАДОВ купил дом 23 ноября 2022 года. Сделка была нотариально заверена, право собственности зарегистрировано государством. Земельный участок площадью около двух с половиной соток (0,0251 гектара) передан вместе с домом, технический паспорт оформлен, кадастровые документы выданы. Дом уже существовал в том виде, в котором был приобретен: с пристроенным гаражом, центральной канализацией, газовым отоплением и хозяйственными помещениями.

Почти три года, по словам владельца, никаких споров не возникало. Ни соседи, ни представители расположенного рядом следственного изолятора к нему не обращались. Но ситуация резко изменилась после того, как соседний дом был выкуплен семьей Заурбековых.

После сноса старых построек и демонтажа части общего забора новые соседи заявили, что часть земли якобы принадлежит им. Они потребовали освободить участок и снести постройки.

Вскоре в суд поступил иск от Жаныл ЗАУРБЕКОВОЙ об истребовании части земельного участка площадью 0,0011 гектара. Основанием назван акт обследования земельного отдела акимата Тараза, в котором указано на расхождение фактических границ с кадастровыми данными.

Практически сразу вслед за первым появился второй иск - от РГУ "Учреждение №67" комитета уголовно-исполнительной системы МВД (СИ-13). Государственное учреждение требует уточнения границ земельного участка и освобождения территории, которую считает самовольно занятой. По словам ответчика, речь идет уже о значительной части его участка - 0,0119 гектара.

По словам Мурадова, еще до судебных разбирательств супруг истицы Мухтар ЗАУРБЕКОВ, бывший сотрудник правоохранительных органов, предупреждал его о возможных "проблемах с законом", если он не согласится с предъявленными требованиями. И вскоре после этого, как утверждает ответчик, к спору подключилось государственное учреждение.

Эта последовательность событий неизбежно порождает вопросы, которые сегодня задают не только участники процесса, но и наблюдатели. Есть ли связь между двумя исками? Почему государственное учреждение заявило требования практически одновременно с соседями? И главное, на основании каких документов?

Мурадов утверждает, что ни соседи, ни представители СИ-13 до настоящего времени не представили ему правоустанавливающие документы, госакты или технические паспорта, подтверждающие их позицию. В ходе выездного судебного осмотра участка, по его словам, неизвестный представитель учреждения показывал судьям какие-то документы, однако сторонам их не предоставил.

Адвокат Мурадова Лола ВРУБЛЕВСКАЯ подтверждает, что в рамках защиты интересов доверителя она запросила все правоустанавливающие и технические документы, поскольку истцами до настоящего времени не представлено ни одного надлежащего доказательства, подтверждающего факт самовольного занятия земельного участка либо нарушения каких-либо границ.

- Мой доверитель не осуществлял самовольного строительства и не устанавливал каких-либо объектов. Оспариваемое имущество было приобретено им в уже существующем виде на законных основаниях. При этом истцы ссылаются на то, что данная территория относится к СИ-13. Возникает логичный вопрос: если указанная территория действительно принадлежит СИ-13, каким образом ранее был реализован расположенный рядом гараж, находящийся в непосредственной близости к нашему объекту? На каком правовом основании осуществлялась его продажа? Эти обстоятельства свидетельствуют о противоречивости позиции истцов и отсутствии надлежащего документального подтверждения их требований, - отметила она.

Сама ситуация выводит спор далеко за пределы частного конфликта. Если государственные органы регистрируют право собственности, выдают кадастровые документы и подтверждают границы участка, то как спустя несколько лет выясняется, что эти границы якобы неверны? Кто несет ответственность за расхождения? Акимат, который распределяет землю, органы землеустройства или "Правительство для граждан", осуществляющее регистрацию недвижимости?

И главный вопрос: почему исправление возможных ошибок системы перекладывается на гражданина, который приобрел имущество законно и теперь вынужден защищать его в суде?

Не менее остро звучит и другой вопрос: каким образом суды рассматривают требования об освобождении земли, если, по утверждению стороны защиты, в материалах отсутствуют результаты землеустроительной экспертизы, точные координаты спорной территории и доказательства самовольного строительства? Без индивидуализации спорного участка исполнить судебное решение фактически невозможно.

В этой истории пока больше вопросов, чем ответов. Подделаны ли документы? Сторона защиты прямо этого не утверждает, однако обращает внимание: если документы существуют, почему они не представлены и отсутствуют в материалах дела? Если же их нет, на чем тогда строятся исковые требования?

Сегодня в Таразе одновременно рассматриваются два гражданских дела, итог которых определит не только судьбу одного дома, но и принципиальный вопрос: может ли человек считать свое имущество защищенным, если даже после государственной регистрации ему приходится заново доказывать законность владения собственной землей?

Айжан АУЕЛБЕКОВА, фото автора, Тараз