2335

Обидеть журналиста может каждый?

Делая фотографии таразского Арбата, я представить не могла, что из-за этого на меня могут напасть. Конечно, у журналистов рискованная профессия, но ведь не настолько, что даже полиция и прокуратура не решаются расследовать это дело!

Обидеть журналиста может каждый?
Таразский Арбат. В правом нижнем углу те самые ворота, за которыми меня удерживали.

В июне этого года в самом центре города я делала фотографии для заметки о новой торговой зоне (см. “Всё включено”, “Время” от 23.6.2022 г.). Рядом с одним из прилавков продавщица заявила, что снимать там нельзя. Я объяс­нила, что я журналист и делаю фото для материала. Правила знаю: Арбат - общественное место, где съемка разрешена, а люди, которые могли бы возразить против публикации, в кадр не попадали. Тут подбежали две женщины, одна из которых попыталась отобрать у меня телефон. Когда у нее это не получилось, она закрыла ворота перед лотком и заперла меня внутри. Вскоре к ним на помощь приехал мужчина на велосипеде. Эти люди говорили оскорбительные вещи, пытаясь спровоцировать меня, и снимали на видео. Когда я дозвонилась в полицию, мне открыли ворота и велели покинуть территорию. Я сказала, что теперь буду дожидаться полицейских. Но патрульные так и не приехали, по­этому я сама направилась в отдел полиции №1.

Когда я поднялась в кабинет дознавателя, чтобы написать заявление, там уже сидел тот самый велосипедист, который прибыл на место моего заточения. Вы­яснилось, что он муж женщины, которая пыталась отобрать у меня телефон и закрыла ворота.

Пришлось обратиться к начальнику отдела дознания ОП-1 Азамату ОМАРОВУ, показать видео произошедшего. После этого он лично принял мое заявление, поручил подчиненным доставить в отдел женщин, напавших на меня, а я поехала в травм­пункт.

Через неделю мне позвонил участковый и сказал, что мое дело передали им и нужно скорее его закрыть.

Как закрыть? Две уголовные статьи - незаконное лишение свободы и воспрепятствование журналистской деятельности. Как вообще дознаватели могли передать уголовное дело административной полиции? Именно этот вопрос задает правоохранителям и прокурорам уже пятый месяц мой адвокат Кенжебек ШАЛТАЙ.

- Дело, зарегистрированное в Едином реестре досудебных расследований, участковым инс­пектором полиции Ерболом ДАУЛЕТКУЛОВЫМ оставлено без рассмотрения. Ранее я подавал ходатайства на имя дознавателя об участии в выемке видеозаписей с камер наблюдения вблизи места правонарушения, о приобщении к материалам дела диска с видеозаписью и о проведении освидетельствования потерпевшей. 30 июня по программе eOtinish в прокуратуру Жамбылской области направлена жалоба и дополнение к жалобе на действия Омарова и Даулеткулова. 26 июля через этот же сервис eOtinish предоставлен ответ управления комитета по правовой статистике и специальным учетам (УКПСиСУ) Генеральной прокуратуры по Жамбылской области, что по указанным фактам усматриваются признаки уголовного правонарушения. В связи с этим 25 июля этого года УКПСиСУ по Жамбылской области данный факт зарегистрировало в КУИ, и для принятия процессуального решения материал направили в прокуратуру Тараза, - рассказывает Шалтай.

Но почему-то позже в надзорном органе изменили мнение. Если в ответе от 26 июля за подписью исполняющего обязанности начальника УКПСиСУ по Жамбылской области Гульнар ДЮЙСЕМБЕКОВОЙ говорится, что признаки уголовного правонарушения усматриваются, то в письме от 3 сентября текущего года за подписью начальника управления Даурена РАЙЫМКУЛОВА говорится, что нет.

Адвокат направил запрос в прокуратуру города с просьбой предоставить информацию о принятии процессуального решения по данному факту. В ответе за подписью прокурора Тараза Жамбыла СМАТОВА говорится, что “22 июня участковым инспектором Даулеткуловым дело списано в номенклатурное ввиду отсутствия состава уголовного правонарушения”. С принятым решением прокуратура Тараза согласилась и посчитала, что оснований для регистрации данного факта в ЕРДР не имеется.

То есть прокурор просто закрыл глаза на то, что Омаров и Даулеткулов не приняли в соответствии с нормами УПК предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств, необходимых для правильного разрешения дела.

На видеозаписи, которую мы предоставили дознавателю, видно, как неустановленное лицо женского пола закрывает ворота на месте правонарушения и лишает меня свободы. Отчетливо слышен женский голос: “Ключи дайте!” Велосипедист задает ей вопрос: “Зачем ты закрыла?” На что она отвечает: “Чтобы она не убежала”. Тем самым женщина признала, что лишила меня свободы и воспрепятствовала законной профессиональной деятельности. Это могут доказать и видео с камер наблюдения, установленных на месте происшествия. Но полицейские даже не соизволили произвести выемку с них, хотя адвокат ходатайствовал и об этом.

Кроме того, ходатайство о проведении освидетельствования, направленное 23 июня, удовлетворено лишь 29-го. То есть спустя шесть дней, о чем свидетельствует справка от 29 июня 2022 года, выданная филиалом РГКП “ЦСЭ по Жамбылской области МЮ РК” и Института судебных экспертиз.

Благо 21 июня я была осмотрена врачом травматологом-ортопедом городской многопрофильной больницы Азимом ЕРГЕШОВЫМ. Согласно выданной им справке у меня зафиксированы ушибы мягких тканей обеих предплечий и кровоподтеки.

В рамках действующего законодательства участковый Даулеткулов не мог рассматривать мое заявление, потому что это прерогатива органов внутренних дел, а именно дознания. Но и это еще не все. Мы также узнали, что 8 августа текущего года постановлением судьи Таразского городского суда №2 Жамал РАМАЗАНОВОЙ в принятии к производству суда моего заявления, якобы поданного начальнику ОП-1 управления полиции Тараза, отказано. Самое интересное, что с жалобой в порядке частного обвинения в указанный суд я не обращалась! Тогда кто?

Мы направили запрос в суд, и ответ нас обескуражил. Судья Рамазанова пишет, что материалы поступили из отдела полиции №2, тогда как я в этот отдел полиции тоже никогда не обращалась. В том же письме Рамазановой говорится, что она дала мне разъяснения о том, что я имею возможность в порядке, преду­смотренном законом, обратиться в суд.

Мы запросили копии аудио- и видеофиксации того, как именно судья Рамазанова дает мне разъяснения. Ответа пока не получили. Судя по тому, что все сроки давно вышли, служительница Фемиды, наверное, надеется, что мы забудем о запросе.

Несколько раз мы направляли жалобы в Генеральную прокуратуру. Но их спускают в область, где областные надзорники рассматривают жалобы на самих себя и отчитываются в столицу: мол, мы все сделали правильно. На днях очередная такая отписка пришла за подписью заместителя прокурора области Каната МАМАЕВА, а после и из Генпрокуратуры. Ни в одном ответе, которые мы получали с июля по сегодняшний день, нет конкретного объяс­нения, почему тот или иной прокурор посчитал, что “признаков уголовного правонарушения не имеется”. В одном из писем вообще говорится, что “мы не знаем, что ответить, потому что не было прецедента”.

То есть дела нет, потому что правоохранительные органы просто не знают, как его завести? Получается, что обидеть журналиста может каждый - хоть базарная торговка, хоть работник правоохранительных органов. И заступиться некому. Что уж тогда говорить о простых гражданах, которым еще труднее добиться справедливости…

Айжан АУЕЛБЕКОВА, фото автора, Тараз

Поделиться
Класснуть