891

Синдром апашки

Дана БЕКТАЕВА, собирательница старинных ковров, мечтает создать музей. Но пока дала возможность всем желающим увидеть самые уникальные экземпляры из ее личного собрания раритетов.

Синдром апашки

В коллекции Даны уже больше 1000 ковров и множество старых сундуков, предметов традиционного интерьера кочевников. Пуб­лика уже может видеть часть из них на… заборах и гаражах двора, в котором живет Дана. В эти теплые дни там трудятся художники, которые помогают Дане копировать раритеты и превращать обычный двор в восточную сказку.

- Я всегда любила сказки, в детстве слушала их, во взрослом возрасте сочиняла, - смеется Дана. - Много ездила по миру, а когда вернулась в 2015 году в свой двор в Шымкенте, он меня подавил своей неухоженностью, отсутствием ярких красок. Мне хотелось весь мир сделать чуть прекраснее. Этим я сейчас и занимаюсь.

Дана кинула клич в соцсетях, предложила донатить на благое дело. Конечно, больше всего реализовать мечту помогли родственники, но и соседи, и даже казахстанцы из других городов закидывали небольшие суммы. Потом надо было договариваться с соседями - не все хотели, чтобы старый гараж украшал рисунок. Кто-то требовал бонусы, хотя бы вписать его имя, раз уж был предоставлен “холст”.

Сейчас сюда приходят люди посмотреть и сфотографировать красоту, а Дана уже строит планы на следующее лето.

- Я это называю “синдром апашки”, когда кажется, что если ты сядешь и ничего не будешь делать, то упустишь что-то важное и никто без тебя это не сделает, - продолжает Дана. - Наверное, моя страсть к коврам родом из детства, меня всегда буквально завораживали вещи ручного производства. Я прекрасно помню, как в пятилетнем возрасте приезжала в аул к бабушке, а она сидела и ловкими движениями наматывала на веретено нить. Потом эту пряжу красили в огромных чанах, а в подсобном помещении стоял настоящий ткацкий станок, на котором по очереди работали все старшие дети. Мне разрешали только посмотреть. И дома у нас тоже был ковер ручного изготовления.

Коллекционер не просто собирает уникальные работы мастеров, она еще пытается расшифровать орнаменты. Применяет для этого и философию, и эзотерику, ищет ключи в египетской, шумерской культурах, даже в ведических знаниях. Говорит, не может быть, чтобы нельзя было “прочитать” ковер, как книгу. Поэтому называет себя исследователем.

- Когда я собрала первые 400 ковров, то попыталась их классифицировать. И поняла, что у меня на руках огромное богатство, целый культурный пласт. Очень жаль, что у нас нет музея ковров, как в других странах: Азербайджане, Китае, Турции. Для дворовой экспозиции я выбираю уникальные образцы, которые не повторяются, которые чем-то примечательны. И я заметила, что люди у нас в городе оживают, многие занялись благоустройством своих дворов, стараются сделать их интерес­нее. Мне, например, жалко тратить деньги на поездки за границу, на отдых. Я хочу украсить мир рядом со мной и сделать так, чтобы люди не отправлялись куда-то смотреть красоту, а видели ее рядом с собой каждый день. Сейчас у нас во дворе есть копии 16 уникальных ковров и восьми старых сундуков. Главное - начать.

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, Алматы

Поделиться
Класснуть

Свежее