1955

Кошачья обитель

Сто семьдесят (!) кошек и около десяти собак содержит у себя алматинец Олег КРАСНОПЕРОВ. Живут усатые в условиях дай бог каждому: в отдельном двухэтажном доме на хозяйском участке в одном из тихих городских районов. Олег не миллионер - зарабатывает на жизнь ремонтом. И не чокнутый - хвостатых кормит по науке, лечит, стерилизует. Как появились кошки в его жизни и почему их так много? Вот тут начинается история о любви. И любви вовсе даже не к кошкам…

Кошачья обитель

Попробуйте сказать своему супругу, что хотите завести котеночка, потом еще одного, еще и еще. Мчаться сквозь ночь спасать горемыку хвостатую из беды, подбирать усатых на базарах, помойках… А если число кошачьих в вашем доме перевалит за пятьдесят голов? Как скоро спутник жизни покрутит пальцем у виска и начнет задумываться о разводе? Олег признается: все эти мурлыки - память о покойной жене. Это ее стремление спасать животных он когда-то разделил с ней, как разделил двадцать лет жизни.

Ольги не стало три месяца назад. Аневризма, о которой узнали как-то внезапно. Прооперировали. Три дня после. Кома. Все…

- Это все нервы, - Олег рассказывает, как любимая пропускала через себя каждую кошачью судьбу, оплакивала каждую потерю в их большом хозяйстве. - Она положила свою жизнь на них.

Он еще в себя не пришел. И, похоже, не осознал, как будет жить дальше. Пока на автомате. Нужно наварить каши на столько-то ртов. Сгонять на базар за провиантом. Заработать денег - средние расходы на кошачье общежитие около 300 тысяч тенге в месяц. Прибрать за животными. Подъем в семь утра. Два с лишним часа на организацию завтрака. Потом на работу. К шести домой - и снова к плите, чтобы готовить ужин для всей компании. На неделю 15 килограммов сухого корма. Субпродукты с базара таскает мешками. Иногда помогают с закупом кормов неравнодушные люди.

Чтобы немного облегчить себе жизнь, Олег автоматизировал в доме все, что только можно. Нажатием кнопки смываются отходы жизнедеятельности кошек, по мере необходимости пополняются запасы воды и корма. В кошачьем доме (его Олег построил сам, сосед помог только крышу накрыть, да окна вставила наемная бригада) есть даже теплые полы. С тех пор количество кошек сильно выросло. Животные выходят гулять через специальные отверстия в дверях, как в заграничных фильмах. Есть лазарет, где сейчас обитает стерилизованный молодняк, отделение для выздоравливающих и для не самых ручных, пугливых жильцов. Старые и травмированные животные живут в доме Олега. Их немного. Среди них первая киса, с которой и началась эта история. Сейчас этой старушенции восемнадцать лет.

- Подарил жене котеночка, - вспоминает Олег. - Потом появилось потомство. Некоторые из них до сих пор живут у нас. Кого-то спасали, лечили - так и появилось у жены это хобби, я бы сказал, даже миссия. Некоторых кошек нам подкинули прямо во двор. Большую часть животных натас­кали доблестные волонтеры - на “временное” пристройство…

Сначала жили все вместе. Он, она и кошки. Когда когтистая братия во второй раз изодрала отремонтированные стены, было принято решение разъехаться. Не с женой. С кошками. Так на их участке появился кошачий теремок.

- Мы пробовали пристраивать кошек в добрые руки, - рассказывает хозяин. - Но потом поняли, что руки эти не всегда оказываются добрыми. Одного нашего кота закрыли без еды в подвале - новые хозяева взяли его для ловли мышей, которыми он и должен был питаться. Когда столько вкладываешь в животное сил, средств, любви, отдавать его абы кому не хочется. Поэтому теперь к новым хозяевам жесткие требования.

Гуляют кошки на личном подворье. Он по периметру обнесен забором из сетки-рабицы. Забор спроектирован так, что даже эти ловкие животные никак не могут выбраться наружу. Поэтому вопрос о том, что увлечение хозяина мешает соседям, закрыт. В кошачьем дворике скамейки для посиделок, накрытые от солнца старыми спутниковыми антеннами-тарелками, мини-качели и даже колесо. В нем любит погонять один из питомцев Олега. Кот-спортсмен даже прогоняет собратьев, которые используют этот снаряд в качестве лежанки.

А вот пустая клетка - весной здесь жили бельчата. Их еще полуслепыми притащили супругам знакомые. То ли дети разорили беличье гнездо, то ли другая трагедия случилась, неизвестно. Но всех пятерых бельчат выкормили, вырастили и отправили жить в настоящий лес, который находится на частной территории.

Нафаня, Персик и Мартын первыми выходят пообщаться с прессой и за порцией хозяйской любви. Десятки кошачьих глаз - кто-то с интересом, а кто-то совершенно равнодушно - смотрят на нас. Вопросу, помнит ли он всех по именам, Олег удивляется:

- Они же совершенно разные! Правда, абсолютно черных, с тех пор как они выросли, различать стало сложно. На прививку их отлавливаю по одному и по одному запускаю в специальное помещение, чтобы не перепутать.

Следить за здоровьем поголовья кошачьих приходится очень тщательно. Болеть сегодня дорого не только двуногим.

- Моя супруга, не имея медицинского образования, научилась лечить ФИП (кошачий коронавирус, тяжелое, часто смертельное заболевание. - Ю. З.). Мы вылечили с ней больше 25 кошек, - говорит Олег. - В соцсетях и среди тех, кто занимается помощью животным, ее знали как Ольгу КИСАНДРУ. Придумала себе такой красивый псевдоним…

А вот у Олега другое хобби - он вырезает по дереву. А еще любит рыбалку, горные лыжи, велосипед.

- Но заниматься этим в полную силу я не могу - все время отдано кошкам, собакам, - вздыхает Олег и на вопрос, что собирается делать дальше с этим кошачьим наследством, отвечает: - Как же я могу теперь предать память Ольги? Найти всем хороших хозяев вряд ли получится. Выкинуть на улицу - совесть не позволит. Совесть - наш Бог. У кого ее нет - и Бога нет. Планов не строю - пусть будет как будет.

Юлия ЗЕНГ, фото Владимира ЗАИКИНА, Алматы

Поделиться
Класснуть