Кино и немцы

Тема массовой эмиграции немцев из Казахстана в жесткие 90-е все чаще бередит умы творческих людей - в прошлом году Юлия Журавлева поставила “мигрантский” спектакль, а в этом режиссер из Германии Анна Гофман снимает фильм с рабочим названием “Пока”, посвященный перемещению казахстанских немецких семей на историческую фатерлянд. Как известно, не у всех эмигрировавших сложилась взаимная приязнь с новой старой родиной, и только что снятый фильм, как утверждает исполнитель главной роли Юрий РОССТАЛЬНЫЙ (на снимке), именно о том, что хорошо не всегда там, где нас нет.

Росстальный сейчас живет в Кие­ве, но часто ездит на съемки в Германию, где прожил 10 лет, и в Россию. В Германию - потому что говорит на немецком, а в Россию - потому что говорит на русском (хотя, понятное дело, предпочитает украинский). На территории ФРГ у актера есть свой агент, который проталкивает своего подопечного в тот или иной проект. И хотя, как признается сам Росстальный, актеры всегда недовольны своими агентами, именно благодаря их помощи украинскому актеру удалось попасть, например, в фильм Лилианы КАВАНИ “Игра Рипли” с Джоном МАЛКОВИЧЕМ. Да и в новую картину Анны Гофман лицедей тоже вкрутился благодаря промоутеру:
- Я как раз закончил фильм в Германии, отснялся в Карпатах. Вернулся домой. Пьесу не нашел, чтобы как режиссеру в театре работать. Ну, в общем, дыра. Сижу курю. Тут звонок от моего агента: так и так, тебя ищет продакшн, предлагают главную роль в фильме про отца немецкого семейства, эмигрирующего в Германию. А у меня как раз сентябрь-октябрь свободные. Вот так совпало. Вместо меня должен был играть армянский актер - им же там все равно, армянин или грузин (смеется). Но он заболел.
Сценарий, на мой взгляд, достаточно точный. Мой герой возвра­щается - ну ему кажется, что возвращается, - на родину из Казахстана, а там их селят в спорт­зале с раздельными комнатушками. И первое, что он видит, это надпись: “Немецкий язык для иностранцев”. У героя в голове не помещается: как так, мы тут чужестранцы?! Потом он даже сына назовет Александром, и тот вернется обратно. Не приживется там. В общем, фильм о том, что не все так просто было с немцами-эмигрантами. Думаю, у вас его тоже покажут. Сама режиссер тоже раньше здесь жила.

- А что вам ближе, театр или кино?
- Как удачно выразился один мой коллега, театр - это долго, мало­оплачиваемо и болезненно. Кино - быстро, безболезненно и хорошо оплачивается. Меня сейчас в моем театре хотят припахать как актера, и я думаю, а надо ли оно мне.
Дело в том, что люди хотят развлекалочки, дешевых понтов. В театр ходят без попкорна, но тоже хотят, чтобы им анекдоты рассказывали. И это не только у нас. Я видел анонс постановки “Евгения Онегина” в Мюнхенской опере - и там якобы у Онегина был роман с Ленским!!! Это искусство или что?!

- Судя по вашей реакции, вы бы ни за что не сыграли толстовского отца Сергия, если бы его в новой версии стал соблазнять юноша, щеки которого не ведали бритвы.
- Я, в принципе, не против того, чтобы играть гомосексуалистов. Но я против того, чтобы пропагандировать такого рода отношения. Вот недавно на Украине приняли хороший закон об уголовной ответственности за пропаганду гомосексуализма. Потому что у нас идут в школу и раздают листовки с надписью “Оставайся самим собой” и целую­щимися мальчиками. Ну как это?! Это дают детям 8-9 лет! Пусть геи будут, раз они есть, но в подполье. Не надо афишировать себя, выходить на парады и показывать... чего у них там. Тем более что у нас на Украине всегда был матриархат.

- Как на матриархальной Украине ситуация с кино?
- Понемногу налаживается. Не могу сказать, что все отлично, но развитие идет.

- А вообще?
- А вообще беспредел. У людей отбирают бизнес, никто ничего сделать не может. Если в Казахстане есть какие-то правила игры, то на Украине их не существует. С кем бы ты ни договаривался, открывая новое дело, тебя могут ударить оттуда, откуда ты не ждал. Причем обо всем этом пишут, открыто критикуют ЯНУКОВИЧА, но ему абсолютно все равно. Кажется, власть даже поощряет критику - так народ спускает пар. Мой друг, голосовавший за него, вздыхает и говорит: ну кто ж знал, что так получится... Да я знал! Чего можно ожидать от человека с двумя судимостями?!

- То есть будь ТИМОШЕНКО, было бы лучше?
- Конечно. Хотя она тоже не идеал.

- Возвращаясь к кино - вы снялись в “Игре Рипли”. А потом предложений не было из Голливуда?
- К сожалению, к американцам очень трудно проникнуть. Я пробовался в голливудские проекты три раза. К Тонни СКОТТУ в “Шпионские игры”. В “Люди Х”, в “Миссия невыполнима”. Меня спрашивают: кого вы любите больше - МЕРКЕЛЬ или ШРЕДЕРА? Больше Меркель, потому что Шредер мне испортил всю малину. Мой агент хотела меня продвинуть на роль противника Тома КРУЗА, а Шредер взял и запретил снимать в бундестаге. Продюсер сказал: ах так, идите вы все на фиг! И они ушли снимать в другом месте.

- А с кем лучше работать - с россиянами, европейцами, американцами?
- С профессионалами. Неважно, откуда они. Профи всегда работают одинаково - главное, чтобы режиссер знал, чего он хочет. Мне вообще, наверное, повезло, потому что я всегда работал с нормальными режиссерами.

Тулеген БАЙТУКЕНОВ, Алматы, тел. 259-71-96, e-mail: tulegen@time.kz, фото из архива Юрия РОССТАЛЬНОГО