9440

Детская болезнь терроризма

Вереница тревожных и откровенно пугающих событий последнего времени заставляет серьезно задуматься не только над происходящим, но и над тем, какое, собственно, общество и государство мы строим. И если мы не хотим в ближайшие годы глядеть друг на друга сквозь оптику винтовок и прицелы гранатометов, то нам для начала надо признать ряд очевидных фактов и горьких истин. Только признав, поняв и осмыслив эту программу-минимум, мы можем попытаться сделать все зависящее от нас, чтобы в нашей стране не реализовались наиболее худшие сценарии и варианты развития, которые сегодня пока еще существуют лишь на уровне интуитивных ощущений и мрачных предчувствий…

Глупо обманывать себя и соседей привычными мантрами и аффирмациями о “стабильности” и “благополучии”, когда “слон терроризма” уже пару лет хозяйничает и грохочет в нашей сонной лавке. Поэтому первое и обязательное из того, что нам предстоит признать, так это то, что за эти годы наше общество вырастило собственное поколение террористов и экстремистов. Это уже далеко не импортная напасть, от которой можно легко спрятаться, закрыв глаза ладошкой или захлопнув наглухо границы.
Ученые утверждают, что каждое поколение, становление которого пришлось на какой-либо кризисный период развития общества, несет в себе всю оставшуюся жизнь страхи и переживания своего времени. Так, например, люди, чье детство и юность приходятся на годы развала и бардака, коими были практически все 90-е, являются в каком-то смысле потерянным поколением. Если мы внимательно посмотрим на годы рождения тех, кого сегодня силовики так лихо и огульно записывают в террористы, то убедимся, что в основном это поколение казахстанцев, родившихся в 1980-е. По сути, это вчерашние дети, которые выросли в условиях, когда “эпоха немого кино завершилась, а звукового еще не началась”. Их родителям надо было вовсю крутиться-вертеться, сводить концы с концами, чтобы как-то обеспечить их хлебом насущным. Они были предоставлены сами себе. Лишенные привычной опеки семьи, школы, общества и государства дети были оглушены грохотом и лязгом меняющихся времен и формаций.
Очевидно, что в погоне за экономическим процветанием преуспели не все. Кому-то удача улыбнулась по-крупному, кому-то удалось выбиться, в общем-то, в не слишком широкие ряды миддл-класса и даже его хай-уровни. Но были и такие люди и даже города, районы, аулы, которые оказались за бортом праздника жизни. Оставшимся же за бортом было особенно трудно не только потому, что небо казалось с овчинку, но и потому, что горизонты просматривались слабо. Проблема была в том, что недостаток хлеба совместился с недостатком экзистенции, всего того, что люди называют ценностями. Именно поэтому, я полагаю, в стране сильно развились и распространились всякого рода радикальные религиозные течения. А если учесть, что страна выходила из 70-летнего периода гос­атеизма, во время которого была утрачена связь времен, из сознания и бытования людей были вытравлены многовековые традиции и институты, которые выступали бы естественными ограничителями всего крайнего и экстремального, то для кого-то именно анормальное оказалось нормой. А упавшие на подготовленную почву и пустившие корни экстремистские воззрения и взгляды выкорчевываются не сразу…

Второе, что нужно понять и признать, как раз связано с этим самым “выкорчевыванием”. Точнее, с методологией и практикой работы наших госорганов и силовых структур, которая по своей тоталитарности мало чем отличается от действий комсомольцев времен воинствующего атеизма и борьбы с басмачеством. Понятно, что борьба с экстремизмом и радикализмом - задача непростая, временами даже чрезвычайная. Но люди - это не саранча, выжигать и травить которую в аграрной науке считается допустимым.
Начнем с того, что люди, которых мы называем “бородачи”, “вахаббиты”, - это граждане нашей страны, наши дети, братья и сестры, наши современники. Это прежде всего люди, личности, которые имеют такие же конституционные права, как и все мы. Объявленная необъявленная война, которая как жанр требует априорного обезличивания и объярлычивания, не должна затмевать главного: речь идет о живых людях, пусть и запутавшихся в нашем понимании!
Давайте обратимся к цифрам и фактам. По самым скромным прикидкам, в ходе спецопераций силовиков только за последний год без суда и следствия были убиты более ста человек (включая сотрудников правоохранительных органов). За последние годы по статьям “Терроризм” и “Религиозный экстремизм” осуждены несколько сотен людей, которые, даже оказавшись в местах лишения свободы, вряд ли отказываются от своих воззрений и убеждений. Есть немало религиозных экстремистских организаций в мире, которые начинали свою “биографию” в той или иной стране именно с тюрем. И запоздалые шаги по строительству “зеленых” зон, по сути, ничего здесь не решают. Не будем забывать, что религиозный фундаментализм помимо идеологии - это еще и многовековая традиция, практика и методология. Есть организации, которые имеют очень длительный опыт противостояния и одержания победы над авторитарными и даже очень брутальными режимами. Пугать их тюрьмами, смертью, бряцать современными мультуками - только укреплять их в своей правоте и умножать число их сторонников. Парадоксально, но факт: чем строже канон и “цена входа” в некоторые религиозные организации, тем лучше у них выживаемость. А вчерашние бедные и сирые, для которых какой-нибудь сначала заезжий “муаллим”, а теперь и свой “брат по вере” оказался единственным, кто говорил с ними по душам, умеют быть верными и преданными…

С идеями нельзя бороться только голой силой. Идеям и ценностям можно противопоставить только другие идеи и ценности. В том числе конституционные новеллы, которые предполагают и обязывают государство обеспечивать жизнь, свободу, права своих граждан. Приверженность Конституции, соблюдение духа и буквы закона сами по себе для тех, кто знает, очень сильные ценности. Жаль только, что за последние годы мы очень долго и сознательно делали многое для того, чтобы нивелировать их, привести страну и общество на грань аномии. А если в стране, в которой уже давно отменена смертная казнь, силовики без суда и следствия, исключительно по своему усмотрению и разумению, будут расстреливать целые семьи, то очень скоро это может стать дурной привычкой. Это ни к чему хорошему не приведет. Успешно бороться с терроризмом можно, только строго соблюдая закон, еще более четко придерживаясь норм морали и принципов права. Нельзя победить терроризм и экстремизм, руководствуясь лозунгом “Кто не с нами, тот против нас”. Мир еще давно, а Казахстан уже вчера, перестал состоять лишь из белого и черного. Упрощая политику до уровня “хлеба и зрелищ”, низводя борьбу с экстремизмом до степени on/off, общество делает затяжной прыжок в тоталитаризм, который выводит на первый план самые атавистические страхи и архаические институты. Какие уж тут инновации? Какая, к чертям, модернизация?
И третье, не менее важное. Нам всем надо понимать, в каком обществе и в какое время мы живем. Попытки переделать их под наши собственные выстраданные “хотелки и желалки” выглядят по меньшей мере глупо и наивно. Строить светское государство не значит строить атеистическое и пофигистическое общество. Светское государство вовсе не отрицает роли и значения религии, институтов, традиций. Умное же светское государство максимально использует их опыт и потенции, давая возможность всем сосуществовать и сотрудничать во имя общего благополучия и прогресса. В том числе сотрудничать верующим и атеистам, ибо атеизм - это тоже некий комплекс убеждений и знаний.
К чему я это говорю? Просто на голубом глазу утверждать, что в “Казахстане насаждается ислам”, - это птичий базар. Казахстан уже много веков часть исламского мира, страна и общество, чьи традиции, культура, институты тесно переплетены с исламом.

Сказанное, конечно же, не означает, что правительство должно перейти на шариатское право, а министры и акимы - общеобязательно быть ходжами в 14-м поколении. Общепринятые демократические нормы и конституционные новеллы не противоречат канонам любой религии и ислама в частности. Но то, что в стране надо выстраивать серьезные, уважительные, партнерские отношения между религией и государством, совершенно очевидно. Мечеть или церковь не должны быть частью пропагандистского аппарата хотя бы затем, чтобы завтра не получить еще одно или два потерянных поколения озлобленных людей. Надо вырабатывать новые общенациональные конвенции, учитывающие пройденный исторический путь нации и складывающуюся этнодемографическую ситуацию. Попытки “прогнуть изменчивый мир под себя” - это довольно грубые, не сильно дорогие понты, достойные хипстеров и хиппи, но не государственных мужей и людей с государственным мышлением. Когда придет такое вот понимание, как мне кажется, то именно в родной казахской почве, именно в обновленной национальной культуре и традициях, учитывающих и имплементирующих передовой мировой опыт, можно будет найти противоядие, сильнодействующие средства и эффективные механизмы противодействия экстремизму и терроризму.

Айдос САРЫМ, вице-президент ОФ “Абай-аºпарат”

Поделиться
Класснуть