Наступай, Абай!
Иногда надо заглядывать в Зазеркалье, чтобы быть готовым к тому, что зеркало когда-нибудь треснет
Абай. Как много в этом слове для уха русского слилось! Причем в строго определенное время - сразу после выступлений несогласных у памятника казахскому поэту и просветителю на Чистых Прудах в Москве. Практически никому не нужный (в Москве) и “непонятный” Абай вдруг на какое-то время стал символом российского протестного движения, тем самым в очередной раз обнаружив поистине неисчерпаемый запас собственной многозначительности. Московские мятежники, ранее не ведавшие, кто такой Абай в принципе, вдруг стали талдычить напропалую, что “лишь бездарный покоряется судьбе” и “безвреден, кто в гневе кричит, бойся того, кто в гневе молчит”.
Абая тут же подняли на котурны, снабдив по случаю вывеской “Великий казах” и подразумевая, что живи поэт сейчас, он встал бы на сторону НАВАЛЬНОГО, а не ПУТИНА. Не потому, что казах, а потому, что ВЕЛИКИЙ. Российские несогласные поступили согласно мудрому психотерапевтическому рецепту: “Не можешь изменить обстоятельства, измени свое отношение к ним”. Соберись они около любого другого памятника, и тогда бы он, а не Абай, превратился в мандалу протестующих. У выдающихся личностей, как правило, ум формируется неоднозначно, и при должном прилежании всегда можно найти цитату из жизни и творчества пассионария, которая бы должным образом проиллюстрировала любое массовое движение - от митингов против полицейского произвола до призывов к повальной моногамии. Если бы, к примеру, у московских властей хватило чувства юмора вытеснить несогласных к монументу Петра I, то оппозиционеры твердили бы, что император прорубил окно в ЕС, сторонники правящего режима упирали бы на его автократичные методы управления, а представители секс-меньшинств вспомнили бы, что правитель был бисексуалом.
Собственно, то же самое произошло и с Абаем. Пока протестующие искали в творчестве поэта бунтарские и революционные мотивы, сторонники “Единой России” обнаруживали там же вполне себе антиохлократические тезисы, из которых можно сделать далеко идущие выводы об особом пути русской демократии. Тина КАНДЕЛАКИ выдала в Твиттере такую цитату: “Кто отравил Сократа, сжег Жанну д’ Арк, распял Христа, закопал Мухаммеда в верблюжьих останках? Толпа. Значит, у толпы нет ума. Сумей направить ее на путь истины”. Для полного дезориентирования противника, знающего об Абае по ссылкам в Google, не хватило только Владимира Владимировича, вещающего в эфире “Первого канала” в продолжение идеи Канделаки: “... Ел басы, топ басы деген кісілер болады екен...Ол ел басы мен топ басылары калай қылса, калай бітірсе, халықта оны сынамақ, бірден бірге жүргізбек болмайды екен” (“Существуют такие люди - елбасы, правители. Что они сделают, то народ и принимает, от одного правителя к другому бегать нельзя”). Толпа бы сразу все поняла.
Между тем универсальность Абая как символа уже давно и успешно обкатана в наших пенатах, и ничего нового российские маргиналы нам не открыли.
Абай - это наше все в самом буквальном смысле слова. Казахская история не знала стоицизма, неоплатонизма, сенситивизма, гуманизма, релятивизма - зато она знала Абая, который одним уже фактом своего появления был обречен закрыть все лакуны в культурологической, литературной и философской традициях Степи. Абай уже давно перерос масштабы даже гениальной личности, превратившись в феномен национального бытия. Поэтому на него одного ссылаются представители диаметрально противоположных течений, Абай одинаково конвертируем в русле как национального патриотизма, так и русофильства, социализма, марксистской классовой теории и так далее. Авторитет Абая настолько непререкаем, что его мыслями принято заканчивать любой спор а-ля deus ex machina (правда, с недавних пор эту почетную обязанность мыслитель делит с одним нашим великим современником).
Наверняка и установка памятника главному историческому казаху на Чистых Прудах в 2006 году (против чего, кстати, выступали москвичи) прошла по безальтернативному сценарию. Кому-то нужно было показать, что “может собственных Платонов и быстрых разумом Ньютонов казахская земля рождать, и в этом контексте тем более неважно было, каких воззрений придерживался Абай и насколько вообще эта личность интересна гражданам России.
Абай - витрина национального достояния, а витрины всегда выставляют напоказ. Так уже было в 1995-м - год пышнейших празднований 150-летия легендарного соотечественника, когда всеохватность Абая обрела новые смыслы. На “Казахфильме” тогда запустили одноименный байопик, разом лишив все остальные картины малейшего финансирования, и, как не устает повторять киновед Гульнара АБИКЕЕВА, затормозив развитие казахского кинематографа на несколько лет. Ведь Абай - это наше все. А значит, другим места нет.
В свое время Михаил РОММ спросил у актера, исполнявшего роль Сталина: “Почему вы так высокомерны в кадре и даже не поворачиваетесь к человеку, с которым разговариваете?”. Лицедей ответил: “А зачем? Я же играю не человека, я играю памятник”.
Так и мы многие годы играли в памятник Абаю. Никого уже не интересовал реальный прототип, а само абаеведение все больше уходило в сторону иконографии.
Но, как ни странно, именно московский монумент, точнее, то, что происходило вокруг него, вдруг вдохнуло жизнь в уже давно наглухо заштукатуренный образ Абая. Внезапно стало ясно: все афоризмы поэта, воспринимаемые нами как бал-балы, написаны живым человеком, они, будучи как бы заново открыты, заиграли новыми красками и интонациями. “ОккупайАбай” сделал больше, чем год Абая в России - он привлек к поэту внимание реальных, живых людей, которым не нужно было зачитывать текст про величие казахского мыслителя по бумажке (любое принуждение, как известно, отвращает). Да и сами казахи начали судорожно искать информацию о легендарном соотечественнике, чтобы не ударить в грязь лицом перед россиянами. Соскабливание чванливой накипи с Абая произошло как в метафорическом, так и в буквальном смысле: монумент на Чистых Прудах, пребывавший в не очень хорошем состоянии, несколько раз очищали от грязи и помета.
Жаль только, на все казахстанские памятники не хватит российских несогласных.
Тулеген БАЙТУКЕНОВ, Алматы, тел. 259-71-96, e-mail: tulegen@time.kz
