Уснув казахами, японцами не проснёмся

Балташ ТУРСУМБАЕВ (на снимке) - бывший вице-премьер, курирующий агропромышленный комплекс, экс-министр сельского хозяйства - в интервью газете “Время” дал оценку сегодняшнему состоянию аграрной отрасли. Впрочем, разговор зашел не только о селе.

- Балташ Молдабаевич, на прошлой неделе министр сельского хозяйства Асылжан МАМЫТБЕКОВ, отвечая премьеру, дал понять: чтобы не “пролететь” с закупом за рубежом племенного скота, как вышло на Украине, нужно “разговаривать с этим скотом на одном языке”. Признайтесь честно, вы теперь спокойны за наше животноводство?
- Начнем с того, что животноводство - жизненно важно для казах­станцев. Сегодня отрасль вымирает - ее пустили на самотек. Идет экстенсивное развитие - без вмешательства человека. Животные становятся полудикими. Потому что, вы посмотрите, по замерам 90-го года вес крупного рогатого скота составлял в среднем 400-410 кг (и это был не лучший показатель - у передовых животноводческих стран - от 500 до 600 кг). А сегодня, если взять 20-месячных, по выражению Мамытбекова “телок”, то они весят 200 кг - как будто это полудикие животные. Так же - почти наполовину - похудели лошади, овцы, они тоже постепенно дичают. Продуктивные качества скота полностью потеряны. И никто за это не несет ответственности.

- Ну, как же! Мамытбеков час­то говорит о племенном скоте.
- Наверное, он хотел уговорить телок, чтобы они плодились двойнями-тройнями - тогда животноводство и развивалось бы. Когда человек не знает свою работу, он счастлив. Вот он сказал про телок и “говяжий язык” - и верит же, что так оно и будет. Когда на Медео ураган повалил полувековые ели, по телевизору показывали этого министра - он стоит у бревна и говорит: не надо бревна вывозить, из них получится удобрение. Это из бревен-то! И такой человек управляет важнейшей отраслью экономики... Справедливости ради надо заметить, что в правительстве МАСИМОВА Мамытбеков не одинок. Там еще много таких, кто думает, что из бревна получится удобрение. Чтобы развивать любую отрасль, нужна соответствующая законодательная база. Был в распущенном ныне мажилисе аграрный комитет, его много лет возглавлял Ромин МАДИНОВ - юрист. В том же аграрном комитете был такой - Еркин РАМАЗАНОВ. Он тоже не аграрник - специалист по производству силикатных кирпичей. Ну и производил бы кирпичи дальше - дело-то полезное! Этим людям развитие сельского хозяйства не нужно. Зато они все постоянно рассказывают в интервью, как у нас все прекрасно, используют красивые термины, которые, видимо, в иностранных словарях вычитывают. А сельскому хозяйству не до красот - это тяжелая отрасль, которой надо планомерно заниматься. А мы на протяжении 20 лет придумываем все новые и новые лозунги и программы, при этом напрочь забывая предыдущие.

- Ну, как же! Ведь идет модернизация производства по Прог­рамме ФИИР (форсированного индустриально-инновационного развития. - З. А.).
 - Я свято убежден, что инновации надо развивать на базе существующих казахстанских реалий. Нельзя, уснув казахом, проснуться японцем. У нас есть традиционные отрасли - их и надо развивать и совершенствовать. Мы что, будем сейчас выпускать плазменные телевизоры с национальным орнаментом и конкурировать на мировом рынке? Есть международное разделение труда, в нем мы должны найти свое место. Надо заниматься животноводством, а телевизорами обеспечат мир Китай, Япония, Малайзия.

- С февраля 2012 года Минис­терство сельского хозяйства отменило лицензирование экс­порта зерна. Что вы об этом думаете?
- Мера необходимая. Не надо ни квот, ни лицензий. Мы можем экс­портировать зерно, и можем делать это безболезненно. Но надо определить ряд вещей - сколько нам самим нужно, кто будет закупать и где хранить. Нам необходим резерв - 30-40 процентов как минимум, а сверх этого - пожалуйста! Но без запаса нельзя. Иначе через год опять будем кричать об эмбарго. Или о засухе. Или еще о чем-нибудь. Я согласен: квоты и лицензии надо отменять, но для этого нужно научить наше население работать в рыночных условиях.

- Можно ли сегодня говорить о продовольственной безопаснос­ти в Казахстане?
- Ввиду небольшого населения в ближайшие 20 лет в Казахстане не стоит ждать голода. Продовольствие будет. Вопрос в том, что оно, наверное, будет не очень качественное и дорогое. Но будет. Другой вопрос - во что это обойдется сельхозпроизводителю и как ему придется выживать. Но главное: казахстанцам будет что поесть.

- Под занавес уборочной кампании случился большой скандал, когда премьер МАСИМОВ заявил: излишки зерна придется хранить под снегом на полях. А министр Мамытбеков огорошил: богатый урожай вредит Казахстану...
- Если по уму, то хлеб начинают считать с конца июля - в первых числах августа. Тогда уже можно понять, какова урожайность. Тогда было известно - будет собрано около 30 млн тонн пшеницы. Надо было подготовить постановление правительства, определить исполнителей, рассчитать, как “распределить все по сусекам”. В Алматинской области элеватор-”стотысячник” стоит пустой. Есть приватизированные зернохранилища - они тоже пустуют. Но там же есть хозяева - с ними надо было заранее договариваться! С первого дня, как только начали молотить пшеницу, надо было задуматься, куда все это девать, возложив ответственность за это на ту же “Прод­корпорацию”. Ничего подобного не сделали - вот и вышло так как вышло...

- Балташ Молдабаевич, вы были секретарем Совета безо­пасности РК. В субботу очередная антитеррористическая операция завершилась, стоила жизни двум спецназовцам. Может быть, вы ответите, почему в прежде благополучном “стабильном” Казахстане теперь едва ли не каждую неделю гремят взрывы?
- Почвой для терроризма является социальная неблагоустроенность - это надо признать. Никогда в Казахстане не бывало столько безработной молодежи, сколько сейчас. Самое страшное, что это люди в возрасте от 20 до 30 лет. Вот где благодатная почва для терроризма. Вот с чем надо было бороться с самого начала - с “омоложением” безработицы! А у нас “методы борьбы” - подключить всю мощь, внутренние войска, армию. Силовой путь не решит проблем - только озлобит еще больше террористов. Повторю: во-первых, надо решить социальные вопросы и, во-вторых, ужесточить требования к самим силовикам. Чтобы правоохранительные органы по-настоящему занимались профилактикой терроризма, чтобы они вообще чем-то занимались, кроме коррупции. Несколько месяцев назад проводили опрос студентов в КазНУ имени Аль-Фараби, там 92 процента студентов заявили: они хотят работать в финполе, КНБ, таможенном комитете. Студенты не видят для себя перспективы в других отраслях! Как говорится, комментарии излишни. Чем встречает молодежь Система? С одной стороны - повальной коррупцией, а с другой - социальной неустроенностью.

- На борьбу с религиозным экстремизмом новый бюджет предусматривает 13 миллиардов тенге.
- А толку? Куда будут направлять эти деньги? На приобретение израильских автоматов? Немецких машин с “прослушкой”? Или, может, скрытых камер наберут? Это все, конечно, важно. Но еще важнее обеспечить людям уровень жизни, при котором смерть не будет казаться избавлением. Где Министерство туризма и спорта, которое должно молодежью заниматься? Где все другие министерства, которые сегодня оторваны от простых людей? Власть состоит из мамытбековых. И в этом - наша трагедия.

Зарина АХМАТОВА, фото Владимира ТРЕТЬЯКОВА, Алматы