Добро должно быть с чудаками
Этими людьми можно восхищаться, но объяснить их поступки не так-то просто.
А если примерить ситуацию на себя?
Мишель Элвисович
Он постоянно в движении. Сам про себя говорит: “Живу на бегу”.
- Если вы встанете в шесть утра и поймете, что больше не уснете, можем встретиться и вместе попить кофе, - так он пытался назначить мне встречу. Но пересеклись мы поздно вечером. Рассказа с придыханием о своих добрых делах от него я так и не дождалась. Не зря многие считают его чудаком.
Мишелю Элвисовичу Хмелеву еще не исполнилось и тридцати, а у него уже трое взрослых детей. Сыновьям Ринату и Федору (дяде Федору, как называет его сам Мишель. - О. А.) по 18 лет, младшей Наденьке - 14. Первый ребенок появился в его семье около трех лет назад. Точной даты он не помнит, как, впрочем, и того, когда и кого впервые увидел.
- Какая разница, - отмахивается он. - Смысл же не в этом. Я с другими волонтерами постоянно ходил в детский дом, мы устраивали праздники, покупали подарки, просто общались с ребятами. Я не выделял кого-то конкретно, относился ко всем одинаково. Просто именно эти дети стали бывать у меня дома. А как выгонишь человека, который к тебе привык?
- Но почему все-таки они?
- Вот вы замужем? Почему вы выбрали именно этого человека? На подобные вопросы невозможно ответить. Просто так исторически сложилось. Теперь мы семья. Для старших я скорее друг, а для Нади - папа.
Мишель их патронатный воспитатель. Какие это дети? “Такие же, как все”, - отвечал он. Признавался, что иногда от усталости хочется все бросить, но уверял при этом, что не сделал ничего особенного.
- Я не совершил подвига, просто взял детей, у которых практически не было шансов попасть в семью - они слишком взрослые, - рассуждал он. - Помог им, потому что сам когда-то пережил что-то подобное. Рос в семье, но ситуация была такой тяжелой, что в 12 лет пошел работать. Обитал на улице, панковал. Когда мне было 14, первый раз пришел в детский дом. Мы с друзьями устроили праздник для воспитанников. С этого все и началось. Каждый из нас может сделать что-то хорошее, главное - захотеть. Надо начать с малого. Я сначала приходил в детские дома просто за компанию, потом сам взял ребят на воспитание, а теперь мечтаю построить семейный детский дом, в котором будут жить подростки. Я все продумал, сейчас ищу спонсора. Когда меня спрашивают, почему я все это делаю, отвечаю коротко: “Надо”. Да, меня считают чудаком. В одном фильме был диалог, который мне очень нравится: “Вы пьете и колетесь?” - “Нет. Я и так вижу жизнь в радужном цвете”.
Рядом с ним взрослые уже дети изменились. Старшие пацаны перестали врать. Федор, который поначалу почти не разговаривал, стал общительным. Ринат не терпел театр, теперь он с удовольствием ходит на спектакли. Надя вместе с женой Мишеля любит повозиться на кухне. “Из нее получится хорошая жена и мать”, - уверяет молодой папа.
- Если бы не вы, неизвестно, что было бы с этими детьми, - я все же пыталась вывести Мишеля на “сентиментальную” волну.
- Да, это так. Но если бы не они, неизвестно, что было бы со мной. Эти дети - стимул что-то делать, двигаться вперед. Я давно понял, что могу обеспечить самого себя. Но жить только для себя неинтересно.
- Вы своих детей хотите? - спрашиваю.
- Кто скажет, что эти дети не мои?
Ардак-апай
Так 30-летнюю Ардак ДЮСЕМБАЕВУ называют ребятишки. Она тоже волонтер инициативной группы города Алматы. Каждый раз Ардак выкраивает время из плотного графика, чтобы лишний раз забежать в детский дом.
- Это какая-то внутренняя потребность, не могу объяснить, почему я туда хожу, - разводит руками женщина. - Моя жизнь устроена: давно замужем, дочери десять лет, сыну - пять. Все хорошо, но я всегда чувствовала какую-то неудовлетворенность. А когда пришла в детский дом, это ощущение пропало. Наверное, хотелось подарить частичку своей любви и ласки таким ребятам.
- У вас же есть муж, дети, им бы и дарили любовь?
- Я не считаю, что они чем-то обделены. Я же не впадаю в крайности, муж, в принципе, не против, что я туда хожу.
Да, в принципе, супруг поддерживает Ардак, но раздражается, когда она уделяет волонтерству слишком много времени. Хотя он не против взять на патронатное воспитание одного ребенка. Правда, пока не знает, что жена уже “прикипела” к двум братьям.
- Они были у нас дома, дети с ними общаются, - рассказывает женщина. - Сначала я привязалась к младшему из мальчиков - десятилетнему Алеше. Мне просто стало его жалко. У него энурез, и в детдоме над ним издеваются - не общаются, даже не садятся рядом. Захотелось помочь именно ему, вылечить, приласкать. Старший - Олег - поначалу относился ко мне настороженно, не разговаривал, но потом привык.
Она тратит на них свои деньги, вывозит на пикники, пытается вылечить Алешу. Даже устраивала им встречу с родной бабушкой, но та холодно приняла внуков. А Ардак продолжает навещать ребят.
- Кто-то одобрительно кивает, а за спиной, может быть, говорит противоположное, - рассуждает Ардак. - Мой папа меня ругает: “Зачем ты это делаешь? Лучше помоги родным”. Знаете, у нас принято совершать какие-то одноразовые поступки. Люди будто пытаются купить святость: подарили что-то обездоленным и считают, что на этом их миссия выполнена, они уже чисты. А я хочу тратить на это время и силы.
Сейчас Ардак решает, забрать ли Алешу и Олега из детского дома. Это тяжелый шаг, его нужно хорошенько обдумать. Но внутренне она, похоже, к этому уже готова...
...Мишель и Ардак - мои ровесники. Общаясь с ними, я сама себя не раз спрашивала: “Смогла бы?”. Наверное, нет. Большинству из нас проще умиляться и созерцать со стороны. А те, кто что-то реально делает, все-таки особенные.
Оксана АКУЛОВА, Алматы, тел. 259-71-99, e-mail: akulova@time.kz , фото Владимира ЗАИКИНА и из архива Мишеля ХМЕЛЕВА
А если примерить ситуацию на себя?
Мишель ЭлвисовичОн постоянно в движении. Сам про себя говорит: “Живу на бегу”.
- Если вы встанете в шесть утра и поймете, что больше не уснете, можем встретиться и вместе попить кофе, - так он пытался назначить мне встречу. Но пересеклись мы поздно вечером. Рассказа с придыханием о своих добрых делах от него я так и не дождалась. Не зря многие считают его чудаком.
Мишелю Элвисовичу Хмелеву еще не исполнилось и тридцати, а у него уже трое взрослых детей. Сыновьям Ринату и Федору (дяде Федору, как называет его сам Мишель. - О. А.) по 18 лет, младшей Наденьке - 14. Первый ребенок появился в его семье около трех лет назад. Точной даты он не помнит, как, впрочем, и того, когда и кого впервые увидел.
- Какая разница, - отмахивается он. - Смысл же не в этом. Я с другими волонтерами постоянно ходил в детский дом, мы устраивали праздники, покупали подарки, просто общались с ребятами. Я не выделял кого-то конкретно, относился ко всем одинаково. Просто именно эти дети стали бывать у меня дома. А как выгонишь человека, который к тебе привык?
- Но почему все-таки они?
- Вот вы замужем? Почему вы выбрали именно этого человека? На подобные вопросы невозможно ответить. Просто так исторически сложилось. Теперь мы семья. Для старших я скорее друг, а для Нади - папа.
Мишель их патронатный воспитатель. Какие это дети? “Такие же, как все”, - отвечал он. Признавался, что иногда от усталости хочется все бросить, но уверял при этом, что не сделал ничего особенного.
- Я не совершил подвига, просто взял детей, у которых практически не было шансов попасть в семью - они слишком взрослые, - рассуждал он. - Помог им, потому что сам когда-то пережил что-то подобное. Рос в семье, но ситуация была такой тяжелой, что в 12 лет пошел работать. Обитал на улице, панковал. Когда мне было 14, первый раз пришел в детский дом. Мы с друзьями устроили праздник для воспитанников. С этого все и началось. Каждый из нас может сделать что-то хорошее, главное - захотеть. Надо начать с малого. Я сначала приходил в детские дома просто за компанию, потом сам взял ребят на воспитание, а теперь мечтаю построить семейный детский дом, в котором будут жить подростки. Я все продумал, сейчас ищу спонсора. Когда меня спрашивают, почему я все это делаю, отвечаю коротко: “Надо”. Да, меня считают чудаком. В одном фильме был диалог, который мне очень нравится: “Вы пьете и колетесь?” - “Нет. Я и так вижу жизнь в радужном цвете”.
Рядом с ним взрослые уже дети изменились. Старшие пацаны перестали врать. Федор, который поначалу почти не разговаривал, стал общительным. Ринат не терпел театр, теперь он с удовольствием ходит на спектакли. Надя вместе с женой Мишеля любит повозиться на кухне. “Из нее получится хорошая жена и мать”, - уверяет молодой папа.
- Если бы не вы, неизвестно, что было бы с этими детьми, - я все же пыталась вывести Мишеля на “сентиментальную” волну.
- Да, это так. Но если бы не они, неизвестно, что было бы со мной. Эти дети - стимул что-то делать, двигаться вперед. Я давно понял, что могу обеспечить самого себя. Но жить только для себя неинтересно.
- Вы своих детей хотите? - спрашиваю.
- Кто скажет, что эти дети не мои?
Ардак-апайТак 30-летнюю Ардак ДЮСЕМБАЕВУ называют ребятишки. Она тоже волонтер инициативной группы города Алматы. Каждый раз Ардак выкраивает время из плотного графика, чтобы лишний раз забежать в детский дом.
- Это какая-то внутренняя потребность, не могу объяснить, почему я туда хожу, - разводит руками женщина. - Моя жизнь устроена: давно замужем, дочери десять лет, сыну - пять. Все хорошо, но я всегда чувствовала какую-то неудовлетворенность. А когда пришла в детский дом, это ощущение пропало. Наверное, хотелось подарить частичку своей любви и ласки таким ребятам.
- У вас же есть муж, дети, им бы и дарили любовь?
- Я не считаю, что они чем-то обделены. Я же не впадаю в крайности, муж, в принципе, не против, что я туда хожу.
Да, в принципе, супруг поддерживает Ардак, но раздражается, когда она уделяет волонтерству слишком много времени. Хотя он не против взять на патронатное воспитание одного ребенка. Правда, пока не знает, что жена уже “прикипела” к двум братьям.
- Они были у нас дома, дети с ними общаются, - рассказывает женщина. - Сначала я привязалась к младшему из мальчиков - десятилетнему Алеше. Мне просто стало его жалко. У него энурез, и в детдоме над ним издеваются - не общаются, даже не садятся рядом. Захотелось помочь именно ему, вылечить, приласкать. Старший - Олег - поначалу относился ко мне настороженно, не разговаривал, но потом привык.
Она тратит на них свои деньги, вывозит на пикники, пытается вылечить Алешу. Даже устраивала им встречу с родной бабушкой, но та холодно приняла внуков. А Ардак продолжает навещать ребят.
- Кто-то одобрительно кивает, а за спиной, может быть, говорит противоположное, - рассуждает Ардак. - Мой папа меня ругает: “Зачем ты это делаешь? Лучше помоги родным”. Знаете, у нас принято совершать какие-то одноразовые поступки. Люди будто пытаются купить святость: подарили что-то обездоленным и считают, что на этом их миссия выполнена, они уже чисты. А я хочу тратить на это время и силы.
Сейчас Ардак решает, забрать ли Алешу и Олега из детского дома. Это тяжелый шаг, его нужно хорошенько обдумать. Но внутренне она, похоже, к этому уже готова...
...Мишель и Ардак - мои ровесники. Общаясь с ними, я сама себя не раз спрашивала: “Смогла бы?”. Наверное, нет. Большинству из нас проще умиляться и созерцать со стороны. А те, кто что-то реально делает, все-таки особенные.
Оксана АКУЛОВА, Алматы, тел. 259-71-99, e-mail: akulova@time.kz , фото Владимира ЗАИКИНА и из архива Мишеля ХМЕЛЕВА
Поделиться
Поделиться
Твитнуть
Класснуть
