01 июля 2009, 00:00 7171

Как стать снобом за 500 рублей

Так и передайте: он - гений!

За те несколько лет, что беру интервью у людей из московской культурной тусовки, вполне уже привык, что каждый из них каким-то боком или связан с Казахстаном, или помнит о нем что-то важное. Вот и Дмитрий Ицкович, едва нас познакомили и стало понятно, что я из Алматы, немедленно спросил:
- А вы Тараса ПОПОВА (известный казахстанский режиссер-документалист, автор фильмов “ Опыт креста”, “ Игры разума” и др. - В.Б.) знаете?
- Знаю. У нас жены в одном классе учились, - ответил я, а про себя подумал: “Не СНГ, а просто коммуналка какая-то”. И задал встречный вопрос: - А вам-то он откуда известен?
- От Олега ПОПОВА, он работает у нас в Полит.ру большим начальником, почти что главным, сам по себе прекрасный человек и замечательный, ироничный фэнтезийный писатель, автор книжек - “Уловка водорастов”, “Красный Бубен”, “Три зигзага смерти”… Так вот, Олег был на “Киношоке” и увидел там “Игры разума” вашего Попова. Он привез диск в Москву: посмотри, говорит, какой клевый фильм. Я посмотрел. Да, говорю, интересно, это казахстанский Дэвид ЛИНЧ, во всяком случае, близкий к Линчу по киноязыку. Но откуда такая камера блестящая? Она гениальная! После этого у меня к Тарасу пафосное отношение: он гениальный чувак!

- По крайней мере, один из ведущих документалистов у нас…
- Он снимает не документальное - он снимает иконическое кино. Причем когда он включает документалистику, журнализм, то начинает сыпаться: становится неинтересно. А когда сам куда-то уходит, растворяется, и остается только зрение на мир, то этот мир - почти горний. Это ад, чистилище, рай… Это круто по кадру, круто по личной харизме. Даже в самом первом его фильме “Опыт креста” поражаешься, как малолетки в колонии под камеру это делают: чморят друг друга, опущенные откровенно разговаривают, не стесняются…

- Он же там психиатром долго работал. Свой поэтому.
- Да, я знаю. Так что у себя там всем передайте, я настаиваю: Тарас Попов - гениальный художник.
- Передам.

Продам духовное общение. Недорого

- Давайте конкретно о вашей сети поговорим. У вас ведь довольно низкие цены.
- Москва - достаточно платежеспособный город. Здесь студент может за вечер оставить 500 рублей (примерно 2200 тенге. - В.Б.), а это большие деньги.

- По алматинским меркам - довольно средние. Если не сказать - маленькие.
- А почему должно быть больше? Если организовать устойчивый поток в 300-400 человек, которые будут поставлять такие деньги, - это хороший бизнес. Может, в клубах, где наркотики, в стрип-барах прибыль выше - ну, так там и платишь больше, и риски выше.

- И все-таки если сравнивать со средним уровнем цен московского общепита - я даже не говорю о пафосных ресторанах, - то налет демпинга чувствуется.
- Да я не знаю. Когда мы стартовали, было просто мало “бюджетных” заведений. А вообще, когда человек платит за еду, он же платит не только за нее - еще и за картину на стенке, за хорошую официантку, за престижность места. То есть за мелкие бонусы. Здесь он получает одни “премии”, там - другие. Если мы поднимем ценовую планку, то получим что? Люди будут приходить на культурные мероприятия уже пьяные.

- А что люди у вас покупают, кроме еды и чая?
- Атмосферу.

- Из чего она состоит?
- Из людей. Кроме того, из книг, социальной антрепризы. Вот здесь, на первом этаже-кафе “Билингва”, есть галантерея “ОГИ” - тусовочный магазин игрушек, одежды, аксессуаров. А на втором проходят концерты, публичные лекции, литературные вечера.

- Мне рассказывали, вы привезли опыт таких клубов из Штатов.
- Да нет, не совсем. Там я жил месяцев семь-восемь. Просто гулял по Америке. Подрабатывал на стройке, в прачечной, преподаванием русского языка, house-keeping’ом.

- Поехали за экспириенсом?
- Ну да. В гости.

- То есть для Москвы сеть литературных кафе - это ваше ноу-хау.
- Для Москвы - да.

- А когда вы начали?
- Первый клуб открыли на новый 1999 год. Он был как fun, не масштабирован и не защищен как бизнес. Это был первый опыт перенесения культурного общения из квартир в публичное пространство. С теми же самыми музыкальными группами и литераторами. А масштабировали как бизнес мы его в 2000 году.

- Значит, вы заняли нишу недорогих заведений, пустовавшую на фоне конкуренции пафосных ресторанов?
- Была идея - сделать клубешник. Есть энергия, деваться некуда, хочется чем-то заняться…

- Клубная система - это система управления неким сообществом. Ведь у человека несколько ролей: мужчина, женщина или трансвестит; студент, продавец или менеджер и т.д. И вот еще одна роль - завсегдатай клуба.
- В последнее время плоховато пасем народы. Меня управление сообществом - то самое пасение - меньше занимает, чем креативные, базовые, рэперные решения медийного типа.

- Например…
- Полит.ру, скажем. Или мне интереснее создать цикл публичных лекций, чем быть его ведущим и заниматься этим постоянно. То есть придумать такую историю, как система клубов, которая потом начинает работать сама.

- Меня вот что занимает. Заведения у вас непафосные, а расположены в пафосных местах. Мы сейчас сидим в “Билингве” на Чистых прудах. Есть еще, я знаю, точка на Старой площади, рядом с администрацией президента. Кстати, СУРКОВ (замглавы президентской администрации, главный идеолог Кремля. - В.Б.) не заглядывает?
- Может, и заглядывает, просто я его не видел никогда. А сотрудники администрации ходят постоянно.

- Прошу не воспринимать меня как налогового инспектора, однако имею закономерный вопрос: такие низкие цены - и можно представить, сколько стоит аренда…
- Она стоит рынка.

- И все же, вам кто-то помогает?
- Нет! То есть в каком смысле - помогает?

- Ну, дотации, скажем.
- Нет, конечно.

- И вы с властью никак не контактируете - э-э-э… на бизнес-темы?
- А что такое “контакт на бизнес-темы”? Я просто не знаю, как у вас это устроено.

- Знающие люди (они же злые языки) говорили мне вот что. Дело у вас, в общем, благородное - причастить молодежь к высокому культурному общению, отвлечь ее от наркотиков, футбольного фанатства и т.п. И, может быть, из этих соображений власть и помогает. В том числе материально.
- Такие идеи нас тоже посещают: хорошо бы было! Но - крутимся сами как можем.

- А вот подтвердите или опровергните такой слух: будто бы вы самолично ездили в Ростов за гусиной печенкой и потом продавали фуа-гра в своей сети ниже себестоимости.
- Действительно, мы с приятелем отправились к одному ростовскому предпринимателю за фуа-гра. Но продавали ее как положено - с наценкой раза в четыре. У нас порция стоила 500 рублей. Это не даром. Просто остальные и покупали, и продавали дороже.

- Я еще слышал, что у вас было самое дешевое в Москве карпаччо.
- Да-а, это была фишка! Когда мы открыли “ПирОГИ” на Новокузнецкой (самое успешное заведение с точки зрения перехода от узкой тусовки к широкой, это было взрывоподобно, туда очень много людей ходило), вышла смешная штука. Мы взяли очень дорогого шеф-повара с условием, что он будет кормить огромное количество народа, но дешево и вкусно. Кухня там действительно приличная. И вот возникло это карпаччо. Мы посчитали себестоимость блюда - вышло 20 рублей. А давайте оно в меню будет стоить 50 - это наша наценка. Сколько в остальной Москве оно стоит? 500 рублей. А у нас в десять раз меньше. Круто? Круто. Но потом выяснилось, что при расчете себестоимости мы крупно ошиблись: она оказалась выше продажной цены. И продажа карпаччо по всей сети нам стала давать убыток в $3000 в месяц. Но это не важно. Важно, что всю Москву мы подсадили на “дешевое кафейное карпаччо”. А человек же не только его заказывает, когда приходит. В общем, из случайной ошибки вышел блестящий маркетинговый ход.

- Хреновая настойка “Соломоныч” в меню - ваша дань самоиронии?
- Это очень крепкая настойка, но не на хрену, а на сельдерее. Ее мне в подарок сделали. В честь того, что некоторое время назад я питался в основном сельдереем. И спиртом.

Зубы стискивал - и старался радоваться

- Позвольте личный вопрос: как вы могли отпустить свою дочь в Израиль на войну?
- Мои же родители отпустили меня в стройбат.

- Кстати, стройбаты в Казахстане давно уже отменены: все военные строительные заказы берут гражданские подрядчики. А на днях буквально ликвидировали и дисбат.
- Казахстан - прогрессивная страна! Израиль - тоже неплохая страна. Моя дочь довольно долго там жила, у нее гражданство израильское. Ее вызвали и спросили, пойдет ли она служить. Она сказала: пойду. И пошла.

- А для вас служба в стройбате - это был хороший опыт или отрицательный?
- Неплохой отрицательный опыт. Любой опыт хорош - когда он опыт. Но про некоторые опыты можно сказать, что лучше бы их все-таки не было. В стройбате же главное: день прошел - и х… с ним. Я там зубы стискивал - и старался радоваться.

Если захотелось пописать на Красной площади…

- Ответьте мне, как создатель популярных сайтов Zhurnal.ru и Polit.ru, на сетевом пространстве смена режима с ельцинского на путинский как-то сказалась?
- Кто-то растет, безусловно. Потому что допустимая оппозиционность - она дает свои плоды.

- Допустимая кем? Или все-таки разрешенная?
- А что такое “разрешенная”? Разрешенная кем?

- Ну как - кем…
- Человек сам себе разрешает или допускает, правда? Везде так устроено. Если я не ссу на Красной площади, то, значит, что-то меня сдерживает, даже если хочется писать. Или не сдерживает. Ограничения - они внутри нас.

- Спрашиваю об этом не просто так, а к вопросу о прогрессивности Казахстана. У нас есть опыт закрытия сайта по суду - за разжигание межнациональной розни, которое увидели в читательских комментариях, вовремя не удаленных модератором. Причем в суде они фигурировали даже не в интернетовском формате .html, а в обычных “вордовских” распечатках. Больше скажу: недавно парламент принял законопроект о государственном регулировании Интернета, по которому все сетевые ресурсы - сайты, форумы, дневники, блоги и т.д. - приравниваются к обычным СМИ. Со всей вытекающей ответственностью.
- Ну - жесть! Интересно, как это будет происходить. Хотя китайский опыт есть. Наверное, ваши техники справятся. Что можно тут сказать? Это просто технологически сложная задача.

- Ничего подобного. Когда у нас понадобилось нейтрализовать блог одного неуловимого товарища в “Живом журнале” - взяли и блокировали доступ в ЖЖ. Для всех в Казахстане. Причем под раздачу попала и Киргизия.
- Если этот товарищ сильно захочет, он все равно будет туда пролазить. Только это потребует немного больше усилий. И чем будут больше его закрывать, тем выше станет его популярность.

Вадим БОРЕЙКО, vboreyko@time.kz , фото автора, Москва

Твитнуть

Класснуть