Евгений Жовтис, правозащитник: Бить могут и по ночам!

В прошлом номере мы сообщили о том, что в начале ноября правительство Казахстана представило Комитету ООН против пыток второй доклад “О мерах по осуществлению и практической реализации положений Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания” (см. “О пытках - без пристрастий”, “Время” от 22.11.2008 г.). Правозащитники подготовили альтернативный доклад, и точки зрения официального Казахстана и НПО оказались разными. Причины этих различий разъясняет читателям газеты “Время” директор Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности Евгений ЖОВТИС (на снимке).

- Правительство действительно сделало несколько позитивных шагов, - говорит он. - За годы, прошедшие с момента ратификации нашей страной этой конвенции, оно перевело пенитенциарную систему из ведения МВД под “крыло” Министерства юстиции. В этом году правительство ратифицировало факультативный протокол к Конвенции против пыток, в соответствии с которым в стране в течение года должны быть созданы условия для посещения представителями общественности мест содержания под стражей, включая внезапные посещения. Делается это для того, чтобы был общественный контроль за тем, в каких условиях содержатся люди. Когда Казахстан присоединился в 1998 году к конвенции, он не сделал заявления по статьям 21 и 22. Если то или иное государство делает по ним заявление, то любое другое государство может проинформировать Комитет о фактах применения пыток в этой стране. И, естественно, граждане страны, сделавшей заявление по этим статьям, получают право обращаться в Комитет ООН против пыток. И вот наконец в нынешнем году Казахстан такие заявления сделал. В стране созданы наблюдательные комиссии, которые занимаются мониторингом мест лишения свободы. Во многие из них входят и сотрудники нашего бюро. Наконец, при омбудсмене РК создана рабочая группа по предупреждению пыток. Стало больше взаимодействия между властями и правозащитными организациями в этом вопросе. Сейчас в Алматы стартовал пилотный проект Хартии по правам человека по мониторингу изоляторов временного содержания (ИВС) и полицейских участков - он направлен на предупреждение пыток в системе МВД.

- Но ведь следственные изоляторы переданы Минюсту?
- Да, все следственные изоляторы, кроме изоляторов КНБ, стали минюстовскими. Но, к сожалению, пока еще существуют места содержания под стражей, которые находятся в ведении того учреждения, которое ведет расследование. Это грубейшее нарушение международных стандартов. Вообще, из 16 рекомендаций, которые Казахстан получил от Комитета против пыток в 2001 году, выполнены только 5. Среди тех, которые проигнорированы, - создание независимого органа по расследованию сообщений о пытках. Сейчас такие сообщения рассматривает управление собственной безопасности МВД или ДВД - одно из подразделений того ведомства, на которое жалуются граждане. Понятно, что объективность и беспристрастность таких расследований можно поставить под сомнение. В этой ситуации трудно рассчитывать на своевременную и независимую медицинскую экспертизу. Часто бывает, что, находясь в СИЗО, люди не могут встретиться со своим адвокатом.

- А как доказать, что человека пытали?
- Когда речь идет о физических пытках - это еще доказуемо, хотя у нас умеют не оставлять следов, например, бить пластиковой бутылкой. А вот как доказать психологическое воздействие? Для этого нет эффективных механизмов. Еще одна проблема связана с судебной системой. По-хорошему, заявления о пытках должны рассматриваться судом очень серьезно. У нас же чаще всего, когда человек заявляет, что он дал признательные показания под пытками, судья вызывает следователя, который, естественно, божится, что он никого и пальцем не трогал. И суд этим удовлетворяется. Более того, судьи почему-то склонны считать, что любое заявление о пытках продиктовано желанием уйти от ответственности. На самом деле, если человек во время суда отказался от тех показаний, которые он давал на стадии предварительного следствия, они должны быть исключены из доказательной базы вообще. То есть законными в этом случае должны считаться только те показания, которые он дает в суде.

- В уголовном законодательстве есть статья о пытках?
- Да, это недавно добавленная статья 347-1 Уголовного кодекса РК, но она пока не работает, потому что в 90 процентах случаев уголовное дело против тех, кто пытал, возбуждают по статье “Злоупотребление служебными полномочиями”.

- А в ваше бюро часто обращаются люди с жалобами на пытки?
- Мы сейчас реализуем большой проект, направленный на предупреждение пыток, который поддержала Европейская комиссия. Этот проект рассчитан на 3 страны - Казахстан, Киргизию и Таджикистан. За полтора года мы получили около 400 обращений. В 150 случаях мы направили жалобы в различные гос-органы. Однако было возбуждено только одно уголовное дело по статье 347-1. Еще в нескольких случаях были хотя бы проверки. В остальных - отписки: “Предоставленные вами факты не нашли подтверждения “. К сожалению, реальной борьбы с пытками у нас в стране не ведется. За 2004-2006 годы было возбуждено всего 5 дел, по которым люди понесли наказание.

- Насколько я понимаю, в конвенции речь идет не только о пытках?
- Да, в ней оговариваются и условия содержания людей - их питание, досуг и так далее. Причем не только в местах содержания под стражей, но и в центрах временной изоляции и реабилитации несовершеннолетних, спецприемниках (так называемых “бомжатниках”) и даже - в домах престарелых, детдомах и психиатрических клиниках. То есть во всех учреждениях, где люди в той или иной степени ограничены в свободе передвижения и зависят от руководства этого учреждения. Мы разработали специальную методику мониторинга по всем этим пунктам. Ее эффективность зависит от беспрепятственного посещения этих мест правозащитниками. Между тем, как недавно заявил Минюст, правозащитников будут пускать в места лишения свободы ограниченно, потому что там “особый режим”. И туда никого не пустят ночью: дескать, в это время заключенные должны спать. Но у нас есть международные обязательства создать негосударственный орган с участием общественности, который должен иметь право доступа в такие учреждения в любое время дня и ночи. Ведь бить могут и по ночам!

- Как в целом вы оцениваете условия содержания людей под стражей?
- Если брать ИВС и СИЗО, то ситуация улучшается. Например, новый изолятор в Алматы - на 70-м разъезде - уже близок к мировым стандартам. Там в камерах есть туалет и душ - это отдельные теплые комнаты, а не дырки в полу за занавеской. Что касается мест лишения свободы, то тут одно время ситуация была просто ужасной, потом она несколько улучшилась, а сейчас опять ухудшается. Достаточно вспомнить серию актов членовредительства, которая прокатилась по Казахстану в 2007-2008 годах. Да, можно считать, что в некоторых случаях это - попытки криминала как-то повлиять на режим, но, по большому счету, для таких действий всегда есть повод. В психиатрические клиники мы пока не попадали, хотя я полагаю, что там проблем не меньше. Здесь необходим полноценный общественный контроль. Ведь там находятся люди, которые не способны сами себя защитить. В детских домах и домам престарелых периодически возникают скандалы - значит, не все так хорошо, как нам преподносят. Очень серьезная ситуация со всевозможными приемниками-распределителями. Там людей могут держать до 30 суток - при том, что полиция имеет право держать задержанного 3 часа для установления личности и 3 дня - при решении вопроса о возбуждении уголовного дела. А у нас человек, который ничего не совершил, но у него нет при себе документов, может просидеть там целый месяц! Так что, сами видите, - работы у нас хватает...

Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности. Тел.: +7 (727) 225 42 71, 225 99 55. Адрес: Алматы, ул. Абая, 4а (угол ул. Тлендиева), офис 423.

Мадина АИМБЕТОВА, фото Владимира ТРЕТЬЯКОВА, Алматы