7506

Секс начинается в голове

Секс начинается в головеВ женских образах художницы Алмагуль МЕНЛИБАЕВОЙ нет ничего гламурного и приятно щекочущего мужские чувства. Сильные и чуть страшноватые в своей мистической притягательности жительницы степи, обнаженные, с распущенными волосами. Такими увидел кочевниц Нью-Йорк в феврале на персональной выставке Алмагуль. Когда родной город познакомится  с фото- и видеопроектами художницы, давно работающей на Западе, сказать трудно. Сейчас Менлибаева вернулась в Алматы  на два месяца, чтобы подготовиться к очередной выставке в Германии.

- Я же не партиец какой-то, чтобы отчитываться перед народом. Возможно, в следующем году покажу свои работы в одной частной алматинской галерее.

- Почему не в Кастеевском или Госмузее?

- Потому что это стоит больших денег. Я не понимаю, почему в Нью-Йорке или Берлине меня выставляют бесплатно, а здесь я должна платить.

- Поэтому вы уехали в Германию?

- Я не уезжала из Казахстана. Я путешествую по миру, потому что местный артрынок очень маленький для меня. Здесь даже не с кем вести диалог. А если я что-то сделаю, то найдется местный бабай, который мне скажет: “Что ты творишь, в XIII веке такого не было, ты нарушаешь наши традиции!”. Мне не нужны эти бессмысленные войны, разговоры и мыльные пузыри. Поэтому я казахстанский художник, который работает на международной арене.

- И когда последний раз местный бабай говорил вам “ой-бай!”, простите за каламбур?

- Неделю назад.

- Правда, что вашу работу запретили демонстрировать в Кастеевском музее?

- Я не хочу говорить об этом, потому что скандал даст оппонентам ненужную энергию.

- В Алматы нет ни одного зала, где выставляется современное актуальное искусство. Более того, контемпорари-арт практически и закончился одной волной вашего поколения. Вы научились выживать, но не в этой стране...

- Этот вопрос не к художникам. Есть огромная армия искусствоведов и галеристов, их даже больше, чем нас. Именно они должны продвигать искусство. Художник не должен петь: “Ой, какая у нас замечательная страна, сколько в ней цветов, полей и рек и какие все красивые”. Это вранье, и оно долго не живет. Настоящий художник тот, кто видит противоречия жизни и с болью, профессионально проживает их.

- Если вы современный художник, то почему тогда образ центральноазиатской женщины ищете через древние мифы и символы?

- Я занимаюсь панк-романтическим шаманизмом. Беру экзотическую мифологию и перевожу ее на новый язык так, чтобы она была понятна большой аудитории. Наша проблема в том, что мы не перерабатываем свою культуру. Кстати, многие народы поступают так же. Она становится экзотикой, потом забывается, превращается в нечто архаичное, затем переходит в ковры и сувениры. В какой-то момент и такое существование прекращается и возникают мифы. Мы вообще очень склонны создавать мифы. Шаманизм для меня - такая же мифология. Там есть поэзия и еще много вещей, которые не дают ни христианство, ни мусульманство.

- Например?

- Очень сильная связь с природой. Кроме того, христианство и мусульманство породили очень много табу. Таких запретов, которые делают нас невротичными, и обнаженное тело воспринимается как нечто постыдное. На Западе нагота ассоциируется сразу же с сексом, хотя я считаю, что секс начинается в голове, а не от вида тела.

- И все-таки, не заигрываетесь вы, уходя в древность как в недостижимый рай?

- На самом деле для меня древности и современности не существует. Мы сейчас умеем пользоваться компьютером, но проблемы остались все те же. В духовном плане мы не изменились.

- Неправда, человечество неуклонно идет по пути гуманизации!

- Какие же мы гуманные, если воруем, убиваем, готовы на все в конкурентной борьбе? Человек один из самых страшных хищников, он притеснил всех животных, он вытаскивает все, что может, из земли и думает, что самый великий. Это еще одна ложная идея - эгоцентризм делает человека несчастным. Люди просто не знают, куда идти, и поэтому сейчас наша главная ценность - деньги.

- Согласитесь, даже художник не может прожить без денег...

- Люди очень легко поддаются манипуляции с помощью того же телевидения. Вот почему мы с такой радостью кинулись в мир потребительства. Сейчас воровать считается нормально. Если кто-то признается, что сидит на денежном месте и не делает этого, то его будут считать идиотом. Но так жить вечно невозможно, мы забываем о последствиях и о том, что каждую минуту строим нашу историю.

- Почему ваша Средняя Азия - это именно обнаженные женщины?

- Потому что для меня обнаженное тело - это только форма, красивый ландшафт. Это как природа, горы - и ничего больше. В качестве натуры я использую людей, которым интересно принять участие в моих проектах. Я работаю с умными женщинами и создаю образ центральноазиатской женщины: сильной, мистичной, даже немного страшной, далекой от журнальной картинки и стандартов модели. Той женщины, которую невозможно представить в парандже. Потому что, когда ты живешь в степи и твой муж уходит с отарой, ты не можешь прятаться от всех в юрте. Ты встретишь гостя, пригласишь его к столу, если надо - ударишь его по башке, если надо - переспишь, чтобы договориться. Вот это кочевая женщина.

- Вы такая?

- Да.

- Вы профессиональный художник, много лет учились владеть кистью и карандашом. Не является ли неким предательством ваш уход в фотографию и видеоарт?

- Это очень провинциальное мышление. Обучаясь живописи, я училась видеть, теперь я пользуюсь новыми методами. Наверное, если бы я начинала с фотографии, то пришла бы к живописи. Жизнь дает много шансов, и если вы не меняетесь, то становитесь сначала закостенелым, потом мертвым и очень-очень несчастным.

- Вы постоянно в разъездах. Есть ли любимый человек, который вас ждет в одной из точек земного шара?

- Да, есть, но мне трудно говорить на эти темы. Художник не может прожить такую же жизнь, как соседка: в 18 лет выйти замуж и нарожать детей. Кроме того, творческие люди несвободны, есть что-то, что их толкает в определенном отношении.

- Что сильнее всего бросается в глаза во время возвращения домой, в Алматы?

- Проблема Алматы - местечковость, существование по принципу что хочу, то и делаю. Все оттого, что людям не хватает информации о том, что происходит, действительно ли у нас демократическое общество и что это такое. Мы взяли за пример какой-то очень дикий капитализм, в котором не выстраиваются отношения между государством и индивидуумом. Только между государ­ством и безликим народом.

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, Алматы,
тел. 259-71-99,  e-mail: evdokimenko@time.kz
фото Владимира ЗАИКИНА

Поделиться
Класснуть