2280

На стартовом лифте



Кем были и кем стали участники президентского молодежного кадрового резерва

На стартовом лифте
Фото: resultsresourcing.net

Президент Касым-Жомарт ТОКАЕВ выступил с инициативой создания президентского молодежного кадрового резерва (ПМКР), цель которого - дать талантливым молодым казахстанцам возможность занять руководящие должности в системе госуправления и квазигосударственного сектора. Этакий социальный лифт для молодежи. В прошлом году в ПМКР были отобраны 300 человек, которые в начале этого года получили должности в администрации президента, канцелярии премьер-министра, различных министерствах, местных исполнительных органах, национальных компаниях и т.д. Мы поговорили с несколькими из них.

Зульфия СУЛЕЙМЕНОВА, заместитель директора департамента климатической политики и зеленых технологий Министерства экологии, геологии и природных ресурсов

- До этого я работала в экономической и социальной комиссии для стран Азии и Тихого океана (ЭСКАТО), в ПРООН в Казахстане и Туркменистане, частном секторе за рубежом. Моя деятельность была связана с окружающей средой. Около пяти лет я проживала за рубежом и рассматривала возможность возвращения в Казахстан, но не знала, как это лучше сделать. И как раз когда у меня заканчивался трехлетний срок обучения в аспирантуре в Токио, объявили набор в ПМКР. И я решила подать заявку, потому что это направление как раз соответствовало тому, что я для себя рассматривала. Я хотела работать именно на государственной службе, хотя и понимала, что по сравнению с моей прежней работой, да и с квазигосударственным сектором, зарплата будет совсем другой. И я хотела попасть именно в Министерство экологии, геологии и природных ресурсов. Моя специализация трансграничное водное сотрудничество - узловой вопрос для Казахстана. Но я получила назначение в департамент климатической политики и зеленых технологий. Однако я не расстроена, потому что вопросы климата влияют на вопросы доступности водных ресурсов. Это очень и очень актуальные вопросы на сегодняшний день, и они являются, скажем, зонтичными для очень большого круга других вопросов. У нас очень большой порт­фель работы: есть и международные переговоры, и формирование политики по смягчению последствий изменения климата. В принципе, мне очень нравится.

- Сложно было адаптироваться на госслужбе после работы в международных организациях?

- Мне в первый месяц было сложно, поскольку я не привыкла в таком формате: есть ограничения, есть сроки. В международных организациях, конечно, тоже есть сроки, но они более мягкие, нет таких жестких рамок. Госслужба очень сильно дисциплинирует. Эта работа не хуже, она просто другая, и в каждой из этих систем есть свои прелести и свои ограничения. Я многому учусь, но в то же время у меня есть возможность привнести свои знания.

- А как коллеги отнеслись к вашему назначению? Все-таки вы резервист, пришли совсем из другой сферы…

- Может, мне повезло, но отношение коллег очень хорошее. Никакого негатива не было. Директор департамента, кстати, тоже прошел в резерв. У нас молодой динамичный коллектив, меня хорошо восприняли. Мне тут нравится.

- В дальнейшем планируете строить карьеру на госслужбе?

- Я не хотела бы уходить из этого госоргана, не достигнув чего-то. Одним из важных вопросов, которые я для себя ставлю, является участие казахстанской делегации в ключевых климатических переговорах, которые состоятся в декабре 2021 года в Великобритании. Это одно из основных международных политических событий, и я хочу как минимум довести до него нашу делегацию. Дальше уже будем смотреть... Основным критерием для того, чтобы рассматривать уход с той или иной позиции, будет чувство того, что я больше не приношу ничего нового и полезного. Пока у меня такого чувства нет, и я остаюсь.

- На ваш взгляд, программа ПМКР эффективна?

- Считаю, что программа ПМКР очень нужная и важная. Но при этом важна и сама идея, и ее реализация. Сейчас проводится очень большая работа по тому, чтобы выстроить весь этот процесс. Ведь это не просто “прошел тестирование - получил назначение”. Важно, что этот человек может привнести в свою работу. И сам резерв создавался как место, которое может собрать или взрастить транс­формационных лидеров. Есть лидеры транзакционные, а есть трансформационные. Нам необходимы трансформационные - люди, которые могут трансформировать существующую систему...

Шынасыл ЕРНАЗАР, первый вице-президент фронт-офиса АО “Казахстанский центр ГЧП”

- Ваше образование и прежняя деятельность были связаны с инвестициями?

- По первому образованию я финансист, по второму - магистр делового администрирования (MBA). Я работаю в Казахстанском центре ГЧП с 2013 года. Это мое первое место работы. То есть я узкопрофильный специалист, резерв дал мне возможность продвигать свои идеи в сфере ГЧП. Это сейчас очень актуальная тема на фоне кризиса: бюджетные средства сокращаются и привлечение частного капитала очень важно. А бизнесу в свою очередь выгодно работать с государством, потому что, как ни крути, оно самый надежный клиент.

- Нынешняя должность - это то, чего вы хотели?

- Я был вице-президентом, а стал первым вице-президентом. Так что в целом я, конечно, доволен. Как нам объясняли, ПМКР - это лифт. Он тебя до определенного этажа довозит, а дальше пешком. В будущем я планирую продолжать двигаться в том же направлении. Возможно, уйду из Казахстанского центра ГЧП, но в целом моя деятельность будет связана с инвестициями. Инвестиции, стратегия, планирование - такие моменты.

- Как коллеги отнеслись к тому, что вы стали резервис­том и получили новую долж­ность?

- Коллеги меня помнят как человека, который в 2013 году пришел в Казахстанский центр ГЧП ассистентом и дорос до вице-президента. Они знают меня как профессионала, и для них то, что я прошел в резерв, стало лишним подтверждением моей компетенции.

- То есть ПМКР для вас сыграл положительную роль?

- До этого у молодежи много было шансов где-то себя проявить? Да, если повезет, займешь какую-то должность, проявишь себя, и тебя увидят и услышат. А президентский резерв дает многим такую возможность. Инициатива сама по себе очень хорошая. На сегодняшний момент сложно судить, насколько она эффективная, потому что прошло всего полгода. Я думаю, через год-два можно будет оценить результаты.

Дастан РЫСПЕКОВ, председатель комитета индустрии туризма Министерства культуры и спорта

- Прежде чем занять нынешнюю должность, я был директором департамента экономики и бюджетного планирования АО “НК “Астана ЭКСПО-2017”. А до этого все время работал на госслужбе. Долгое время трудился в управлении экономики и бюджетного планирования Алматы, был руководителем управления предпринимательства, торговли и туризма Павлодарской области. Так что опыт госслужбы у меня был.

Заявку в ПМКР подал в первую очередь для того, чтобы проверить себя. Мне стало интересно, на что я способен, смогу ли я пройти. Во-вторых, это было возможностью для карьерного роста. Я предусматривал для себя должности, на которых больше самостоятельности при принятии решений, которые помогут внести вклад в развитие страны.

- Вы довольны назначением?

- В целом доволен. Правда, я подавал заявку на региональное управление. У меня большой опыт в этом, я много работал в местных исполнительных органах. Я хотел пойти заместителем акима какой-нибудь области в сфере экономики, финансов, развития предпринимательства либо акимом небольшого города. Но в регионах мне предлагали пойти замначальника либо начальником управления, но я такие должности прошел и уже не видел себя в этой роли. А когда предложили поработать на уровне центрального исполнительного органа, да еще и в интересной для меня сфере туризма, я согласился.

- И как вам работается в комитете индустрии туризма?

- Я пришел в сложное время. Сейчас внимание акцентируется на спасении отрасли, так как именно туризм наиболее пострадал от последствий пандемии коронавируса. Вначале возникли проблемы с вывозом наших граждан из-за рубежа, когда туристичес­кие компании начали испытывать трудности с финансами. То есть туда самолеты летели пустые, а платить нужно было за эти чартерные рейсы полностью. Тогда мы использовали механизм фонда “Туристік Қамқор”, то есть возвращали туристов на деньги, которые оседали в фонде за счет взносов туркомпаний.

Вторая проблема появилась, когда у туркомпаний возникли сложности с оборотными средствами, оплатой налогов и банковскими кредитами. Тогда мы выработали меры господдержки: освобождение от налогов в течение этого года, отсрочка по кредитам, внесение изменений в действующие госпрограммы по поддержке предпринимательства в части туристской деятельности. Третья проблема - это сложности с возвратом средств туристов по неоказанным услугам: туристы заплатили деньги, а туркомпании не могут их вывезти на отдых. Люди стали писать жалобы, требовать свои деньги.

Но тот опыт, который у меня был в сфере развития предпринимательства, и знание государственных программ в этом направлении мне здесь пригодились. Сейчас мы в рамках внесения изменений в законодательство выработали дополнительные меры по развитию отрасли, которые помогут оправиться бизнесу после сложностей, возникших в этом году. Эти меры предусматривают предоставление инвестиционных преференций, то есть освобождение от некоторых видов налогов и таможенных пошлин при реализации инвестиционных проектов, возмещение части затрат предпринимателей при строительстве и оснащении объектов туризма, а также приобретении транспортных средств туристского класса. Кроме того, в целях развития внутреннего и въездного туризма предусмотрено внедрение системы Kids go free (когда дети до 14 лет будут бесплатно совершать полеты по Казахстану в сопровож­дении родителей) и субсидирование туроператоров за каждого ввезенного иностранного туриста в Казахстан с соблюдением определенных условий. Я думаю, все эти меры при успешном их внедрении в 2021 году внесут свой вклад в скорейшее восстановление отрасли и повысят ее инвестиционную привлекательность.

В апреле-мае мы планировали посещение регионов с целью оценки готовности к туристическому сезону, но, к сожалению, в полной мере ее не получилось проделать. Ну и сейчас в связи с карантинными мерами отрасль переживает сложное время, когда то одни регионы закрываются, то другие, и нужно оперативно все эти вопросы решать, чтобы дать возможность бизнесу работать. В общем, приходится отстаивать интересы отрасли при принятии государственными органами решений.

- Как вы целом оцениваете идею создания ПМКР?

- В целом, считаю, это хорошая идея. В нашей стране много молодых талантливых людей, которых нужно продвигать. Но есть одно “но”. На тестировании при формировании резерва уклон больше делался на экономику, математику и IT. Для меня это не было проблемой, потому что у меня экономическое образование, но у нас ведь есть специалисты, которые курируют другие направления. Например, есть заместители акимов областей и городов, курирующие идеологическую работу, социальную сферу, образование, здравоохранение и т.д. Для кандидатов на эти должности, мне кажется, эти тесты были сложными. И в основном в резерв прошли именно экономисты, математики, айтишники. Специалистов, скажем, в социальной сфере или вообще нет, или их очень мало. Мне кажется, нужно было акцентировать тесты по направлениям.

А так, судя по общению с парнями и девушками, которые прошли в ПМКР (у нас есть общий чат), все они достаточно толковые, умные. Правда, у некоторых ожидания были очень высокие, хотя опыта маловато. И мне кажется, нужен был какой-то критерий по отбору: не вся молодежь до 35 лет, а, наверное, с определенным опытом в той или иной сфере, и обязательно на госслужбе.

Мадина АИМБЕТОВА, фото из личных архивов героев статьи, Алматы

Поделиться
Класснуть