Она просто приревновала…

История отношений Ержана РАЕВА* и Молдир УМАРОВОЙ* началась задолго до ее обращения в полицию. Сам Раев утверж­дал, что между ними существовали отношения как между мужчиной и женщиной.

В начале июля 2025 года Раев якобы рассказал своей знакомой, что занимается деятельностью, связанной с тендерами на строительные материа­лы, и предложил ей вложить деньги, пообещав быструю прибыль.

После этого Умарова стала оформ­лять кредиты. Часть денег она получила, заложив золотые украшения. Всего речь шла об 11 миллионах 241 тысяче 704 тенге.

Потерпевшая в суде рассказала, что поверила словам знакомого о возможности заработать на тендерах. Раев предлагал вложить 5 миллионов тенге, а затем обещал вернуть уже 8 миллионов.

Умарова подтвердила, что часть денег мужчина вернул. Когда наступали сроки платежей по кредитам, она получала от него средства. Общая сумма таких выплат достигла 1 миллиона 892 тысяч тенге.

С тем, что получал от Умаровой крупные суммы, Раев не спорил. На следствии мужчина говорил, что тендерами на самом деле не занимался, деньги потратил на собственные нужды, вину признавал и раскаивался. Но в суде от этих показаний отказался и заявил: никакого обмана не было, деньги он просто брал в долг. По его словам, кредиты действительно оформлялись на Умарову, но стороны договорились, что ежемесячные платежи будет вносить он. До задержания, утверждал подсудимый, свои обязательства он выполнял.

Поэтому главный вопрос в суде был не в том, передавались ли деньги. Этот факт никто не отрицал. Суду предстояло определить другое: получил ли Раев миллионы путем обмана или между двумя знакомыми существовали обычные долговые отношения.

На процессе двоюродная сестра подсудимого рассказала, что брат показывал ей совместные фотографии с Умаровой и говорил, что встречается с ней, намерен жениться и в будущем собирается познакомить ее с семьей. Другой свидетель, знавший подсудимого с детства, рассказал, что видел Умарову в автомобиле Раева возле ресторана. Тот якобы представил ее как девушку, с которой встречается и на которой собирается жениться.

Раев в суде пытался объяснить, что после прекращения отношений Умарова узнала о другой девушке и, по его мнению, обратилась в правоохранительные органы из ревности.

Но эту версию суд установленным обстоятельством не признал. В приговоре прямо сказано, что объективными доказательствами предположение Раева не подтверждено, к тому же возможные мотивы потерпевшей повлиять на решение суда никак не могут.

При этом сам первоначальный допрос суд недопустимым доказательством не признал. Раева допрашивали в присутствии защитника, его права были разъяснены, а сведений о каком-либо давлении материалы дела не содержали.

Почему же признания оказалось недостаточно? Суд указал, что даже признательные показания должны проверяться и сопоставляться со всеми остальными доказательствами. И если факт получения денег подтверж­дался бесспорно, то с намерением изначально похитить их все оказалось значительно сложнее.

По закону само по себе невыполнение денежного обязательства еще не означает мошенничества. Необходимо доказать, что человек еще до получения денег или непосредственно в момент их получения уже намеревался завладеть ими путем обмана и не собирался исполнять обещанное. Именно такого первоначального умыс­ла суд в действиях Раева доказанным не увидел.

Остался и вопрос о самих тендерах. Суд установил, что материалов о предъявлении Умаровой поддельных тендерных договоров, протоколов государственных закупок, гарантийных писем или других фиктивных официальных документов в деле не было. Но обман вполне может быть устным.

Поэтому требовалось доказать другое: конкретные ложные сведения сообщались Умаровой до передачи каждого транша и именно из-за этих слов она принимала решение отдавать деньги.

Таких доказательств, по мнению суда, для обвинительного приговора оказалось недостаточно, как и подтверждения того, что мужчина еще в момент получения денег не собирался их возвращать, а планировал присвоить. Доказанным такой умысел суд не признал.

В результате суд №2 Тараза оправдал Ержана Раева по обвинению в мошенничестве в крупном размере за отсутствием в его действиях состава уголовного правонарушения. Меру пресечения в виде содержания под стражей отменили, мужчину постановили освободить из зала суда. За ним также признали право на возмещение вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовному преследованию.

Гражданский иск Молдир Умаровой о взыскании имущественного ущерба суд оставил без рассмотрения, при этом в самом приговоре указав, что это не лишает женщину права требовать исполнения спорных денежных обязательств уже в порядке гражданского судопроизводства.

*Имена и фамилии изменены

Комментарий в тему:

Кенжебек ШАЛТАЙ, адвокат

Главная ошибка в подобных ситуациях - передавать крупные суммы, основываясь только на доверии и устных обещаниях высокой прибыли. Если человек предлагает вложиться в тендер, бизнес или какой-либо проект, необходимо до передачи денег потребовать документы, подтверж­дающие существование самого проекта, понять, кто его организатор, на каких условиях вкладываются средства и из чего именно должна формироваться прибыль.

Все договоренности - сумма, цель передачи денег, срок и условия возврата - должны быть зафиксированы письменно. Желательно перечислять деньги безналично с указанием наз­начения платежа и сохранять всю переписку.

 Особенно рискованно оформ­лять кредиты на свое имя ради другого человека. Перед банком заемщиком остается именно тот, на кого оформлен кредит, независимо от того, кому фактически были переданы деньги. Если что-то пойдет не так, обязанность платить банку никуда не исчезнет. Поэтому обещание “я сам буду вносить платежи” не должно заменять полноценного юридического оформления отношений.

Нужно понимать разницу между неисполненным долгом и мошенничеством. Для уголовного дела недостаточно только показать, что деньги не вернули. Необходимо установить, что человек еще в момент их получения вводил потерпевшего в заблуж­дение и изначально не намеревался выполнять обещанное.

Айжан АУЕЛБЕКОВА, фото предоставлено Кенжебеком ШАЛТАЕМ, Тараз