5469

Оправдания средней фальшивости

Адвокаты Куандыка БИШИМБАЕВА, обвиняемого в убийстве с особой жестокостью своей гражданской жены Салтанат НУКЕНОВОЙ, в суде исказили свидетельства, чтобы... продемонстрировать, что такое возможно.

Оправдания  средней фальшивости

На процессе по делу экс-министра продолжается изу­чение представленных доказательств. Накануне сторона защиты ходатайствовала о приобщении к материалам дела “альтернативных” судебно-медицинских заключений, в том числе и сделанного в Москве.

Однако суд ответил отказом.

- Вывод специалистов о том, что к смерти Салтанат Нукеновой привело ухудшение состояния ее здоровья, обусловленное наличием сопутствующей патологии, субдуральной гематомы в стадии организации, разрыв которой и привел к наступлению смерти, носит предполагаемый характер, - заявила судья Айжан КУЛЬБАЕВА. - Установление причины смерти только по медицинским документам без проведения экс­пертизы трупа, как это сделали российские специалисты, не допускается.

Помимо этого, заметила она, был нарушен процессуальный порядок, а также допущены существенные нарушения, которые отразились на полноте, объективности и обоснованности данного исследования.

Лишившись такого важного козыря, как удобное для них заключение судебно-медицинской экспертизы, сторона защиты обрушилась на свидетельства, играющие против Бишимбаева. В частности, адвокат Ерлан ГАЗЫМЖАНОВ попросил вновь вызвать в суд Аиду АХМЕДИНУ - подругу Салтанат, которая уже давала показания о том, какие отношения царили между Нукеновой и Бишимбаевым. Слова девушки подтверждались ее пере­пиской с Салтанат. Вот эту-то переписку Газымжанов и предложил признать недопустимым доказательством, причем избрал для убеждения присяжных весьма странный способ.

Участникам процесса были роз­даны распечатанные скриншоты с перепиской, а сам правозащитник начал зачитывать текст, судя по которому Салтанат опровергала все то нехорошее, что раньше сообщала подруге о своем муже. Очень скоро стало понятно, что представленное никак не соответствует материалам дела.

Адвокаты потерпевшей стороны, как бы даже не веря себе, поинтересовались: а уж не подделал ли коллега эту переписку?

- Да, - охотно подтвердил Газымжанов. - Я сам сделал эту манипуляцию и для примера показал присяжным, что она не отличается от тех переписок, которые следователь приложил к материалам дела.

По его мнению, переписка между Нукеновой и ее подругой не может считаться доказательством, потому что телефон Ахмединой был сломан вскоре после обследования. А значит, считает он, отсутствие возможности сверки этой переписки с оригиналом в телефоне позволяет производить такие вот манипуляции.

- У суда не имеется оснований не доверять показаниям Ахмединой! - осадила адвоката судья. - Достоверность доказательств проверяется не только при сопоставлении с одним документом, а с учетом всех обстоятельств по делу.

Кроме того, защитнику Бишимбаева было сделано очередное замечание: на этот раз по поводу его аргумента, будто протокол осмотра телефона Ахмединой был сфальсифицирован следователем.

- Если у вас есть достоверные данные о том, что следователь занимался фальсификацией, предоставьте их, - обратилась к стороне защиты Айжан Кульбаева. - После решения по делу судом будут приняты меры с направлением для проверки этих доводов. А если ваши доводы голословны, то вам придется в последующем отвечать за это, поскольку вы перед всей страной говорите, что следователь сфальсифицировал документ в материалах уголовного дела!

Впрочем, Аиду Ахмедину все равно вызвали в суд повторно. Она предъявила свой новый телефон, в котором вся ее переписка с Салтанат была восстановлена в неизменном виде. При этом Аида заметила, что могла сделать это еще в первый раз, но никто об этом ее даже не спросил!

Теперь судья лично сверила текст в мессенджере со скриншотами из уголовного дела. Ахмедина же зачитала то, чем делилась с ней Салтанат за полгода до своей гибели:

“Если я сейчас уйду, он будет думать: “Вот тварь, я для нее все, а она ушла, неблагодарная, растоптала меня и т. д. Иногда прикрывается нормальным. Я сама запуталась, но жить не могу с ним, я хочу быть одна. Эти люди никогда не лечатся - они ходят к психологу, чтобы рассказать, какие они классные, а все дураки. А то, что я второй раз ушла, - это все, конец, возвращаться нельзя. Он сейчас будет на все готов, пока я не прощу. А потом будет издеваться и мстить”.

Салтанат пишет подруге, что Бишимбаев прошел курс психотерапии, “но толку ноль”, и он по-прежнему не дает ей спать и прак­тически не спит сам: “У него параноические мысли постоянно, разговаривает со мной, спрашивает что-то, психует, орет, если не слушаю его. Мне жалко его, жануля, если честно. Он реально травмирован и болен, я вроде как пыталась ему помочь, но я сама себя угроблю. Может, правда, ему в психушке полежать? Я боюсь рожать, я не хочу регистрировать брак. Сейчас он со мной 24 на 7, сутками. Я устала, я ни с кем не общаюсь, кроме него. Он каждый шаг контролирует”.

- Адвокат подсудимого заявляет, что якобы я или следователь сфальсифицировали переписку, - сказала потом Аида Ахмедина. - Это является клеветой, и я хочу обратить на это внимание суда.

Владислав ШПАКОВ, Астана

Поделиться
Класснуть