3035

Под страхом смерти

Казахстанцы, освобожденные на Ближнем Востоке в ходе операции наших спецслужб “Жусан-3”, прошли первую реабилитацию и теперь возвращаются в свои дома

Под страхом смерти
Фото AFP

Десятки женщин и детей находились больше месяца в специальном центре в городе Актау, привыкая к мирной и спокойной жизни. Всего в ходе всех трех “Жусанов” КНБ освободил и вернул на родину 524 казахстанца, из них 357 детей, 137 женщин и 30 мужчин. Несовершеннолетние и большая часть казахстанок не имеют проблем с законом и поэтому разъезжаются по своим родным местам. Мужчины сейчас под следствием. Их ждет суд. Незадолго до их отъезда нашему корреспонденту удалось поговорить с женщинами.

Центр реабилитации больше похож на семейный пансионат. Да и создан он на базе детского лагеря. Большая территория с игровыми площадками, разноцветные двухэтажные коттеджи и несколько дополнительных строений. Вокруг бегает шумная детвора, ими почти круглые сутки занимаются воспитатели. Вместе ходят и купаться на море. Загорелые и веселые. Даже трудно представить, что еще недавно они жили в настоящем аду, думая, что могут умереть каждую секунду, и видя, как погибают их родные или соседи.

Никто из детей не отлучен от матерей. Днем у женщин тоже масса занятий. С ними разговаривают психологи и теологи. Специалисты говорят, что первые сутки были самыми сложными. Женщины, привыкшие жить по законам террористов, даже не хотели снимать свои никабы - черные одеяния, полностью покрывающие с головы до пят. Но после откровенных разговоров и той заботы, которой их тут окружили, они успокаивались и шли на контакт. Сейчас все они переоделись в обычную женскую одежду, а на голову надели только платки. Улыбаются и могут уже без страха и подозрений говорить обо всем.

Одна из женщин, побывавших в Сирии, - Алия из Тараза. Ей сейчас 53 года, из них пять лет она прожила на войне. Говорит, что поехала туда не по своей воле. Спокойно жила в своем городе. Дети - три дочери и сын - уехали жить и учиться в Алматы. Осталась одна, с мужем в разводе 14 лет. Занималась небольшим бизнесом - своя чайхана на местном рынке. Там и познакомилась с гражданином Узбекистана по имени Галиб.

Сошлись, даже провели обряд никях. А когда миграционная полиция депортировала мужчину за отсутствие документов, он решил забрать ее с собой. Но не говорил, куда именно. Пригрозил: если не поедет, то отправит своих братьев по вере убить ее детей в Алматы. Для убедительности стал избивать ее каждый день. Перепуганная женщина подчинилась тирану. И они отправились в путь на автобусе. Сначала в Волгоград, оттуда в Батуми, из Грузии в Турцию, а там и на Ближний Восток.

- В Сирии мы оказались в городе Идлибе, - вспоминает Алия. - Там нас встретили и в сопровож­дении вооруженных боевиков отправили дальше. Мужчин погрузили в другую машину. С тех пор я Галиба не видела. Среди нас были граждане Узбекистана, Дагестана, индонезийцы были. Помимо языка нам насаждали идеологию ДАИШ. Большинство из этих женщин были довольны жизнью. Радовались, что строят свой халифат. Поначалу нам давали еду и одежду сами арабы. После Идлиба мы были в Ракке, потом в Медине. Там я попала под бомбежку.

Мне выделили отдельную комнату. Рано утром после утреннего намаза началась бомбежка, я укрылась возле кровати и обложилась подушками, бомбы сначала пролетали рядом, а потом случился сильнейший грохот, стало что-то падать, и все вокруг потемнело. Одна из авиабомб, выпущенная беспилотником, ударила прямо по нашему дому. Когда очнулась, все вокруг было темно, и я не могла пошевелиться. Стала кричать, никто не отзывался. Потом я потихоньку стала прощупывать все вокруг себя, нашла маленькое отверстие и туда поползла. Хорошо, что я худая, пролезла. Ободрала себе руки и ноги, чувствую, что по голове течет кровь. Как мне потом сказали, у меня было сильное сотрясение. В том доме в живых осталась я одна. Все остальные погибли.

Айжан из Уральска недавно отпраздновала свое 28-летие. Ее приключения начались еще в 2012 году, когда после 3-го курса колледжа бросила учебу и вышла замуж за парня, которого полюбила. Их взгляды совпали. Они хотели увидеть Ближний Восток и изучать ислам. Поехали в Египет. Но через полгода перебрались в Пакистан. Муж Асхат настоял поехать туда. На этом их романтика закончилась. Их разделили и забрали документы. Она жила в общине с другими женщинами, а мужа увезли в другое место. Потом станет понятно, что его отправили в лагерь подготовки боевиков.

К тому времени Айжан родила уже второго сына от Асхата. Он приехал, но пожить вместе удалось всего несколько месяцев. В том же Пакистане в феврале 2013 года он совершил теракт и погиб. Ее, как вдову шахида, перевезли в Турцию. Там познакомили с другим казахстанцем по имени Олжас. И она вышла за него замуж. Он оказался непростым. Этот человек был одним из активных вербовщиков и курьеров в системе ИГИЛ. Олжас и перевез ее в Сирию, а потом и других жен с детьми. Но сам куда-то исчез. До сих пор неизвестно, что с ним.

- К тому времени я уже родила от Олжаса третьего ребенка и забрала к себе еще двоих детей моих знакомых, - делится Айжан. - У малышей родители были тоже казахстанцами, но они погибли. И я видела, как они были истощены в чужой семье, болели. Младшему было полтора годика, а он не то чтобы ходить, даже ползать не мог. Забрала и сама лечила их, выходила. Они мне стали родными. Но я не хотела быть вдовой и жить во вдовьем доме. Все было строго там, были специальные люди - смотрители. В каждом таком доме жили по пять-шесть женщин. А замужним было намного легче. Потому что муж был добытчиком, и замужней позволялось спокойно выходить из дома в магазины и на рынки. И люди относились к ним с уважением, а не как к скотине. Поэтому я вынуждена была снова выйти замуж. Когда мы стали переезжать из города в другое поселение, когда бомбежки участились и мы стали чаще видеть смерть, а руководство ДАИШ стало относиться к нам по-другому, стало понятно: это не тот халифат, которого мы хотели. Было полное разочарование.

Но самое ужасное было, когда мы терпели голод. Месяц мы жили впроголодь в селении Кишма. У нас просто не было ничего, что можно было употреблять в пищу. Когда дети плачут, голодают и просят поесть, сердце просто разрывается. От безысходности мы ходили по пустыне и искали траву, радовались, когда находили что-то похожее на грибы. Хорошо, что это была дождливая осень. Все это мы собирали, варили и жарили. Могли себе позволить только один раз в день кушать. Искали муку, но вместо этого нам продавали отруби. По сто долларов за килограмм стоили рис и мука. Сын говорил: мама, если мы ночью не умрем, то я утром встану и побегу собирать грибы. И это моему ребенку было всего лишь шесть лет! Тогда я поняла, насколько безответственно я поступила в самом начале: подвергать опасности жизнь своих детей - самая ужасная глупость на свете. Хотела только одного: выжить и спасти их.

В том же селении Кишма произошла одна жуткая история. Три казахстанки решились сбежать из Сирии, нашли проводников, договорились с ними, собрали деньги - больше 10 тысяч долларов. А ночью на них напали их же знакомые - другие казах­станки. Убили, забрали деньги и попытались вместо них уехать. Но их вскоре настигли боевики из Амията - подразделение ИГИЛ, отвечающее за внутреннюю разведку. Беглянок-убийц поймали, а затем публично казнили. Но приговор был не за убийство своих же сестер по вере, а за то, что предали государство и решили сбежать. Оказывается, по словам наших рассказчиц, идеологи ДАИШ приветствуют расправу над теми, кто решается покинуть Сирию. Мол, это месть неверным и предателям.

Жуткой была жизнь и у одной из самых молодых казах­станок, побывавшей в Сирии. Майра родом из Жезказгана. Шесть лет назад в 18-летнем возрасте она решилась самостоятельно уехать к своему парню в Стамбул. Она с ним познакомилась по интернету. Жасулан был старше ее на год и учился в Египте. В Турции молодые совершили обряд никях, и он предложил своей молодой жене райскую жизнь в новом исламском государстве. Тогда еще в Сирии не было ожесточенных боевых столкновений, и они поехали туда.

- Мы с Жасуланом прожили всего полгода, - вспоминает Майра со слезами на глазах. - Он погиб в больнице от тяжелых ран. Муж ехал с другом на машине и попал под обстрел курдских военных. Я тогда уже была беременна, родила дочку Ясмин после его смерти. Она сильно похожа на него. Первые полгода я пребывала в шоке, не понимала, что происходит. А потом стала искать дорогу домой. Мы как-то даже выбрались в Турцию. Подруга, у которой был паспорт, вернулась. А у меня и у дочки не было документов. В Турции меня держали как в плену, а потом снова отправили в Сирию. Даже не спрашивали моего желания. Напугали. Привезли в Ракку. Создавались все условия, чтобы я снова вышла замуж. Женщины без мужа или вдовы были полностью бесправными, с нами никто не разговаривал, мы не могли сами зарабатывать, спрашивать или просить что-то было непозволительно. Могли обратиться только к смотрящему за вдовами. А они не всегда исполняли просьбы. Пришлось выйти за парня по имени Асет. Год жили. Я родила от него ребенка. Он был очень заботливым, оберегал. Заранее нас вывозил, до бомбежек. Он умер во время очередного собрания военных. Там была такая система: в каждом джамагате, в том числе в нашем, казахском, были свои вооруженные отряды, у которых был свой командир. Они тайком обозначали штаб, где проводили свои совещания. Эти штабы всегда менялись, чтобы избегать атак беспилотников. А они часто нас бомбили. Больше всего они били по наводке предателей или разведчиков, которые были среди местного населения. Вот во время такой атаки погиб Асет. Мне потом показали фото его мертвого тела. В то время я была снова беременна, родилась дочь, но она умерла через десять дней, слабая была.

Самым ужасным был месяц жизни в Багузе. Там мы жили в палатках и окопах, сильно боялись, потому что видели, как днем и ночью погибали рядом с нами люди. По ночам устраивали обстрелы, целились через тепловизоры, стреляли во все, что шевелилось, беспилотники и снайперы. Там же у нас и начался голод. Многие дети умирали от истощения. Мои девочки просто молча плакали от голода. Самое большое желание было увидеть своих родителей и обнять их. Хочу попросить у них прощения за все.

Рассказов и воспоминаний этих женщин хватит не на одну книгу. У каждой из них своя история ужасного периода жизни и своя правда. Как они туда попали: по своей воле или обманом и угрозами - это уже не так важно. Самое страшное то, что больше всех пострадали дети, они-то точно сами не желали там оказаться. В следующих номерах газеты мы поделимся воспоминаниями маленьких путешественников поневоле.

Аскар ДЖАЛДИНОВ, фото автора, Нур-Султан - Актау

Поделиться
Класснуть