6544

Грантомоты

     Большие деньги в комитете науки МОН наконец-то стали привлекать симметрично большое внимание. Правда, не инвесторов со всего мира (хотя расчет был именно на них), а силовых и контролирующих органов.

Не первый год наша газета отслеживает и подробно описывает сомнительные схемы, связанные с грантовым обеспечением казахстанских ученых. Вопросов к Министерству образования и науки (МОН) становится все больше. А главное, все труднее понять, стоит ли овчинка выделки. То есть надо ли было выделять бюджетные миллиарды и занимать неслабые суммы у Всемирного банка (ВБ), если нормально распределить и освоить их никак не получается?
Это не пустые слова. Неспособность МОН освоить треть суммы, взятой у ВБ для реализации проекта “Стимулирование продуктивных инноваций”, уже не гипотеза, а факт. Как сообщили в Счетном комитете по контролю за исполнением республиканского бюджета, по действующему курсу нацвалюты остались невостребованными 7 млрд. тенге (при полученных взаймы под проценты около 40 млрд.). Представители МОН пытаются объяснить бестолковость работы с займом то экономией бюджетных средств, то несовершенством законодательства. Однако ни у кого не хватает духу признать первопричиной факты недостаточной разработки и плохого контроля за реализацией самой идеи, под которую взяты деньги.
В своей недавней статье с критикой проектов, финансируемых моновским комитетом науки, я сетовал, что чиновники игнорируют мои запросы (см. “Проекты из отходов”, “Время” от 8.1.2019 г.). В день публикации они наконец отреагировали, но толку - ноль. Эксперт отдела по координации деятельности научных организаций Тамара АКИЕВА сообщила: дать полный ответ на мои вопросы она не может… “в связи с защитой интересов грантополучателей”. Каким образом журналист может навредить “детям гранта”, чиновница не пояснила. Я же уверен: завеса тайны вокруг наименований и сути проектов, каждый из которых получил от 150 до 230 млн. тенге, просто позволяет функционерам избежать неудобных вопросов по поводу научности, инновационности и нужности для страны этих самых проектов.
Между тем сведения, засекреченные МОН от газеты “Время”, лезут сами изо всех информщелей. Именно это случилось на недавнем мероприятии в Astana-hub, где счастливые получатели солидных грантов искали, кому бы продать свои изобретения, и проводили презентации грантовых проектов. То есть рьяно разглашали информацию, упорно называемую представителями комитета науки секретной. Что ж, пришла пора узнать о ней и нашим читателям.
Вот проект “Торговая платформа AGRO TECH”, им занимается компания Agro25, получившая на это дело грант. Разработка представляет собой онлайн-площадку для торговли сельхозпродуктами как внутри страны, так и с участием зарубежных продавцов и покупателей. С какой стороны ни посмотри, трудно найти ответ на главные вопросы: в чем научность идеи? в чем ее оригинальность? и где прикажете искать инновационность?
Если уж на то пошло, то без всяких 200 млн. тенге дармовых грантовых денег умудряются развиваться и работать аналогичные онлайн-площадки - etmail.kz, malbazar.kz, olx.kz наконец! Как же они, бедные, сумели раскрутиться без комитета науки? И вот что еще интересно: если вышеперечисленные сайты живут и здравствуют, то “Торговая платформа AGRO TECH”, похоже, почила в бозе, несмотря на миллионные вливания. Ее сайт agro25.tk почему-то не работает. Почему и что там происходит, наверное, мог бы пояснить нам все тот же МОН. Мог бы, да не торопится. Главное ведь - раздать гранты, а выступать гарантом их эффективного использования не царское дело.
Авторы другого проекта системы OneLife, получившего многомиллионный грант на автоматизацию учебного процесса в вузах, тоже не открыли миру ничего нового. Они разработали всего лишь систему взаимодействия студентов с преподавателями, которая позволяет следить за успеваемостью, создавать расписания, загружать материалы и работы, выставлять оценки и так далее… И что с того? Зачем кому-то понадобилось особенным образом финансировать эту идею? Позволит ли она Казахстану обеспечить прорыв научной мысли? Зачем вообще нужно было изобретать велосипед, если в наших вузах давно пользуются другими подобными системами - “Платонус” и Moodle (которая к тому же бесплатна)?
Между тем выясняется: представители вышеупомянутой торговой площадки Agro25 и информсистемы OneLife - не чужие друг другу люди. Вездесущий Google сообщает: занимающийся грантовой онлайн-торговлей сельхозпродуктами Рустам ЖУАСПАЕВ выступал спикером недавней конференции Фонда науки. Модератором там был Мирус КУРМАШЕВ - получатель гранта “Автоматизация учебного процесса”. Эти люди имеют (по крайней мере, имели до недавнего времени) непосредственное отношение к одной той же компании - MIRUSDESK: Курмашев в ней - гендиректор, Жуаспаев - технический руководитель…
Можно ли усмотреть в этом факте признаки аффилированности грантополучателей, что строго запрещено условиями грантового конкурса? Предоставим право ответить на этот вопрос все тому же комитету науки МОН. И повторим: в условиях информблокады, устроенной этим исполнительным органом, мы вынуждены добывать сведения и давать им оценку без официальных комментариев.
Тем временем министерство объявило: оно принялось за решение “системных вопросов”, инициировав изменения в налоговом законодательстве и добиваясь преференций для своих “клиентов” по примеру Китая и Сингапура (ну как же без дежурной ссылки на магический и “международный опыт”!). То есть, выдав деньги избранным стартаперам, теперь чиновники думают, как их еще и освободить от всяческих пошлин. Просто шоколадная ситуация получается! Допущенные к грантовой кормушке избранные лица (чьи личные данные засекречены), получив на свои стартапы от государства в среднем по 200 “лимонов”, оказывается, не выживут, если МОН не выхлопочет для них налоговых преференций! В то время как обычные (реальные!) стартаперы сплошь и рядом работают без дармовых финансовых вливаний и прочих мягких подстилок...
Многострадальный проект “Стимулирование продуктивных инноваций” представлялся обществу как один из способов развития казахстанской науки. Что же мы видим сейчас, к чему пришли за два года с начала реализации проекта? А ничего вдохновляющего. То сайты со вторичными идеями, то плагиаторские технологии, то финансирование примитивных способов переработки отходов… Плоды науки грантоедения здесь налицо, но где же собственно наука?
В конце минувшей недели из Агентства по делам госслужбы и противодействию коррупции (АДГСПК) раздались первые грозные предупреждения в адрес МОН. Уже поставлена под сомнение легитимность состава Национального научного совета, присуждавшего ученым гранты из бюджетных средств. До использования денег Всемирного банка у антикоррупционщиков руки еще не дошли. Но сомневаться не приходится: их ждет немало открытий чудных...

Стас КИСЕЛЁВ, коллаж Владимира КАДЫРБАЕВА, Костанай

МЕЖДУ ПРОЧИМ

Незаменимых у нас... есть?

На этой неделе пресс-служба Минобрнауки распространила достаточно сенсационную новость. Ученое ведомство предлагает включать в национальные научные советы (ННС) представителей АДГСПК, а также, если необходимо, органов прокуратуры и Счетного комитета.

Торопливость, с какой МОН и сам и.о. председателя комитета науки Рахымжан НУРСЕИТОВ выплеснули на научную общественность свои радикальные инициативы, легко объяснима. Неделю назад на заседании Агентства по делам государственной службы его сотрудники и общественники предъявили МОН, комитету науки и его ННС целый букет нарушений законодательства: тут и необоснованная раздача солидных сумм на научные проекты с низкой оценкой экспертизы, и многомиллионные гранты на коммерциализацию неким предприятиям и частным лицам, не имеющим аккредитацию как научные организации, и нарушения в проведении конкурсных процедур, и нелегитимные составы этих советов, одобряющие левые проекты, и борьба с молодыми учеными, критикующими нарушения в работе главного штаба казахстанской науки (см. “Наука тут бессильна!”, “Время” от 19.1.2019 г.).
И вот оперативная реакция со стороны МОН и господина Нурсеитова. При этом и. о. председателя комитета науки заявил:
- В 2018 году мы создали межведомственную группу, которая занялась анализом имеющихся погрешностей, работа начата. Есть определенные вопросы в финансировании науки, мы это признаем. Сейчас межведомственная группа готовит изменения в нормативно-правовые акты по инициативе Национальной академии наук совместно с научной общественностью. Все вышесказанные проблемы будут уже неактуальны после изменений нормативно-правовых актов.
Научная общественность не замедлила отреагировать на смелые инициативы г-на Нурсеитова, дескать, все его предложения “хорошая мина при плохой игре”. Потому что активный инноватор, предлагая борцам с коррупцией участвовать в составе ННС, забыл доложить им, что сам он... незаконно занимает свой пост! И его назначение есть прямое нарушение указа президента страны. Известно, что он вполне законно стал и.о. председателя комитета науки в июне 2018 года. По положению сотрудник министерства назначается на эту должность сроком на три месяца. И более не имеет права ее занимать. Между тем Нурсеитова вновь утвердили в октябре и досрочно поставили на должность еще раз в декабре прошлого года.
Понятно, что без согласия высшего руководства МОН такие кадровые выкрутасы были бы невозможны. Чем так ценен г-н Нурсеитов, почему столь любим начальством, в чем его уникальность, что раз за разом ему отдают предпочтение, и какова, как любят выражаться чиновники, его миссия?
И еще: неясно, чем отличится на государевой службе этот смелый человек, поднимая казахстанскую науку, но из надежных источников известно, что по итогам года и.о. председателя комитета науки удостоился солидной премии в сумме нескольких окладов. И это лишь небольшой штрих к портрету реформатора науки.
Видимо, МОН испытывает серьезный кадровый голод, если с июня прошлого года нет председателя комитета науки на постоянной основе. Неужели г-н Нурсеитов самая достойная кандидатура на этот ответственный пост?

Исаак ДВОРКИН, Алматы

Поделиться
Класснуть