2182

Из тени на главную сцену

Институт суда присяжных будет реформирован

Из тени на главную сцену

Казахстанцы следят в прямом эфире за судебным процессом “Республика Казахстан и семья Салтанат НУКЕНОВОЙ против Куандыка БИШИМБАЕВА”. Взоры прикованы не только к фигуре обвиняемого, но и к 10 присяжным заседателям, выхваченным из обычной жизни методом случайной выборки. У них может и не быть юридических знаний, но все рассчитывают на их здравый смысл, беспристрастность и неподверженность коррупции. Удастся ли сделать этот суд образцово-показательным, покажет время. Но специалисты уже подмечают недостатки правосудия с участием присяжных. При этом главный изъян системы может исчезнуть в ближайшее время.

Тайная комната

С начала процесса по делу Бишимбаева представители юридического бомонда требуют исключить судью Айжан КУЛЬБАЕВУ при голосовании присяжных в совещательной комнате. Якобы она может повлиять на них, имея авторитет профессионала.

“К сожалению, приговор Бишимбаеву вынесут не только 10 присяжных. Организует их совещание и сама проголосует с ними судья. И для оправдания Бишимбаева достаточно 6 голосов из 11. И если судья этого хочет, ей достаточно убедить 5 присяжных. Закон даже не запрещает ей этого.

Я много лет топил и буду топить за суд присяжных. Это важнейшая конкуренция судьям. Те повязаны с силовиками и сажают всех без разбору. Но судье нельзя давать влиять на присяжных. Нам нужны новые правила игры! Я не верю нашим судьям, зато верю в наш народ, верю в его лучшие качества и поэтому верю в присяжных. Мы всей страной ждем от присяжных справедливости. Нам хватит 6 порядочных людей”, - написал адвокат Джохар УТЕБЕКОВ в своем телеграм-канале.

По словам экспертов, настоящего суда присяжных в Казахстане нет. У нас есть суд с участием присяжных заседателей. Это не классическая модель суда присяжных, которую показывают в кино. Наши присяжные заседают в совещательной комнате, голосуют вместе с председательствующим судьей. И тому не нужно грубо принуждать присяжных к принятию нужного решения. Экс­перты строят различные версии. Например, достаточно в присутствии присяжных огласить сведения, которые могут вызвать предубеждение. Или представить заседателям информацию, включая доказательства, которые не должны доводиться до их сведения. Либо ввести присяжных в заблуждение о наказании, убедить их в их некомпетентности по вопросам права, манипулировать фактами и даже угрожать привлечением к ответственности за не­угодный приговор. При этом тайна совещательной комнаты защищает судью от ответственности за давление.

Дело Бишимбаева не застраховано от таких трюков. К тому же судья тоже имеет право голоса в совещательной комнате.

Со вторых ролей на первые

В марте появилась новость, что в Казахстане будут реформировать институт присяжных заседателей. В парламенте сейчас обсуждают законопроект, соглас­но которому 11 присяжных будут решать судьбу подсудимых в совещательной комнате без участия судьи. После того как коллегия примет решение, профессиональный судья определяет размер наказания для подсудимого. То есть поправки предполагают переход к настоящей классической модели суда присяжных.

С 2007 года за это рьяно выступала и. о. директора Центра исследования правовой политики Татьяна ЗИНОВИЧ. Она уверена, что настоящий суд присяжных глубже вовлечет наших граждан в правосудие и повысит общественное доверие к судам. Нововведение обогатит судебный процесс разнообразными точками зрения и жизненным опытом присяжных, что станет дополнительной гарантией объективности и беспристрастности вердиктов.

Профессор Академии право­охранительных органов Виталий ХАН также полагает, что настало время расширить ответственность казахстанцев за принятие самостоятельных решений:

- И если люди начнут оправдывать злостных правонарушителей, то они больше не смогут говорить о коррупции в судебной системе, ведь это был только их выбор, - отметил он.

Пожалейте матёрого преступника

Радикальные противники суда присяжных уверяют, что те из жалости начнут оправдывать всех убийц, насильников и правонарушителей, прикинувшихся ангелочками. Но Татьяна Зинович дала отповедь всем критикам.

По ее словам, профессиональные судьи в подавляющем большинстве случаев полностью соглашаются с правильностью вердикта присяжных. Она привела в пример исследование Калвена и Зейселя в США в конце XX века, которые обнаружили высокий уровень согласия между судьями и присяжными заседателями. В 3576 уголовных делах и в 4000 гражданских 78 процентов опрошенных судей согласились с решениями присяжных. И свежие исследования показали такие же результаты.

- Это классический миф о суде присяжных, что граждане не юристы и не способны разобраться в деле. Они приходят к рассмотрению дела без предвзятых профессиональных взглядов, что может способствовать более объективному и непредвзятому рассмотрению дела. Разнообразие в составе присяжных также способствует учету разных точек зрения и жизненного опыта при вынесении вердикта, - высказала Зинович.

Виталий Хан тоже исключает резкий скачок оправдательных приговоров. По его мнению, адвокатский корпус часто не подготовлен к суду присяжных прежде всего в психологическом аспекте.

- Примером может служить самый первый процесс с судом присяжных 12 февраля 2007 года в Петропавловске, на котором прокуроры в отличие от адвокатов продемонстрировали дисциплинированность в соблюдении формальной законности, а также доступность для понимания обы­вателя презентации позиции обвинения, обоснованной конкретными фактами. И, как показывает опыт, адвокаты по какой-то причине надеются на психологическое воздействие на присяжных, злоупотребление которым создает диссонанс между фактами и аргументами. Можно наблюдать, как адвокаты в попытке оправдать действия подсудимого, играя на эмоциях общества, с юридичес­кой точки зрения фактически доказывают мотив преступного умысла своего подзащитного. Таким образом, оправдательные приговоры зависят от профессионализма адвокатов, умения быть убедительными с позиции не только эмоций, но и права, - рассуждает он.

Судья Верховного суда Наз­гуль РАХМЕТУЛЛИНА признает, что при переходе к классической модели суда присяжных нужно одновременно повысить качество работы гособвинителей и адвокатов. В этом смысле транслируемый процесс по делу Бишимбаева является показательно-воспитательным.

- Крайне важным является и повышение уровня правовой грамотности граждан. В этой связи правильным является открытый доступ наших граждан к судебным процессам, проводимым с участием присяжных, путем онлайн-трансляции. Люди могут сами увидеть, как это происходит, будут иметь представление о своих правах и обязанностях в случае участия в качестве присяжного заседателя, - сказала она “Времени”.

Не давите на совесть общества

Безусловно, и у классической модели суда присяжных есть свои риски. Татьяна Зинович называет три. Во-первых, возможность воздействия на присяжных со стороны общественного мнения или СМИ.

- Этот риск особенно актуален в делах, вызывающих общественный резонанс, где обвиняемые или обстоятельства дела могут быть подвергнуты обширному освещению в прессе. Такое внимание может сформировать предвзятое мнение у присяжных еще до начала слушаний, что потенциально угрожает справедливости и объективности разбирательства. Однако другие страны успешно решают такие риски путем обучения присяжных. Перед участием в судебном процессе присяжных знакомят с основами судебной этики, правилами оценки доказательств и важностью независимого суждения. Это помогает им лучше понимать свою роль и важность принятия решений, исходя из предоставленных в суде доказательств, а не предвзятых мнений, - рассказывает Зинович.

Второй риск - защита конфиденциальности присяжных. Тут важно обеспечить анонимность присяжных, защищая их личные данные от публикации в СМИ и соцсетях.

И в-третьих, введение особых правил для СМИ, которые бы содержали рекомендации по сдержанному и объективному освещению судебных процессов, запрет на публикацию непроверенной информации и спекуляций по поводу возможного исхода дела.

12 “апостолов”

А Республиканская коллегия адвокатов предлагает увеличить число присяжных до 12 человек.

- С точки зрения психологии в группах людей более чем из 5 человек всегда появляется неформальный лидер. Если коллегия состоит из 12 человек, таких лидеров становится двое, и каждый из них начинает бороться за влияние на коллегию присяжных. В ходе этого спора детали дела и аргументы разбираются более подробно и аргументированно, поэтому решения носят особенно взвешенный и объективный характер. Снижение количества присяжных, как правило, связано с попытками контролировать этот институт и приводит к ослаблению объективности суда, - считают в коллегии, ссылаясь на зарубежный опыт.

Но в ВС с этим не согласны.

- По уголовно-процессуальному закону обвинительный вердикт суда присяжных считается принятым, если за это проголосовало большинство. А в случае четного числа присяжных возникает вопрос: как определить большинство, если голоса разделятся поровну? Кроме того, голосование происходит тайно и письменно. То есть присяжные не должны оказывать друг на друга давление, образовывать какие-то группы, - прокомментировала судья Рахметуллина.

Напомним, сейчас судебная коллегия в Казахстане состоит из 10 присяжных заседателей и одного профессионального судьи.

Тогжан ГАНИ, Астана

Поделиться
Класснуть