1398

Материться будет публика

Почему запрет на нецензурную лексику только на руку артистам, рассказал нам авторитетный казахстанский рэпер Виталий КИЧАТОВ, известный под именем Kicha

Материться будет публика

- Выпустив недавно вашу песню “Следуй за мной”, рэпер Jah Khalib уже исполнил ее в программе “Вечерний Ургант” и набрал миллионы просмотров в интернете. Обидно, что не спели ее сами?

- Думаю, я тоже не остался в стороне, ведь всегда старался проявлять себя не только в артистической деятельности, но и писал песни в разных стилях, был звукорежиссером, снимал клипы. И когда Баха (Бахтияр МАМЕДОВ - настоящее имя исполнителя Jah Khalib. - О. В.) представил меня как автора своего нового хита, я был очень рад.

Эту песню я предложил ему еще год назад, когда мы записывали совместный трек для моего нового альбома. И вот он исполнил “Следуй за мной” по-своему, в идеальном варианте и формате, от чего песня стала лучше, заиграла новыми красками. Мы с супругой смотрели телевизор, когда Баха выступал в программе Урганта, и очень радовались, что он вывел мою песню на такой высокий уровень, что люди полюбили ее. А если бы я ее исполнил, то она не нашла бы такой славы и пропала бы в зыбучих песках (смеется).

- Вы из-за своей скромности не продвигаете себя за пределами Казахстана? Могли бы сейчас, как ваши друзья Jah Khalib или Скриптонит, быть популярным и в СНГ, и за его пределами…

- Действительно, Баха сейчас живет в Киеве, а Адиль (Адиль ЖАЛЕЛОВ - настоящее имя исполнителя и продюсера Скриптонита. - О. В.) - в Москве, потому что им так удобнее. Там живут люди, с которыми они хотят общаться. Но если говорить о творчестве, то в наше время, в эпоху интернета, им можно заниматься где угодно. Пример тому - Иманбек из Аксу, получивший премию “Грэмми” в далеком от этого городка Лос-Анджелесе.

А мне комфортно в Алматы, где я живу с 2008 года. У меня с детства была мечта переехать в этот город. Он очень душевный и всегда меня вдохновляет. Мне здесь легко дышится, у меня здесь друзья, я знаю, как тут разговаривать с людьми, и не могу жить без алматинских гор.

И если мое имя не на слуху во всем СНГ, то связано это с тем, что мы рано начали, я - в 1999 году. Тогда еще не было такого мощного продвижения в интернете, как сейчас. Ни рекламы, ни пабликов, ни соцсетей, ни музыкальных платформ, ни YouTube не было. А нынешние артисты вливают очень большие средства именно в такое продвижение, ведь там аккумулируется вся молодежь. К тому же в конце девяностых мало кто слушал рэп. В музыке был популярен рок, продюсеры продвигали попсу, ар-н-би. Когда же рэп стал набирать обороты, нам было за тридцать, появились семьи, у меня, например, двое детей (улыбается).

- Говоря “мы”, вы имеете в виду группу Black Cost, в которой выступали параллельно с сольной карьерой?

- Да, в 2002 году мы вчетвером создали эту группу: я, Hazard (Жандос ЖОРАБЕКОВ), Anthrax (Кирилл АЛЕКСЕЕВ), Forward (Руслан АЙТКУЛОВ). Среди ценителей рэпа мы до сих пор считаемся одной из лучших команд на постсоветском пространстве. Поклонники писали нам из Германии, Америки, Швейцарии, Китая, Египта, приглашали выступать в России, Малайзии. К сожалению, в 2016 году из-за несчастного случая ушел из жизни Жандос, и группа умерла вместе с ним. С тех пор Kicha двигается только сольно.

А начинал я в 8-м классе, когда учился в физико-математическом лицее в Шымкенте. Продолжал и будучи студентом факультета нефти и газа Южно-Казахстанского государственного университета. А потом получил диплом инженера-механика и положил его на полочку.

- Как у примерного мальчика из консервативного Южного Казахстана, увлекавшегося точными науками, возникла тяга к рэпу?

- Мой отец по профессии художник, а по жизни - настоящий меломан, который слушал разную музыку. Когда я был еще совсем юным, на одной из его пластинок мне попался и полюбился трек музыкантов из Biohazard и Onyx. Это смесь блек-метала и рэпа. Я до дыр затер этот трек: игла скользила по виниловой пластинке, а музыку расслышать было уже невозможно. И лег мне на душу из этой песни именно речитатив под рок-гитару. Потом среди пацанов стали гулять кассеты с рэпом групп The Prodigy, Wu-Tang Clan, и с этого момента я решил делать что-то подобное.

Дома у меня были синтезатор, гитара, и мы с друзьями записывали свою музыку на кассетный магнитофон. Взрослые крутили у виска, не понимая ее, ругали за широкие штаны и банданы со скелетами, не воспринимая нашу культуру. А спустя два десятилетия рэп стал самой популярной музыкой в мире. К тому моменту мое детское увлечение давно переросло в образ жизни. Мне нравится рэп, потому что там есть где развернуться. В попсе получается четыре такта куплет и два такта припев, а в рэпе два куплета по 16 тактов. То есть можно много чего сказать. А это очень важно в наш век информации!

- Все считают, что рэп - это обязательно нецензурная лексика, алкоголь, запрещенные препараты. У вас такой образ жизни?

- Рэперов много, и они разные. Каждый лабает по-своему, но на слуху, конечно, те, которые задают тенденции, когда принято материться, обзывать нехорошими словами женщин, пропагандировать неправильную жизнь. Щеглы это подхватывают, и получается, что именно такая тенденция преобладает.

Раньше я тоже матерился, курил, дрался... Чего только не было в моей жизни! Я же пацан! Еще со школьных лет был очень популярным и попадал в разные ситуации. Но теперь у меня ответственность перед дочками. Старшей четыре года, младшей - два, они уже слушают мою музыку, смотрят видео, и мне надо воспитывать их так, чтобы в будущем они выбрали себе в мужья достойных мужчин. Поэтому стараюсь быть для них примером.

- Тем более что теперь нашим артистам официально запретили материться...

- Весь мат, который есть в наших песнях, он по делу (смеется)! Согласитесь, если уместно употребить определенное слово, то почему бы его не вставить? Тем более что каждое нецензурное слово является мощным энергетическим сгустком и производит высокочастотные звуковые волны. Поэтому в рэпе есть такой прием: чтобы усилить фабулу, обратить внимание на какую-то часть песни, поднять эмоциональный фон, можно разбавить текст матом. Ну и просто бывают случаи, кода нельзя заменить цензурными выражениями какие-то понятия (смеется). Конечно, вставлять такие слова часто и бездумно нельзя. Это непрофессионально.

А если говорить о запрете, то во время выступления артист без проблем может не произносить определенное матерное слово. За него все сделает публика! Кто-то догадается, какое должно быть слово, а кто-то изначально слушал песню в оригинале в интернете и уже прекрасно знает текст. Люди возьмут и толпой крикнут это нецензурное слово. На зрителей, как известно, никакой запрет не распространяется, поэтому им ничего не грозит. Артист будет читать свой рэп, а в нужный момент просто направит микрофон в зал, и толпа с удовольствием подхватит песню. Это даже в плюс любому исполнителю, ведь интер­актив с публикой всегда приветствуется и поднимает популярность.

- И конечно, очень интересно, сколько вы заработали на том, что написали песню для Jah Khalib, который считается одним из самых высокооплачиваемых исполнителей в СНГ?

- Своему другу я от всей души подарил эту песню… С ее выходом в моем Инстаграме стали добавляться подписчики. Они пишут в личку: “спасибо за песню!”, рассказывают, что еще из моего творчества им нравится. Один пацан, как и вы, заинтересовался: “Почем песни пишешь?” Я назвал цену в среднем по больнице - 2,5 тысячи долларов. И он до сих пор не ответил (смеется).

Оксана ВАСИЛЕНКО, Алматы

Поделиться
Класснуть