2277

Творец-одиночка

“Иллюстрации к ненаписанному” - так называется недавно открывшаяся выставка алматинского художника Вячеслава ЛЮЙКО (на снимке). Настоящий парадокс: сидит художник затворником у себя в мастерской, пишет, используя образы, словно сошедшие с исторических гравюр, а оказывается - все про нас, современных людей.

Вячеслав редко выходит из своего добровольного заточения, но об этом не жалеет. Более того, именно в тишине мастерской у него появилась идея создания не партии, но эдакого меньшинства спокойных и умеющих все терпеть людей. Дескать, слишком много сейчас тех, кто дергается по каж­дому поводу и все критикует.
- Я, правда, поражаюсь, как умудряются люди писать целые монографии про свою жизнь. Мне как-то надо было написать о себе, так вся информация уместилась в несколько строчек. Всю жизнь сидел в четырех стенах. Учился в мастерской, в армии художником-оформителем был ну и потом все время с холстами проводил...
- У вас нет ощущения, что в век скоростей, блогеров и акций вы слишком большое внимание уделяете деталям, превращая даже живописную работу в раскрашенную гравюру?
- Надо мной никто с плетью не стоит и не заставляет работать именно так. Я это делаю для себя любимого, причем с удовольствием. И мне больше нравится сам процесс работы, а не случающиеся периодически выставки. А с точки зрения современных тружеников контемпорари арт, я и вовсе полный отстой. Современное искусство просто совершенно иной вид деятельности. Оно ближе к древнему лицедейству, когда выходили на площадь, устраивали вертепы, кувыркались, критиковали власть, эпатировали публику. А есть другое ремесло - сидеть в мастерской и тачать башмаки, писать иконы, создавать предметы, которые будут передаваться из поколения в поколение. Современное искусство тоже нужно, но оно не для меня.
- Поэтому все ваши персонажи из прошлого?
- На самом деле, если присмотреться, я смешиваю современность и старину, потому что, честно говоря, не вижу разницы. Время и одежда людей меняются, а все остальное остается прежним. Это все вне времени и пространства. Поэтому я и не хочу ставить какой-то конкретный номер или дату. В обращении к прошлым векам еще есть и возможность ценного для меня разговора со старыми мастерами, которых я люблю.
- То есть современники вас не вдохновляют?
- Удивляют. По сравнению с советским временем сейчас потрясающие времена изобилия. Но во что они нас превратили? Все стараются быть одинаковыми. Вся молодежь типовая. Сказали распустить и выпрямить волосы, и все ходят с приклеенными волосами до попы... Это нам диктовали как одеваться, а нынешнее поколение с удивительным упорством само хочет прийти к некоему общему стандарту.
- У современных художников ребром стоит вопрос с самоидентификацией. А как определяете себя вы с китайской фамилией, еврейской внешностью, советским багажом?
- Категорически никак... Я и с русскими себя никак не ассоциирую. И с религиозной принадлежностью все непонятно. Вроде крещеный, но по душе мне больше буддизм. От отчима мне достались умение неплохо готовить китайскую еду и фамилия Люй-Ко, правда, во время смены документов ее почему-то записали слитно, она теперь звучит как украинская. Мой биологический отец, как я узнал, еврей, что вполне заметно по моей внешности. Как тут разобраться? Наверное, по национальности я житель Алматы, хотя больше люб­лю старый город. С трамваями, невысокими домами. Одно время работал в Санкт-Петербурге, мне предлагали там остаться, обещали предоставить жилье. Но я попробовал всей этой художественной возни, понял, что там нужно пробиваться, выживать, тусоваться, и сбежал в Алматы.
- Почему выставка называется “Иллюстрации к ненаписанному”?
- Когда-то в прошлом я хотел книжки писать, стихи сочинял. Потом понял, что жуткий графоман… Поэтому все мои картины - это иллюстрации к ненаписанным вещам. Сейчас такое интересное время - все художники, все блогеры в Интернете. Я только когда в Питере стал выставляться, то рискнул прямо на картине фамилию ставить, а до тех пор все казалось, что не дорос. Нынче же любители объединяются на форумах, называют себя художниками, поэтами, фотографами и... гнобят, выживают профессионалов, позволяющих себе профессиональную критику.
- Выставка оказалась удобна и еще по одной причине - освободилась мастерская, и вы уже приготовили холсты, для того чтобы повторить триптих “Исход”. Почему именно его?
- Вообще, я делаю повторы с нелюбовью и крайне неохотно, но эту тему захотелось сделать еще раз потому, что она вечна. Все мы изгнаны из Эдема, все идем в поисках лучшей жизни и тащим с собой огромные рюкзаки с накопленным. Куда все прутся? Почему человеку кажется, что сейчас он еще чем-то набьет свой рюкзак, и ему будет хорошо, вот сейчас он придет в новое место - и там будет рай. Куда идет безумное человечество? Вот основополагающий вопрос, на который ни у кого нет ответа. Почему-то мы, вечные кочевники во Вселенной, чаще всего приходим к войнам.

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, фото Романа ЕГОРОВА, Алматы

Поделиться
Класснуть