1183

А может, вернутся?

Пока из североказахстанских сел все бегут в районные и областные центры, городские жители АБДУЛЛАЕВЫ решили сделать наоборот. Из благоустроенной трехкомнатной квартиры в Петропавловске они переехали в опустевший аул

А может, вернутся?

Меньше десятка жилых домов осталось на три села - Орталык, Алка и Жаналык, расположенных в радиусе 10 км. В Орталыке, который ближе всего от трассы и не страдает от бездорожья, не осталось ни одного жителя. В Алка из 60 домов жилых осталось всего четыре. А вот аул Жаналык, который все жители покинули лет пять назад, снова ожил. Приезжие горожане Абдуллаевы выкупили два дома, взяли в аренду почти всю землю населенного пункта, восстановили разрушенную во времена перестройки базу и занялись развитием животноводства.

Абдуллаевы хотя и родились в деревне, но в городе живут всю сознательную жизнь, лет сорок. Когда на работе попали под сокращение, то занимались бизнесом. Дети разъехались в столицу и Алматы, и супругам стало скучно проводить дни в четырех стенах. Заняться животноводством предложил глава семьи Кулабай. Хотя бы для того, чтобы обеспечить экологически чистым мясом без всяких гормонов себя и разъехавшихся по стране детей. А если развернуться и держать как минимум сто голов, то на животноводстве можно неплохо зарабатывать, например, продавать мраморную говядину, прикинули супруги.

- Здесь такие хорошие земли. Мы как увидели, решили, что место подходящее. Когда приехали, оставалось всего три жилых дома. Уговаривали людей остаться, но они не захотели, уже на чемоданах были, - рассказывает фермер.

Абдуллаевы живут в самом конце аула, где еще есть электричество.

Кулабай Абдуллаев уверен, что на животноводстве можно неплохо зарабатывать.

- У нас здесь хозяйство, иначе власти давно увезли бы отсюда столбы с проводами, деревню же упразднили, - объясняет Айгуль Абдуллаева. - Местные-то все побросали, убежали бездельничать. Теперь многие фермеры из других сел хотят здесь скотину пасти, потому что у них нет свободных пастбищ, но поздно, мы уже взяли здесь в аренду тысячу гектаров земли - почти все село.

От советской животноводческой базы супругам достался только фундамент. Абдуллаевы восстановили строение - сделали крышу и стены. Пробурили там скважину, чтобы поить скотину. А для себя возят из Петропавловска бутилированную воду, домой ездят раз в неделю. Они и в городе не пьют воду из-под крана, а уж из скважины и подавно.

Без опыта заниматься животноводством рискованно, конечно, но Абдуллаевы не боятся пробовать. Для начала брали сто голов КРС мясной породы алабота.

- Они такие красивые и умные были, не как простые коровы! Пасти их не надо. Мы их даже не загоняли, потому что приходили сами. Найдут чистое место во дворе - ложатся спать. В 5 утра сами уходили на пастбище. Мы только днем на машине ездили посмотреть, как они там. А вечером сами возвращались, - с восхищением рассказывает Айгуль Абдуллаева. - Потом сдали их на мясо. Жирные такие были, из их мяса мраморные стейки делают. На зиму не стали оставлять, потому что за ними много ухода, а рабочих нет: некому скотину кормить, поить, убирать за ней. КРС удобно летом держать, если на мясо - сами пасутся.

В селе нужны рабочие руки, а сейчас даже пастухов трудно найти.

- Будем активно развивать овцеводство, - рассказывает о планах глава ИП Абдуллаев. - Разводим коров, лошадей, баранов, птицу. Вот КРС сдали на мясо, а прибыль вложили в развитие - трактор купили, косилку, пресс-подборщик, новое поголовье.

Но для осуществления масштабных планов Абдуллаевым как ни крути нужны рабочие руки. Вдвоем с большим хозяйством не справиться.

- Наняли бы местных, но все уехали давно. Хотелось бы, чтобы приехали другие, может, люди из сел, где нет работы. Мы готовы обеспечить их хорошей зарплатой, главное - не лениться. Здесь сохранилось еще несколько целых брошенных домов. От некоторых, конечно, остался только фундамент, но и на нем можно быстро построить дом. Было бы желание, - уверен Кулабай Абдуллаев. - Огороды большие, можно картошку растить - это тоже деньги. Мне жалко деревню. Может, люди еще вернутся? Это же не глушь какая-то. Всего 70 км от города, 15 км от трассы. Почему отсюда все разбежались, не понимаю. Ладно, если было бы 300 километров по бездорожью.

Айгуль завела индюков.

Айгуль, хотя и не теряет надежды на возвращение людей, смотрит на ситуацию реалистично.

- Никто сюда не поедет. Агроном приезжает и удивляется, что я тут делаю. Говорит, его жена сюда не приехала бы, хоть золотом все усыпь. Да и дети наши не поехали бы, и вы. Иногда и нам надоедает, вокруг никого, - вздыхает она, но тут же добавляет: - Но мне нравится жить здесь, заниматься хозяйством. Я последние 40 лет в городе не испытывала такого удовольствия! Хотя и очень тяжело - встаю в шесть утра, ложусь в полночь.

Главной причиной непривлекательности аула фермеры считают дорогу. Пятикилометровый участок от Орталыка до Жаналыка размывает при любом дожде, превращая в глиняное месиво, которое потом засыхает глубокой колеей, а зимой все заметает снегом.

В Жаналыке новые жители восстановили заброшенную животноводческую базу.

- От снега-то почистим - трактор купили. А вот с бездорожьем без асфальта не справиться. Была бы дорога, можно и дойных коров держать, а не только мясные породы. Мы в этом году взяли на пробу, но сдавать молоко пока вряд ли получится, будем курт делать, - говорит Кулабай.

В доме, где поселились Абдуллаевы, раньше жили два брата. Жили хорошо, держали кобыл и продавали на трассе кумыс, пока родственники не уговорили их перебраться в село возле города.

- Теперь один из них, похоже, спивается, я его подбирала как-то на трассе. В машину посадили, предложили вернуться в аул, чтобы жить и работать, а он убежал. Застеснялся, что ли. Почему-то мне кажется, что он вернется, - говорит Айгуль.

Екатерина НАЗАРЕНКО, фото автора, Петропавловск, Северо-Казахстанская область

Поделиться
Класснуть