Иди и сними

Молодое кино еще ударит в голову!

Недавно в Алматы прошел второй международный кинофестиваль студенческого кино в жанре короткого метра “Бастау”. Для нашего неокрепшего кинематографа он полезен прежде всего тем, что дает возможность установить связи с киношколами многих стран. О современном кинообразовании мы беседуем со специальным гостем фестиваля - Ольгой СИКОРОЙ (на снимке), проректором Высших курсов сценаристов и режиссеров (Москва). История ВКСР насчитывает без малого 50 лет, имена педагогов и выпускников говорят сами за себя - цвет российской кинематографии, кстати говоря, и казахстанской тоже.

- Ольга Николаевна, после того как распалась советская школа кинообразования, появилась некоторая растерянность… Мне, например, нравится, как МИТТА охарактеризовал работы современных молодых кинематографистов - “эстетическая провинциальность”...
- Мне кажется, не нужно заранее бояться нового - жизнь не может стоять на месте. Мы здесь, на фестивале, познакомились с опытом балтийской киношколы. Она открылась на минимальные средства, стала делать интересные проекты, а государство ее поддержало. Конечно, разумно вкладывать деньги в перспективные проекты. В каж­дой из прибалтийских республик были киношколы, но поддержали ту, которая была наиболее успешной, и она стала главной на все три республики - Литву, Латвию и саму Эстонию. Мне кажется, важно наблюдать опыт других стран, иногда их идеи оказываются очень полезными.

- В СССР кинообразование было достаточно монологичным. Сейчас поясню: был ВГИК, всесоюзная альма-матер, киномолодежь ограждали от пагубных идей, противоречащих генеральной линии. Потом - дипломная работа. Потом - направление на “Мосфильм”. Такая общая схема. Сегодня подобной заточенности нет. Есть много предложений. Я даже не про ваши курсы, которые известны своими преподавателями и выпускниками. Я про множество “недошкол”. Можно стать режиссером и у вас, и на Западе, и даже у нас… Как вы считаете, это торопливое образование отражается на качестве?
- Дело в том, что в Москве действительно открывают много различных курсов и работают под наш бренд. Порой те, кто с ними столкнулся, приходят к нам в растерянности: часто это просто авантюрные проекты, не имеющие серьезной образовательной базы. У нас существуют многолетние методические наработки, курсы обладают богатейшей культурной традицией, и я считаю, что образование, которое они дают, уникально.

- Двух лет обучения достаточно, чтобы стать режиссером?
- Я давно работаю на курсах, еще с советского периода… Имена закончивших курсы кинемато­графистов и тогда, и сейчас свидетельствуют о профессионализме киношколы. У нас очень интенсивное обучение. Кроме того, мы учим людей, уже имеющих высшее образование. Наши студенты сделали свой выбор в более зрелом возрасте, когда период мечтательности уже прошел, у многих - семьи, о которых надо думать. Поэтому они готовы к активной деятельности, так было и 20, и 30 лет назад. Они много успевают за время учебы. Мы записали для питерского фестиваля программу работ, выполненных студентами из мастерской ХОТИНЕНКО за первые 3 месяца обучения. Просто учебные задания, но сделаны так мастерски, так хорошо, с юмором. Это уже небольшое кино, в котором есть и мысль, и интересная форма. Все основные курсы у нас читают профессионалы, в перерывах между съемками, может быть, это привносит свою энергетику. Студенты втягиваются в учебу быстро. Раньше, в советское время, у нас конкурс был очень высокий - 100 человек на место. Были большие сомнения, когда мы лишились господдержки - думали, будем учить бесталанных студентов за деньги. Но появляется какое-то новое поколение людей. Они приходят со своими темами, в последние годы становится все более явной позитивная тенденция. Сейчас конкурс меньше, но он есть - до 6 человек на место. Возраст студентов - от 25 до 40 лет. Как правило, человек приходит со своими заработанными деньгами, для того чтобы успешнее работать дальше. Не знаю, стоит ли этому удивляться, но процент талант­ливых людей остается примерно одинаковым, независимо от того, учатся они за деньги или нет.

- Бывало ли такое: увидели что-то не очень качественное и вам стыдно, потому что это сделал ваш выпускник?
- Скорее бывает неловко им. Приходит кто-то из выпускников, начинаешь его спрашивать: что снимаешь? Он отвечает: мол, не буду говорить, это телевизионный сериал, не хочу, чтобы это было в моей биографии. Порой они больше стыдятся своей работы, чем мы. Откровенного позора я не припомню, бывают просто не очень удачные работы.

- Каков процент тех, кто работает по специальности?
- Сегодня это где-то около половины выпускников. Немало, по нынешним временам.

- Мой знакомый из литературной школы здесь, в Алматы, как-то сказал, что, возможно, период обучения дан человеку для того, чтобы он понял - нужно не писать, а читать…
- Многие наши мастера говорят, что экзамены - это лотерея. Иногда невозможно понять и в процессе обучения, на что человек способен. Мы знаем примеры, когда хорошие в процессе обучения работы были единственными у человека, больше он ничего не мог сделать. Были и другие примеры - наоборот. Вот пришел к нам Леша СИДОРОВ. Во время экзамена ему все поставили двойки. А Валерий РУБИНЧИК взял и сказал: “Я его возьму в свою мастерскую. Он чем-то похож на меня”. Просто вне правил. Во время учебы Леша ничего особенного не сделал. А после курсов взял и снял “Бригаду”. Неоднозначный фильм, но посмот­рели его все.

- Какой фильм за последнее время лично вас тронул?
- Мне понравился “Остров” Павла ЛУНГИНА. Кстати, он тоже наш выпускник, только сценарного отделения. Хорошо снята “Елена”, но я с ней не согласна (“Елена” - фильм российского режиссера Андрея ЗВЯГИНЦЕВА, как писали критики, о классовом расслоении в Москве. - З. А.). Каков итог этого фильма? Да, он отражает то состояние, в котором находятся современные люди. Но вместе с тем это не полная правда. Жизнь на земле продолжается, пока есть любовь. И показать всех героев абсолютно бездуховными, живущими на уровне ниже животных, на мой взгляд, это не лучшее, что может сделать художник. Я не думаю, что это специальный расчет на зарубежные фестивали, наверное, это искренняя позиция Андрея. Фильм прекрасно снят, хорошие актерские работы. По форме он совершенный. По сути, жизнь в таком пространстве невозможна вообще.

- Тем не менее, как ни грустно, очень много людей так живут - во лжи и ненависти. Может, вы просто счастливый человек и не соприкасались с этой стороной жизни?
- Ничего подобного. Я живу в современном мире. Просто для меня ненависть и ложь могут быть оборотной стороной любви и правды, а художник может разглядеть в самом большом ничтожестве прекрас­ное. И потом это ничтожество вырастает в человека, ради которого, собственно, и создан этот мир. А здесь нет величия человека. И нет трагизма от отсутствия этого величия.

- Ну а из нашего кино что бы вы отметили? Принято хвалить ДВОРЦЕВОГО…
- Сережа? Это один из любимых наших выпускников. Он показывал свои фильмы, в том числе “Тюльпан”, нашим студентам. Сергей проводит очень интересные мас­тер-классы. К нему тянутся ребята. Из него получается настоящий педагог.

- У него есть короткометражка “Счастье”. Кажется, “Тюльпан” вырос из нее.
- “Счастье” - это его дипломная работа. Бывает, что режиссер долго что-то вынашивает и потом воплощает в большое кино. Хочу подчеркнуть, что к нам на обучение Дворцевого направил в свое время “Казахфильм”. Мы всегда готовили режиссеров для союзных республик. Если продолжать разговор об образовании, то это было благодатное время в том смысле, что талантливых людей поддерживало государство. От Казахстана у нас учились Сакен НАРЫМБЕТОВ, Талгат ТЕМЕНОВ, Ася БАЙГОЖИНА, Жанабек ЖЕТИУРОВ, Амангельды ТАЖБАЕВ, Лейла АРАНЫШЕВА, Эльдор УРАЗБАЕВ и многие другие, мы всех своих выпускников помним. Правда, Тимур БЕКМАМБЕТОВ у нас не учился, хотя везде упорно пишут, что он наш выпускник.

- Какой главный совет вы бы дали молодым режиссерам?
- Не следовать веяниям времени как моде, а пытаться исследовать это время и быть верным себе. И это, как ни удивительно, далеко не всегда означает провал в прокате…

Зарина АХМАТОВА, фото Романа ЕГОРОВА, Алматы