Сотканы из лепестков

Муза обычно прилетает по ночам. Сидит себе где-нибудь на подоконнике и наслаждается творческим безумием художника. А тот и рад стараться.
Однажды у Светланы ВОЛКОВОЙ уже и глаза слипались - так спать хотелось, а она, чувствуя просыпающийся город за окном, хотела, чтобы утро не наступало. Картины рождались одна за другой. Шесть за ночь. Рекорд поставила, можно сказать.

Обычно картина рождается несколько суток.
Пинцет, клей, высушенные листики и лепесточки… Ювелирная работа.
Две дочери, Марина и Аня, наблюдавшие за мамой, пытались понять природу ее проснувшегося таланта.
Одна сказала, глядя на первые работы, похожие на поделки дошколят:
- Она в детство ударилась.
Вторая произнесла в ответ:
- Мама в детский сад не ходила, она, получается, в первый раз взяла клей в руки не в детском саду, как другие, а сейчас.
Какой детский сад? Год рождения - 1941-й. Детство пришлось на войну.
В общем, дочери поступили искренне и мудро: не стали сильно критиковать.
Мама собирала цветочки, листочки, сушила их между страницами книг своей библиотеки, книги громоздились друг на друга, вставая в нестройные ряды. Светлана Михайловна назвала это видение кораблями.
Когда ей звонят и спрашивают:
- Что делаешь?
Она отвечает:
- Строю корабли.

* * *

До постройки кораблей Светлана Михайловна лет пять не могла прийти в себя после смерти мужа.
Муж умер внезапно.
И так же внезапно очертились границы счастья ее личной жизни. Раньше казалось, что оно безгранично. Теперь же впереди маячил тупик.
Через пять зим после того, как она, словно обезумевшая, кричала, прощаясь с мужем, она стала рассматривать фотографии. Свое прошлое. Подумала: кому они теперь нужны? Вырезала лица, попросила у дочери глянцевый журнал и, разглядывая красивую жизнь звезд в красивых нарядах, откорректировала свое прошлое. Пять с половиной месяцев, никому ничего не говоря, Светлана Михайловна соз­давала альбом-коллаж. Наряды и шубы знаменитостей она примерила на себя, мужа и даже подружек своих одела.
И без того чудесное прошлое, когда мы все были молоды, превратилось в иллюстрированную сказку.
Ей ли это не понимать? Она же работала долгие годы в Союзе кинематографистов Казахстана рядом с Шакеном Аймановым.
Трудно поверить, но тогда Светлана Михайловна нарисовать могла только дом, штакетник вокруг дома и дым над трубой. Все, предел тогдашних способностей.
Сейчас же с ее картин на нас хитро посматривает бандитского вида дервиш, сотканный из лепестков анютиных глазок и листьев салата. Практически из того же материала трогательные жених и невеста. Рыба, бабочки, кружева…
Ах, как это восхитительно!
Уже даже не старшая группа детсада. Скорее - дипломная работа многообещающего выпускника.

* * *

Вероятно, ее дочери - подруги той самой музы, которая сидит себе тихонько на подоконнике и вдохновляет…
Дочери отправили маму отдохнуть на курорт, и пока она собирала там разноцветные ракушки, сделали дома ремонт.
Обычная трешка в панельке превратилась в дом, вид которого украсит любой глянцевый журнал.
В такой красотище хочется творить. Сюда, вероятно, охотнее заглядывает муза.
Сделала Светлана Михайловна набросок картины из ракушек. Там и ребенок, и дедушка, и много еще чего.
- Аня, посмотри! - решила похвастаться перед младшей дочерью.
Раньше Ани в комнату вбежал кот, радостно запрыгнул на красоту, и посыпались незакрепленные ракушки.
Собрала она ракушки в мешочек, с котом три дня не разговаривала. Да и оставила затею работать с ракушками.
Но потом как-то утром вышла из дома. Ночью был ливень, потом приморозило, и у подъезда Светлана Михайловна увидела цветок и траву, как коконом, прикрытую прозрачным льдом.
Это была глубокая осень, завтра мог выпасть снег, и все бы замерзло, а сейчас цветок и трава сопротивлялись, а под ногами буйствовало разноцветье осенних листьев.
Надо же! Она столько лет спешила по утрам на работу, выбегая из этого подъез­да, все эти годы красота лежала буквально под ногами, а она ее не замечала!
Как она мог­ла?!
- Раньше не видела этой красоты никогда, - говорит, удивляясь сама себе, - она была не вовнутрь моей души, а тут меня озарило, и я проснулась с сознанием увиденной красоты уходящего сезона.

* * *

И стала женщина собирать листья, сорвала цветок. Приехавший за ней таксист сигналил и не понимал, что за странная женщина, ей ехать надо, а она охапками сгребает листву…
А это в ней, объясняет мне дочь, проснулась жажда творить.
Жажда жить. А то ведь уже совсем махнула на все рукой после смерти мужа.

* * *

На свой юбилей - 70-летие - Светлана Михайловна удивила подружек.
Можно сказать, первую персональную выставку организовала дома.
Гости, прежде чем сесть за праздничный стол, рассматривали картины из высушенных листьев и цветов. Сейчас картин больше 180.
Одна из подруг спросила:
- И когда ты все это успеваешь?
- По ночам, - открыла свой секрет она.
- А я по ночам плачу, - призналась подруга.
И Светлана Волкова могла бы оплакивать свою жизнь на пенсии. Если бы не творила. Если бы дочери не поддержали.

Хельча ИСМАИЛОВА, Алматы, тел. 259-71-99, e-mail: ismailova@time.kz, фото Владимира ЗАИКИНА