Ангелы и демоны Лёхи Маштанова

11 лет назад Альфред и Жанна НУРМУХАМЕТОВЫ приютили сбежавшего из интерната для психохроников Алексея МАШТАНОВА (на снимке). Несколько раз они пытались легализовать взрослого приемыша (о судьбе которого, кстати, руководство интерната все это время никак не беспокоилось), но у них ничего не выходило. В прошлом году супруги всерьез занялись проблемой документации инвалида детства Лехи, и тут выяснилось, что его... официально не существует на белом свете!

Родителей своих Алексей Маштанов не помнит. По документам у него есть братья, но об их судьбе ему ничего не известно. С раннего детства он угодил в петропавловский детский дом для умственно отсталых детей, а в апреле 1999 года с диагнозом олигофрения в стадии имбецильности по решению суда был признан недееспособным и отправлен в тайыншинский дом-интернат для психохроников. Перемены в условиях оказались столь разительными, что через два года Алексей оттуда сбежал и две недели добирался пешком до Петропавловска.
- Убежал я потому, что плохо там было! Били постоянно, уколы ставили, к кровати привязывали, - пожаловался он на свое прошлое житье-бытье корреспонденту “Времени”. - Били там все: и врачи, и те, кто просто там работал, - ни за что. Сказал что-нибудь не так - и получай! Гулять только два часа в день разрешали, а кто возмущался - сразу уколы ставили. Кормили плохо, не хватало еды. Такого в нашем детском доме не было…
В Петропавловске рядом с детским домом для умственно отсталых детей располагалась шиномонтажка, к хозяину которой воспитанники частенько прибегали: там им интересно было, а он их постоянно угощал чем-нибудь вкусненьким. Вот к нему Алексей Маштанов и пришел за помощью. Но владельцу мастерской некуда было девать такого постояльца, и он привел его к знакомым - супругам-предпринимателям Нурмухаметовым, у которых шла большая стройка на производственной территории.
- Мы выделили ему комнату со всеми удобствами в здании с кафе, так он у нас и прижился. Выяснили, откуда он сбежал, связались с директором тайыншинского дома-интерната Василием ЧАЙКИНЫМ, но тот особого интереса к своему подопечному не проявил. Обе­щал, правда, приехать, но не сподобился, - рассказывает Альфред Нурмухаметов. - У нас тогда стройка шла, хлопот был полон рот, и заниматься документами Леши времени не было. А в 2005 году его машина сбила, менты все развели, а его с переломами тайком привезли и на территорию подбросили. Вот тогда мы и столкнулись с проблемой его лечения. Ну за деньги без документов в больницу определили, вылечили и попытались было документы ему восстановить. Опять с Чайкиным связались, у которого все бумаги Лешины лежат, но толку не добились.

Если бы Алексей продолжал все это время маяться в интернате с его тюремными двухчасовыми прогулками - наверняка совсем погрузился бы в животно-растительный образ жизни. А сбежав оттуда, точно сгинул бы без следа - не встреться на его пути супруги Нурмухаметовы, которые все минувшие годы его кормили-поили-одевали да еще деньги ему откладывали на всякий случай… В нормальных условиях, по словам супруги Альфреда Жанны, у Алексея вдруг и таланты разнообразные открылись:
- Читать-писать он не умеет, но цифры номеров сотовых телефонов как-то запоминает, друзей себе завел, звонит кому-то. И с техникой он на “ты”, очень способный парень оказался. Автомобильные магнитолы всем подряд ремонтирует и вообще любую бытовую технику. У нас в кафе и саунах с бассейнами все оборудование освоил, знает, что когда включать и выключать, как ремонтировать. Но без документов же жить нельзя, да и проблемы из-за этого постоянно возникают. Год назад мы вплотную этим занялись - и выяснили удивительные вещи! Его данных не было ни в ЦОНе, ни в управлении соц­обеспечения - нигде! И все чиновники, к которым мы обращались, только удивлялись и спрашивали: “А где его пенсия, кто ее получает все эти годы?”. Да откуда же мы знаем, где она и кто ее получает? Наверное, получает кто-то, раз совсем о нем не беспокоятся.
В результате бесконечного хож­дения по кругу с преодолением бюрократических барьеров супругам Нурмухаметовым за это время удалось выправить Алексею Маштанову временное удостоверение личности, для чего в полиции провели его официальное опознание. Они прописали его у себя в квартире, добились получения свидетельства о рождении и РНН. Между тем полный пакет документов Маштанова хранится у директора интерната Василия Чайкина, который, как рассказывает Альфред Нурмухаметов, все это время отделывается отписками и носа в Петропавловск не кажет:
- Он нас уверял, будто бы регулярно, каждые три месяца, подает на Алексея в розыск. А чего его искать, если он прекрасно знает, что тот у нас находится? И еще он отписался, будто бы давно снял его с материального обеспечения. Ну это ведь тоже просто бумажка, и на документ-то не похожая, а получает он от государства средства на его содержание или нет, нам неизвестно, как неизвестно и то, кто пенсию Алексея все эти годы получает. Похоже, кто-то очень заинтересован, чтобы все так дальше и продолжалось, раз никаких усилий для разрешения сложившейся ситуации никто не предпринимает. Мне-то деньги Алексея не нужны, своих хватает, но пенсию за все эти годы хочу ему вернуть. Квартиру ему однокомнатную куп­лю, но сначала надо опекунство еще оформить, а тут только на документы год понадобился…

Словом, история получается прямо-таки детективная. Мне удалось выяснить, что на самом-то деле никто в розыск его объявлять и не думал. Начальник пресс-службы ДВД Северо-Казахстанской области Спартак КАБДЕНОВ сообщил, что электронная база таких данных у них ведется с 2005 года, и за это время никаких сведений о розыске Маштанова в ней нет. В общем, прокуратуре и финансовой полиции самое время выяснить, поступали ли на протяжении этих 11 лет от государства материальные средства на содержание Алексея Маштанова в интернат и сколько вообще таких “мертвых душ” там может быть, а главное - кто исправно получает их пенсии.

Виктор МИРОШНИЧЕНКО, фото автора, Петропавловск, тел. 8-7772588479, e-mail: mukomol@mail.kz