10364

Мочалкин блюз индустриального развития

Канат БЕРЕНТАЕВ, экономист:
“Во все “прорывные” программы включаются одни и те же проекты… Марченко сказал, что деньги будут выделены на новые проекты, но я более чем уверен, что на манеже останутся все те же…”

3,5 миллиарда долларов могут быть направлены из Национального фонда в течение ближайших четырех лет на реализацию крупных индустриальных проектов. Об этом в конце февраля в Астане заявил глава Национального банка РК Григорий МАРЧЕНКО.

По словам главного банкира страны, переданным агентством Интерфакс-Казахстан, эти деньги будут выделены, если правительство согласится с предложениями Нацбанка.
Мы уже привыкли быть впереди планеты всей во всем, да и деньгами Нацфонда, в котором, кстати, сейчас уже 47,2 млрд. долларов, можем позволить себе сорить. Только вот насколько эффективна будет отдача от запуска этих крупных индустриальных проектов? Вопрос отнюдь не праздный, если вспомнить предыдущие глобальные программы, на которые тратились громадные бюджетные средства: “30 корпоративных лидеров”, “86 прорывных проектов”, программа форсированного индустриально-инновационного развития (ПФИИР).

Программная “пирамида”

Известный экономист Канат БЕРЕНТАЕВ полагает: эффекта от прорывных проектов, под которые выделяются средства из Нацфонда, не будет. Более того, он уверен, что в Казахстане не будет работать ни одна программа, к которой имел отношение, пусть даже косвенное, Кайрат КЕЛИМБЕТОВ (заместитель премьер-министра, ранее министр экономического развития и торговли Республики Казахстан, а до этого председатель правления Фонда национального благосостояния “Самрук-Ка­зына”. - Р. Б.).
- Вспомните все программы, которые он курировал: административные реформы, “30 корпоративных лидеров”, кластерная модель экономики - ни одна из них полностью не реализована, - поясняет экономист. - По сути, эти программы были просто большим пиаром.
По мнению Берентаева, одна из причин провала всех предыдущих программ в том, что они выгодны не столько экономике, сколько определенному кругу лиц.
- Кстати, когда появились прорывные проекты, все забыли о стратегии индустриального развития, - продолжает Канат Базарбаевич. - Затем возникли кластеры, и в забвение ушли прорывные проекты типа “30 корпоративных лидеров”. Через несколько лет правительством была разработана ПФИИР, похоронившая все предыдущие программы. И кстати, во все эти программы включаются одни и те же проекты. Как только проект переходит в стадию вероятного завершения, он тут же автоматически переносится в новую программу.

- И снова получает финансирование?
- Не только. Он получает и повышенное внимание властей в смысле предоставления каких-то льгот, позволяющих успешно конкурировать за местные ресурсы. И так из года в год. Власти строят некую программную “пирамиду”. Марченко сказал, что деньги будут выделены на новые проекты, но я более чем уверен, что на манеже останутся все те же. Здесь важно не то, что будут снова выделяться деньги, а то, что они пойдут из Нацфонда. Если средства будут выделены ФНБ “Самрук-Казына”, то он, в свою очередь, переведет их в Нацбанк, а тот начнет ценные бумаги выпускать. На всех этих транс­фертах ФНБ снова получит неплохие проценты как посредник.

Государство не доверяет чиновникам

Между тем в конце февраля официальные СМИ сообщили, что в Казахстане создана спецкомиссия во главе с премьер-министром республики Каримом МАСИМОВЫМ, которая будет контролировать расходование средств из Национального фонда.
- Этим решением власти фактически расписались в своей дисфункции в борьбе с коррупцией, - считает политолог Досым САТПАЕВ. - Получается, что на официальном уровне признали: все громогласные заявления о борьбе с коррупцией, различные программы и демонстративно-показательные порки чиновников и т.д. так и не привели к тому, что госструктуры Казахстана могли бы работать эффективно. Зачем создавать такую комиссию, если у нас есть финансовая полиция, парламент, которые должны следить за тратой бюджетных средств? Этот момент наглядно свидетельствует о том, что государство ни на йоту не доверяет своим чиновникам. Но при этом все прекрасно понимают: эта система контроля не будет эффективной.
Сатпаев напоминает: “с момента разработки стратегии развития Казахстана до 2030 года прошло около 15 лет. Мы регулярно принимаем какие-то новые программы, но вся эта возня напоминает бег на месте. В “актив” развития страны можно - с большой долей сарказма - занести заявление тогдашнего председателя правления АО “Kaznex Invest” Ерлана АРИНОВА о том, что Казахстан стал мировым лидером в производстве мочалок. Власть на полном серьезе считает это показателем несырьевого развития Казахстана!”
Политолог добавляет: программы и стратегии, принимаемые в Казахстане, - правильные. “Неправильные” лишь исполнители этих программ.
- Невозможно создать инновационную экономику в Казахстане, если у наших чиновников нет инновационного мышления! - говорит он. - В лучшем случае проект доходит до перерезания ленточки, а потом забывается.

Не с того конца начали!

- Проблема в том, что во всех этих программах неправильно расставлены приоритеты, - уверен аналитик Ассоциации приграничного сотрудничества Марат ШИБУТОВ, - Поэтому они выполняются лишь частично - примерно процентов на сорок. На мой взгляд, вся эта индустриализация, которая активно пропагандируется государством, - полная ерунда, потому что концепция выбрана неправильная. Допустим, проектируется завод в Атырауской области, а там нет ни газа, ни электричества. То есть отсутствуют мощности, к которым можно подключиться. Для любого производства необходима развитая инфраструктура: газ, электричество, вода, инженерные коммуникации. В первую очередь государство должно было сосредоточить свои усилия именно на этом. Во-вторых, прежде чем начинать новое предприятие, нужно было организовать поддержку действующих производств. К примеру, мы построили за 115 млн. долларов “Биохим” как инновационный проект (который, как выяснилось впоследствии, никому не нужен). В то же время Иртышский химико-металлургический завод - уникальное производство по выпуску редких металлов, востребованных сейчас на мировом рынке, обанкротился. Он, кстати, принадлежит ФНБ “Самрук-Ка­зына”. То есть на него денег у государства не нашлось, хотя, для того чтобы завод оставался на плаву, требовалось всего 8-10 млн. евро!

Новый устойчивый миф

Не менее критично смотрит на вещи экономист Мухтар ТАЙЖАН. Деньги из Нацфонда должны идти на нужды будущих поколений, но его начинают расходовать уже сейчас без какой-либо рациональной необходимости, считает он.
- Треть расходов нашего бюджета покрывает сейчас Национальный фонд - это 8 млрд. долларов! Как мы расходуем эти деньги? По данным Счетного комитета, бездарно и неэффективно. Точно так же и с госпрограммами. Вспомните наш первый спутник КазSAT - 65 млн. долларов на ветер, “Био­хим” - еще несколько десятков миллионов долларов, “Силициум Казахстан” - примерно столько же (см. таблицу). А были еще Илийский картонно-бумажный комбинат, программа “Питьевые воды” и т.д. Расходы по этим программам признаны - причем самим государством, а не “кликунами” из оппозиции - неэффективными. У нас из десятков профинансированных инвестиционным и инновационным фондами Казахстана проектов работают единицы. Из 116 государственных акционерных обществ половина - убыточна. А пока государство тратит огромные суммы непонятно на что, наши города сидят без отопления, без питьевой воды... Вот куда нужно расходовать средства, а не на какие-то мифические прожекты!

Руслан БАХТИГАРЕЕВ, Алматы

Поделиться
Класснуть

Свежее