5880

Владимир Хотиненко, режиссёр: Я ни разу не снимал кино через не могу

20 января режиссер фильмов “Зеркало для героя”, “Макаров”, “72 мет­ра”, “Поп”, сериалов “Гибель империи” и “Достоевский” отметит 60-летие. У народного артиста России Владимира ХОТИНЕНКО (на снимке) немало почетных титулов и наград в области кино. Но самую первую он получил за заслуги в спорте, став чемпионом Казахстана по легкой атлетике! Об этом и многом другом Владимир Иванович рассказал на осеннем МКФ “Евразия- 2011”, где он был членом большого жюри.

- Ваш коллега - кинорежиссер Георгий Данелия - в своих мемуарах подчеркнул, что ему повезло: он всегда снимал только то, что ему было интересно.
- Никогда не буду гневить Бога! Вне всякого сомнения, мне повезло по судьбе: снимал я тоже только то, что мне интересно.

- Но ведь наверняка из снятого вами было что-то и заказное?
- Конечно, было!

- Приходилось переступать через себя?
- Никогда, ни разу. Мне поступает довольно много предложений, но ведь я не все принимаю, а только эксклюзивные. В отличие от портного, который шьет костюм на заказ любому клиенту, у меня совсем другие задачи. Я ни разу не снимал кино “через не могу”. Мне ни разу не было скучно на моих фильмах. Если всерьез говорить - на заказ работали очень большие мастера!

- Вы же поняли, какой подтекст я имела в виду...
- Никакого! В том-то и дело - я хочу избавиться от подтекста. Многие художники, включая композиторов, мечтали о заказах! Возьмите Моцарта! А Бах только на заказ и работал: он писал свои фуги до изнеможения, чтобы прокормить семью. Таким примерам несть числа! И нет здесь никакого двусмыслия: дескать, если художник творил на заказ, значит, ищи в том какой-то подтекст. Нету, нету и еще раз - нету! Всегда стоит вопрос: КАК? Все известные нам портреты - серьезные! - написаны на заказ... Чего мы дурку-то валяем?! В конечном счете это ведь просто профессия! Для большинства ее представителей (если вынести за скобки непреодолимое желание творить) это просто способ заработать на хлеб, а для кого-то - и на хлеб с маслом. Всё! Точка.

- Феллини когда-то заметил: “Какой бы фильм я ни снимал (пусть даже про рыбу!), все равно он будет про меня!” Вы тоже снимаете про себя?
- Это получается само собой, как и у любого человека, даже не очень талантливого. Но на всякий случай, чтобы закрыть предыдущую тему, расскажу вам реальную историю - невыдуманную. Однажды в интервью Феллини спросили: “А как у вас рождается замысел? Как вы приходите к очередному фильму?” Конечно, режиссер лукавил, но в этом лукавстве есть большая доля истины! Он ответил: “Я беру аванс. Потом мне его жалко отдавать, и я начинаю работать...” А Достоевский заключал договор и не знал, чем всё закончится: он писал, писал, писал, потому что брал аванс, ему нужны были деньги. Что же касается вопроса “про себя”, тут конечная инстанция - получилось или не получилось. Не получиться может у кого угодно. Просто кто-то это признает, а кто-то - нет. Когда-нибудь, наверное, я что-то такое и напишу, но пока у меня нет ни малейшего желания подводить итоги. Потому что по сей день ко мне подходят люди и говорят о картинах, которые я снял 25 лет тому назад. К примеру, “Зеркало для героя”. До сих пор для них она самая любимая.

- А для вас?
- Пожалуй, я бы так не сказал. Хотя очень люблю ее, но как первенца.

- Так ведь перед ней вы уже сняли пару фильмов: “Один и без оружия” и “В стреляющей глуши”.
- Да, но они были “пробой пера”. По-настоящему первой картиной, когда я все-таки сделал кое-что и то, что хотел, стала, конечно, “Зеркало для героя”. Всё остальное было немножко стихией. По разным причинам: от неопытности ну и т.д. Когда-нибудь разберусь. Но лишь после “Зеркала для героя” я наконец всерьез почувствовал, что ради этого стоило менять жизнь, менять профессию, жертвовать многим. Это абсолютно неформулируемое внутреннее ощущение - почти мистическое, когда ты понимаешь что получилось! Его прак­тически невозможно объяснить.

- Вы сами затронули тему денег, говоря о заказах. А вот Ким КИ-ДУК на встрече в алматинском киноклубе после показа одной из его лучших картин “Весна, лето, осень, зима... и снова весна” признался: “Я никогда не снимал кино только ради денег”.
- Я ему верю. При всем моем бесконечном уважении к Ким Ки-Дуку замечу - он ведь не единственный режиссер, есть и другие. Например, Андрей Арсеньевич ТАРКОВСКИЙ, не менее уважаемый мной. Он и для денег снимал тоже, потому что ему нужно было кормить семью. Тарковский был в долгах, он боролся за категорию картины... Если у Ким Ки-Дука есть на что жить и он может еще снимать - на здоровье! Думаю, ему деньги платят.

- Вопрос - какие? Полагаю, он довольствовался малым.
- Я тоже довольствуюсь малым. Вот это нас роднит и многое другое. Ким мне глубоко симпатичен как художник и человек.

- Вы заранее знали, что он возглавит жюри “Евразии”?
- Конечно. И это был очень важный для меня аргумент. Я никогда раньше с ним не встречался и рад, что судьба нас свела.

- На первой же пресс-конференции вы отметили, что обязательно своим студентам скажете слова Ким Ки-Дука о том, что он всегда очень много работал. Вы по-прежнему ведете режиссерские мастерские?
- Даже две: на Высших режиссерских курсах и третий курс во ВГИКе, где еще возглавляю кафедру режиссуры.

- А по какому принципу вы набираете себе студентов? Вот у Михаила РОММА на одном курсе учились Тарковский, ШУКШИН, МИТТА - в будущем такие разные режиссеры! Что помогает разглядеть искру Божью в абитуриенте?
- Основная задача - почувствовать, есть ли у человека “слух” или нет, как при приеме в музыкальную школу. У нас тоже система отлажена: существует ряд надежных тестов.

- Часто ли ошибки случаются - взяли человека, а он “пшик”?
- Слава богу, не так часто, как могло бы быть при таком почти мистическом состоянии дел. Но случаются.

- Удачный курс - это когда двое-трое выпускников остаются в большом кино и активно снимают?
- Дам абсолютно практический ответ: для меня главное, чтобы все они работали по профессии. Некоторые мои ученики уже добились определенных результатов, у кого-то даже есть международные награды. Кем-то я просто могу гордиться. Я за них рад, безусловно. Но самое первое и важное - они работают по профессии, чему я старался их научить.

- В том числе и казахстанцев...
- Да. Не так давно у меня выпустились шестеро ребят. Причем я их не набирал - они мне достались “по наследству”, поэтому только год с ними занимался. Но нам, думаю, удалось за этот короткий промежуток времени понять друг друга. И мне разобраться в каждом из них и каждого направить в свою сторону. У них тоже есть приличные работы, в том числе дипломные. Во всяком случае, эти ребята стали мне родными, говорю не ради красного словца.

- Вы тридцать лет назад учились на Высших режиссерских курсах у самого МИХАЛКОВА! Можете прокомментировать ситуацию с оскаровской гонкой - выдвижением от России его фильма “Утомленные солн­цем-2. Цитадель”?
- Как только я о ней услышал, тотчас же понял, что начнется атака, и сказал себе: “Я не буду комментировать это никому никогда”.

- В первую очередь потому, что Михалков ваш учитель?
- Да, конечно.

- Вернемся к вашей судьбе. Давным-давно вы стали чемпионом Казахстана по прыжкам в высоту...
- Тогда мне было пятнадцать лет. Я пошел в седьмой класс, когда мы переехали в Павлодар. Там до сих пор живет моя старшая сес­тра Таня. Редко, но я приезжаю в город своей юности, где окончил среднюю школу.

- Вы делали успехи в спорте. Когда же увлеклись искус­ством?
- Мой отец хорошо рисовал, и я с детства - тоже. Впрочем, всю жизнь рисую. Без ложной скромности скажу: я довольно приличный художник. В принципе, если бы серьезно пошел по этой стезе, то даже, наверное, мог стать им. У меня есть способность придумывать. Мои маленькие выставки на Высших режиссерских курсах пользовались успехом. Но я определенно знаю, что существует слишком много людей, которые как живописцы или графики гораз­до лучше меня.

- Какая же дорога привела вас в кино?
- Судьба! Простите за банальность. Больше ни-че-го.

- Встреча с Михалковым и то, что он вас заметил, - знак судьбы?
- Думаю, каждый человек время от времени получает такие знаки. Но порой он не способен их услышать или увидеть. Если мальчик играл на скрипке и потом стал знаменитым - это не судьба. Судьба - если он талант, если он гений. А всё остальное - это работа, как говорил Ким Ки-Дук.

- Вам приходилось с ним спорить, определяя победителей “Евразии-2011”?
- У нас в жюри люди были чрезвычайно принципиальные, замечательные мастера! Они политес не соблюдали, их не интересовал вопрос, как бы кого не обидеть, хозяев, к примеру. Только качество! Конкурс был достойный, а картина “Перед грозой”, получившая Гран-при, могла бы украсить любой фестиваль. И не она одна! Я отвечаю за все призы! Пусть в спорах, но мы принимали решения объективно. Мне очень понравился фестиваль, его атмосфера. Плюс еще и мои личные ассоциации, связанные с юностью. Я не так часто бываю в Алматы, поэтому для меня каждый приезд сюда - это срез воспоминаний. Здесь же и ученики мои есть, есть друзья молодости... Тут такой спектр чувств! И среда потрясающая!

- Владимир Иванович, а если предложат снимать в Казахстане?..
- Это не вопрос вообще, где снимать, главное - что, а не просто в Казахстане! Мне, слава богу, всегда есть что снимать, вот в чем фокус.

- Правда ли, что к своему 60-летию вы запуститесь с “Бесами” Достоевского?
- Даст бог. Сейчас пишу сценарий.

- Реакция на ваш телефильм о самом Достоевском была неоднозначной, в том числе и Эдуарда ВОЛОДАРСКОГО.
- Меня не интересует его мнение.

- Ну все же он автор сценария...
- У нас на этой картине был замечательный консультант, он уже всё написал о Володарском.

- Но я вам скажу, что мои знакомые с огромным интересом смотрели “Достоевского”, многим фильм понравился. Да и стоит ли рассуждать о вкусовых пристрастиях? В этой связи хочу вспомнить довольно старую историю, связанную с вашим фильмом “Мусульманин”. 1995 год, сочинский фестиваль “Кинотавр”, Гран-при получает комедия Рогожкина “Особенности национальной охоты”! Что это было тогда? Недавно я пересмотрела вашу картину, недооцененную в ту пору...
- Где сегодня эти “Особенности”? А тогда для меня это было оскорбление - личное! Я понял, что времена меняются, а с ними и ценности.

- Но истинные, согласитесь, остаются! На “Кинотавре-95” меня задел еще один нюанс. Александр БАЛУЕВ - хороший актер! Извините, он получил на “Кинотавре” приз за лучшую мужскую роль - брата в “Мусульманине”, а Евгению МИРОНОВУ, грандиозно сыгравшему главного героя...
- ...вообще ничего не дали! Тоже издевательство над ним. Но, понимаете, на самом деле это не имеет никакого значения для меня. Никакого! Все суета! Знаете, что не суета? Обстоятельства сложились так, что мы с Кимом встретились в Алматы, с Жилем МАРШАНОМ. Вот это важно!

Галина ЛЕОНОВА, Алматы

Поделиться
Класснуть