Свободная Субандала

Десять лет назад Венера УРАЗБЕКОВА (на снимке) отказалась от карьеры солистки оперного театра и выбрала путь максимальной свободы - во всем. Просто позволила себе быть счастливой.

Открывая персональную выставку в одной из самых серь­езных галерей Алматы, Венера пела для всех присутствующих. Так, как это делает она одна - мешая стили и техники: то уходя на колоратурное сопрано, то скатываясь на глубокие низкие ноты. Ничего заготовленного заранее, только то, что в данную секунду хочет ее душа. Так же вдохновенно и бесхитростно она поет, глядя на закат из окна своей квартиры. Голос этот звучит так мощно и не­обычно, что становится понятно, почему россияне ведут переговоры с Венерой, надеясь использовать ее вокал в передаче “Битва экстрасенсов”.
- Это сейчас духовные практики популярны, - говорит Венера, - а десять лет назад, когда я круто изменила свою жизнь и ушла из театра, мои занятия и медитации выглядели для окружающих как минимум подозрительно. Да, я с детства мечтала выступать на оперной сцене, но как раз в тот момент, когда готовила первую сольную партию, поняла, что не хочу петь по нотам, не хочу исполнять музыку, которую придумал кто-то, а не я. Мне это неинтересно. Конечно, родные были в ужасе, они решили, что я сошла с ума.
Не сошла, хотя выглядит это очень похоже. Например:
- Наконец я поняла свое предназначение - я пришла для того, чтобы гармонизовать своим голосом этот мир...
- Я люблю придумывать себе имена, например СУБАНДАЛА...

Вот глаза у нее точно не сумасшедшие - счастливые. С того времени, когда после учебы в консерватории и такой большой удачи, как право исполнять Розину из “Севильского цирюльника” на сцене лучшего оперного театра страны, она написала заявление об увольнении. И когда поняла, что у сыновей должен быть папа, но это не значит, что надо жить под одной крышей с чужим человеком. Муж так и не принял ее новую жизнь, а может быть, просто не понял, как может человек рисовать картины, если он не учился этому. Как можно найти свой особенный стиль, если даже не задумываешься над тем, что делает твоя рука. Муж - профессиональный художник. А она, прежде чем по-новому запеть, стала... рисовать.
- Я действительно не продумываю заранее картину, просто начинаю рисовать, и постепенно складывается узор, который я сама потом уже пытаюсь расшифровать как некое скрытое послание.
Сейчас она с удовольствием ходит на премьеры в оперный театр, радуется, что оба сына общаются с папой, но ни разу не пожалела, что выбрала свой особенный путь. Ту самую знаменитую спонтанность, воспетую эзотериками. Кстати, не только кисть Венеры выводит сложные письмена, практически не подчиняясь хозяйке, то же самое вытворяет ее голос. Его обладательница любит “пропевать” людей, картины, образы.
- Главное, чтобы мозг не начал анализировать то, что он увидел. Перед тобой предмет или человек, и ты сразу позволяешь рождаться звукам... Мой голос тоже менялся вместе с сознанием. Если в оперном театре я была колоратурным сопрано, то есть должна была исполнять партии влюбленных красоток, то сейчас у меня звучит и нижний регистр.

Одно время Венера пела с этнической группой, но потом музыканты отказались с ней работать. Все потому, что она не признает нот или оговоренных заранее рамок, так что даже сыгранный коллектив не мог “поймать” ее вдохновенные импровизации. Теперь Венера поет а капелла, то есть без сопровождения, и ее манеру невозможно определить ни как джаз, ни как классику, ни как любой другой известный жанр. Впрочем, на любой, даже самый экзотический продукт находятся ценители. Например, недавно Су­бандалу приглашали выступить на частной вечеринке на Хайнане. Вообще, иностранцы с большим интересом относятся к ее спонтанности, чем соотечественники. А сама она всерьез принимает иронические похвалы типа “вы, пожалуй, самый свободный человек в этой стране...”.
- Это точно. Я разрешила себе все, при этом не нарушив ничего!

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, фото Владимира ЗАИКИНА, Алматы