Застой, паровоз...

Артист и шоумен Еркен ГУБАШЕВ приехал в южную столицу из Уральска, потому что - так часто бывает у творческих людей - вырос из штанов своего города. Теперь бывший худрук театра юмора активно ищет другие брюки на свежей почве и почти уверен, что найдет.

- В Уральске был у меня театр миниатюр “Омпа”, достаточно известный в Западном Казахстане, - говорит Еркен. - Основное направление - юмор, клоунада, стенд-апы. Мы много гастролировали по России, удостаивались призов на разных фестивалях. Нас позвали в Астану, а уже потом мы переехали в Алматы. Тут, как говорится, все дороги открыты.

- А в Западном Казахстане закрыты?
- Там свой устоявшийся круг артистов, ведущих и так далее. Они там устаканились и не идут вперед. Им достаточно. Они не хотят дальше развиваться, но справедливости ради надо сказать, что сделать это им не дает ситуация. Элементарный пример - за последние 5-10 лет цена на ведущего (вечера, корпоратива. - Т.Б.) совершенно не выросла. Все дорожает, кругом инфляция, а у артиста ставка все та же. Кроме того, даже если ты что-то сам придумываешь, предлагаешь клиенту, тебе говорят: пожалуйста, делайте, как было. Не надо нового! А здесь заказчики все время ждут чего-то свежего. Это же подстегивает, стимулирует творчество! А за новое вдобавок и платят больше. Поэтому есть смысл пытаться удивить публику. В Уральске публику не удивишь - ей по барабану.

- То есть она невосприимчива к новому?
- Нет, ей просто по барабану. Вы знаете, что в Уральске не бывает эстрадных концертов? Неважно, казахстанские исполнители или российские - никто на них не ходит. Людям неинтересно. Простой пример: приехал Тимати, выступал на стадионе. По билетам на площадку прошли человек 50. А снаружи - около тысячи. Логика у них простая: зачем заходить, слышно же и здесь! Приезжали КИРКОРОВ, РЫМБАЕВА, группа “ЯЛЛА”, команды КВН тоже нас посещали - всегда провал. Регулярно появляются новые энтузиасты, которые снова пытаются кого-то привезти, однако итог всегда один.
Обычно бывает так: заявляются богатые парни из Атырау, говорят, что сейчас расшевелят этот Уральск, начинают суетиться, кого-то привозить. Без толку. Через какое-то время снова кто-то начинает носиться, чтобы опять уехать ни с чем. И так уже лет 15. Собственно, от этого застоя мы и сбежали.

- Как-то я разговаривал со знакомым из Актау и упомянул Дильназ АХМАДИЕВУ. А тот вообще такого словосочетания никогда в жизни не слышал. У вас так же?
- Есть такое. Однажды мы привозили в Уральск Парвиза НАЗАРОВА. Спросили его: “Парвиз, вот ты у себя в городе гуляешь, наверное, подходят, автографы просят, знакомятся?”. “Ну да, бывает”, - говорит. Потом мы предложили ему выбрать на улице любого человека, подойти к нему и сказать, что он Парвиз Назаров. Тот выбрал паренька, мы к нему подошли и ожидаемо услышали: “И че?”.
Я думаю, тут проблема еще и в пропаганде. Никто же не продвигает отечественных исполнителей и по регионам их не возит с концертами, как в советское время.

- Уральск же культурный город - нелогичен как-то описанный вами застой.
- Культурный, с историей. Но что он из себя представлял раньше? Яицкий городок, населенный людьми, которые не хотели терпеть над собой никаких хозяев. Этот дух, пропитанный “нам ничего не надо, нас не трогайте”, остался до сих пор. Что-то происходит большое в стране, страна шумит - Уральску по фигу. Летом вообще бесполезно что-то организовывать, потому что все на дачах.
Рядом Самара. Там постоянно какие-то фестивали, концерты, в общем, жизнь. И люди, уставшие от состояния сомнамбулы, постоянно ездят туда.
При этом, что странно, Уральск - некая кладовая талантов. Кто бы куда ни уехал, обязательно добивается признания. Например, мой хороший знакомый рокер отправился в Москву, стал там известным журналистом.
Правда, это самопродвигающиеся таланты. Как проводят творческие состязания чиновники, я видел, когда вел конкурс детской песни. Никто никого вообще не слушает. “Давай, готов, молодец, следующий!”. Кто победит и поедет в центр, всем известно еще до открытия конкурса.

- Вы полагаете, что продвинетесь здесь. А куда?
- Для заработка можно работать на свадьбах, для души - делать что-то свое. В крайнем случае я могу открыть небольшой театр, образование и опыт мне позволяют это сделать. В Уральске, кстати, я сильно болел театром одно время. Но потом мне надоели скучающие непрофессиональные актеры, дрязги, полупустые залы. Как там делается постановка? Костюмер нашел у себя рваную одежду, художник присмотрел поломанный стол, и под это дело уже подбирается образ постановки. Зарплата у режиссера - 40 тысяч тенге. В общем, у меня сложилось впечатление, что я отдаю больше, чем получаю. В Алматы элементарно даже зрителей количественно больше. А сами театры, к слову, стоят по своему развитию на уровне XIX века, как во времена Станиславского. Представляете, сколько можно было бы собрать народу, если сделать рок-постановку классической пьесы с участием Макпал ИСАБЕКОВОЙ, например, и других популярных исполнителей? В общем, работы непочатый край.

- В Уральске случился скандал с оркестром БИСЕНГАЛИЕ­ВА. Есть куча как сочувствующих музыканту, так и тех, кто считает, что он зажрался, слишком много денег себе просил у родного государства...
- А разве он не имеет права? Он же звезда мирового уровня! Я смот­рел, как встречали Тимати в Астане - чуть ли не в попу целовали. А Бисенгалиев-то покруче Тимати! Почему бы его в попу не целовать, тем более - наш же!
Почему мы не удивимся, если зам­начальника УВД - я утрирую - придет в ресторан, разгонит там всех и начнет гулять, а Бисенгалиевым мы такое никогда не простим? Тем, кто говорит, что он мог бы из чувства патриотизма урезать себе зарплату, мой совет: продайте свои машины, сядьте на “Жигули” и отдавайте весь заработок государству. Из чувства патриотизма.

Тулеген БАЙТУКЕНОВ, Алматы,тел. 259-71-96, e-mail: tulegen@time.kz,фото Владимира ЗАИКИНА