Анау-Мынау о Текущем Моменте
Сергей УТКИН, юристНесвятые угодники
Журналист Жанна Байтелова подала в суд на премьера и спикеров двух палат парламента, подписавших закон о лидере нации вместо президента.
Теперь легитимность закона будет решаться в суде. Почему такое стало возможным?
Какие виды у этого журналистского иска?
После поступления закона на подпись президенту Конституция предусматривает только два варианта: либо подписанный закон обнародуется, либо неподписанный закон возвращается парламенту с возражениями. Но в законе о парламенте имеется норма, в которой говорится, что, если президент не подписал закон в месячный срок, он считается подписанным. Норма странная, но действующая. По крайней мере, Конституционный совет пока не признал ее неконституционной.
Однако с законом о лидере нации оказалось не все так просто. 3 июня президент озвучил официальное обращение к гражданам Казахстана, в котором однозначно заявил о своем отказе подписывать закон о лидере нации. Тем не менее нам сказали, что президент не наложил на закон вето и не вернул его в парламент. Что такое вето - прямо нигде не написано. Но в данной ситуации вето - это отказ президента подписать и обнародовать закон, без чего он не может быть введен в действие. Чтобы преодолеть вето президента, парламент должен переголосовать закон заново. Если три четверти депутатов все равно будут “за” - закон вводится в действие помимо воли президента. Вернее, президент уже не имеет права отказаться от его подписания. Так по Конституции.
Но закон о лидере нации переголосовывать в парламенте не стали, хотя получили ясный и однозначный отказ от президента. Почему-то решили применить правило о подписании закона “по умолчанию”, хотя “умолчания”, как мы теперь понимаем, не было. То есть отказ президента от подписания закона истолковали как его подписание! Воистину более странной логики придумать было невозможно.
Наконец, самое главное. По Конституции право обнародования законов принадлежит только президенту. Только из администрации президента закон с соответствующей гербовой печатью может поступить для официальной публикации в СМИ. Так кто же принял решение об обнародовании (введении в действие) закона, не подписанного президентом? Очевидно, что все трое подписантов к администрации президента не имеют никакого отношения. Но дает ли им Конституция, закон о парламенте или еще какой-либо нормативный акт право на обнародование законов? Однозначно - нет. Поэтому в справедливости иска, поданного на них Жанной Байтеловой, я не сомневаюсь.
Сегодня, как бы в оправдание, озвучивается позиция, что переголосование закона о лидере нации в парламенте - всего лишь ненужная формальность. Поскольку в первый раз закон был принят депутатами единогласно, то какой смысл голосовать еще раз? А что, разве мнение президента у нас уже ничего не значит? Если в первый раз все депутаты голосовали “за”, думая, что угождают президенту, неужели все они как один также пошли бы против его воли и во второй раз? Отказавшись соблюдать конституционную процедуру, руководители палат парламента “подвесили” закон о лидере нации в воздухе, в связи с чем легитимность его практического применения будет под вопросом уже даже по этому формальному основанию.
Тамара КАЛЕЕВА, президент международного фонда защиты свободы слова “Әдiл сөз”Или доживём?
Честное слово, надоело быть сварливой овчаркой. Хочется за те же американские коврижки, коими вечно попрекают правозащитников, пропеть хвалу родной власти.
Случай наконец представился. Наше правительство признало, что абстракция по имени юридическое лицо не может горевать и гневаться, то есть испытывать так называемые моральные страдания, коими измеряются поруганные честь и достоинство. В проекте изменений Гражданского кодекса, который мажилисмены без всякой шумихи передали накануне своих каникул в сенат, роковая для многих журналистов и редакций статья 143 предписывает любым АО, ТОО и даже ЗАО коротко и ясно: деловую репутацию защищать на общих основаниях, с цифрами и фактами ущерба, на моральный вред не претендовать.
Жаль, несколько припозднились дамы и господа депутаты. Узаконь они долгожданные изменения еще весной, не пришлось бы сейчас журналистам “Уральской недели” закладывать свои квартиры, чтобы заплатить 20 миллионов компенсации морального вреда “Тенгизнефтестрою” и один миллион “Казстройсервису”. Суд обошелся бы с истцами по-деловому: “Документы об убытках от публикации на стол, господа акционеры! Ах, нет убытков, как процветали, так и процветаете? Тогда до свидания, учитесь толерантности”. А управлению энергетики и коммунального хозяйства Западно-Казахстанской области и вовсе бы отрезал: “Какая это у вас, государственного учреждения, деловая репутация? Вы разве занимаетесь бизнесом, понесли убытки? Живете на деньги налогоплательщиков, вот и мотайте критику на ус, а не зарьтесь на 25 миллионов. У “Уральской недели” таких денег нет, так что вы хотите отомстить за критику, а не восполнить несуществующий урон”.
Впрочем, подобные речи пока еще впереди, так как наши законодатели и Верховный суд никак не решатся признать, что у государственных функционеров в принципе не может быть деловой репутации.
Прекрасное далеко вообще сулит нам много подарков. Всего-то десять лет с хвостиком понадобилось, чтобы отказать хозяйствующим субъектам в одушевленности. Так что если не мы, то наши дети наверняка доживут до светлых дней, когда банки перестанут требовать с интернет-изданий (иных СМИ к тому времени, говорят, не останется) миллиарды тенге. Сейчас это запросто - залаяла газетная моська на финансового слона, тот ее своей финансовой лапой тут же и придавил. А в будущем судья, равно уважая высокие спорящие стороны, все же не оробеет спросить у истца: “Требуете полтора миллиарда? Предъявите квитанцию об оплате госпошлины в размере двух процентов от суммы иска. Ах вы хотите взыскать уже только 20 тысяч тенге? Хорошо, демонстрируйте доказательства упущенной выгоды”. Правнуки-юристы, роясь в архивной пыли, возможно, найдут нынешние приговоры к лишению свободы за клевету и не поверят: неужели это реальные документы? Как это - сажать за умысел? Кто его может обнаружить? Бандитов, убийц сажали не за планы, а за реальные действия, за подготовку к преступлению, например, а тут - журналиста за написанное слово. Забавные были у нас предки, однако, усмехнется наш далекий потомок, гордились, что живут в цивилизованное время, а такой дикости не замечали.
А может, и нам самим перепадет еще кусочек-другой счастья?
Дмитрий БОЙКО, общественный деятель, КарагандаНадо меньше воровать!
В соответствии с Законом Республики Казахстан “О прожиточном минимуме” установлена минимальная потребительская корзина, состоящая из продовольственных и непродовольственных товаров и услуг. На 2010 год прожиточный минимум установлен в размере 13942 тенге. Однако можно ли прожить на нынешнюю потребительскую корзину?
До 1991 года калорийность продовольственных товаров потребительской корзины составляла более 3000 килокалорий в день. На оплату коммунальных услуг уходило всего 3-4 процента семейного бюджета. По уровню жизни СССР занимал 26-е место в мире.
Сейчас калорийность немногим больше 2000 килокалорий (почти на 25 процентов меньше), расходы на коммунальные платежи в среднем составляют около 15-18 процентов семейного бюджета.
Кстати, дневной рацион размещенных после войны в Караганде немецких и японских военнопленных равнялся 2540 килокалориям - на 300 килокалорий больше, чем по ныне действующим физиологическим нормам в Казахстане.
В нынешнюю продовольственную корзину включено более 30 продуктов, реальная месячная стоимость которых 7500 - 8000 тенге. Следовательно, на оплату коммунальных услуг, транспорта, лекарств, а также непродовольственных товаров остается менее 6000 тенге.
А на что покупать лекарства с их баснословными ценами, где брать средства на транспорт, предметы гигиены, одежду, обувь?
Понятно, что этот нереально низкий прожиточный минимум установлен правительством для того, чтобы создать картину весьма относительного благополучия.
Для сравнения: величина прожиточного минимума в европейских странах больше нашего в 6-8 раз, а в Норвегии - в 15 раз. В США малоимущим кроме установленных доплат положена бесплатная медицинская страховка, на 50 процентов сокращена плата за жилье. В Израиле эта категория лиц покупает лекарства со скидкой 75 процентов и оплачивает только половину стоимости проезда в общественном транспорте.
В Австрии, где нет ни нефти, ни большинства других сырьевых ресурсов, есть бесплатное образование и здравоохранение, а пенсию обязательно получают даже те, кто не имеет необходимого трудового стажа. Малоимущие не менее одного раза в год за государственный счет отдыхают в санаториях или домах отдыха. При отсутствии жилья им выделяют квартиру, субсидированную из государственного фонда.
Тем не менее в парламентах западных стран идут бесконечные бои депутатов с правительствами за улучшение жизни населения.
А у нас?
Имея лишь 0,22 процента населения планеты, мы располагаем 2 процентами мировых запасов минеральных ресурсов и занимаем по их запасам на одного жителя лидирующее положение в мире. Мы добываем на каждого казахстанца более 4 тонн нефти, собираем более тонны зерна. По запасам урана Казахстан на втором месте в мире, нефти - на 7-м, угля - на 6-м, природного газа - на 10-12-м местах. В то же время по уровню человеческого развития мы прозябаем лишь в восьмом десятке среди стран мира!
Между тем безболезненное сокращение на 10-15 процентов государственных расходов на органы управления высвободит около 45 млрд. тенге в год.
Плюс введение дифференцированной шкалы подоходного налога, когда все за сверхдоходы будут платить не 10 процентов, как сейчас, а от 30 до 50 процентов, как это делается в большинстве стран мира, пополнит казну на десятки миллиардов тенге.
Ну и самое главное - надо меньше воровать. По моим прикидкам, раза в три. Тогда все у нас будет!
Поделиться
Поделиться
Твитнуть
Класснуть
