Куда уходят деньги, в какие кошельки?

Президент благотворительного фонда “Бауыржан”, председатель организационного комитета премии “Алтын журек” Жулдыз ОМАРБЕКОВА (на снимке) прекрасно знает, что такое благотворительность по-казахстански.

- Когда я организовывала премию, мне говорили: “Теперь хорошие дела будут делать ради статуэтки”, - рассказывает женщина. - Ну и что? Пусть так. Благотворительность тоже бизнес, она неразрывно связана с деньгами. И каждый старается получить какие-то дивиденды, пусть и не финансовые. Почему у нас не развивается благотворительность? Государство выделяет деньги неправительственным организациям (НПО) в рамках госзаказов. Но эта схема вызывает очень много вопросов: я не знаю ни одного НПО, которое бы реально работало и при этом выигрывало госзаказы. Куда уходят эти деньги - непонятно. 20 мая мы проводили конференцию “Благотворительность в Казахстане”. Я нашла некоторые неправительственные организации, которые уже делали что-то подобное в рамках тендеров. Звоню в Тараз в надежде пообщаться с директором такого НПО, выясняется, что такой неправительственной организации вообще нет, а где директор - неизвестно. Когда мы организовывали премию “Алтын журек”, государство как раз объявило тендер на проведение премии “Благотворитель года”. Мы так обрадовались: это же как раз про нас. Подали документы, но не победили. Так и не знаю, кто выиграл этот тендер. А государство выделило на это пять миллионов тенге.

- Может, проблема в самих НПО? Они выигрывают гранты и тратят их непонятно на что: руководители организаций ездят за границу, отправляют своих детей на обучение в зарубежные вузы.
- Просто со стороны государства нет контроля. Зарубежные компании, занимающиеся благотворительностью в Казахстане, не перечисляют деньги в фонды. Мы даем им смету, и они выделяют средства непосредственно нуждающимся. Так мы убрали коррупцию и откаты.

- Каковы суммы госзаказов?
- Местные власти выделяют на социальные проекты один-два миллиона тенге. На уровне министерств другие цифры: от пяти миллионов и выше, тендер может доходить и до 60 миллионов тенге.

- Вы когда-нибудь давали откат?
- Никогда. Наш фонд не реализовывал проекты в рамках госзаказов. Мне вообще проще иметь дело с бизнесом, нежели с государством. У меня очень много обеспеченных друзей, прошу помощи у них. Не забывайте, что фондам и самим нужно как-то жить. Оплачивать телефон, Интернет, выдавать зарплату сотрудникам. Вот его руководителям и приходится воровать то там, то здесь.

- Вам тоже?
- Я состоявшийся человек и не живу за счет фонда, зарабатываю деньги совершенно в другой сфере. Просто знаю об этом, потому что вращаюсь в этой среде. Поймите, многие руководители НПО - инвалиды или многодетные мамы, они хотят помочь другим, но и сами должны что-то кушать.

- Режиссер Сергей АЗИМОВ недавно метко сказал: “Зачастую во главе фондов, защищающих права детей, стоят женщины, увешанные золотыми цепями и бриллиантами, и это уже никого не возмущает”. Наверное, поэтому многие предпочитают нести деньги героям газетных публикаций, оказавшимся в трудной ситуации, а не перечислять их в НПО. Люди не верят нашим фондам.
- Не верят или не понимают, чем занимаются НПО. Недавно мне позвонила подруга, очень обеспеченная женщина, и говорит: “Я хочу, чтобы моя дочь получила музыкальное образование в Европе. Не мог бы твой фонд это оплатить?” Я ей отказала, хотя понимаю, что такие схемы распространены. И в словах Азимова тоже есть доля истины. Но все зависит от истории появления этих бриллиантов. Если женщина заработала на них в другой области или у нее состоятельный муж, почему бы и нет. Но чаще всего деньги на драгоценности появляются непонятно откуда, вот и возникает мысль о воровстве. Нам нужно проводить чистку своих рядов, потому что почти половина общественных организаций работает нечестно.

- Жулдыз, ваш фонд не помогает людям, собирающим деньги на лечение за рубежом. Почему?
- Сорок процентов таких обращений - мошенничество.Чтобы проверить достоверность информации, нужно время, а его у нас нет. Я знаю женщину, которой помогли собрать деньги на лечение дочери, больной лейкемией. Девочка уже здорова, но ее мама продолжает жить за счет фондов. Мы выбивали в акимате участок земли для многодетной мамы, а потом выяснили, что у нее уже есть три дома. Мы решили, что будем давать нуждающимся не рыбу, а удочку. Правда, она им не нужна. Все хотят рыбу.

- Как мне кажется, наша благотворительность четко делится на две категории: бизнесмены делают добрые дела, выставляя их напоказ, либо, наоборот, остаются в тени, понимая, что их деньги не всегда нажиты честным путем.
- Есть и такой момент. Помните скандал, связанный с президентом холдинга “Алматыкурылыс” Амангельды ЕРМЕГИЯЕВЫМ (см. “Не человек - золото”, “Время” от 7.11.2009 г.)? В прошлом году мы вручили ему премию “Алтын журек” в номинации “Меценат года”, после этого выяснилось, что дольщики компании-застройщика, входившей в его холдинг, несколько лет не могут получить квартиры. Разразился скандал. Я лично его не знаю, но сделал он действительно очень много, каким бы человеком он ни был. Не знаю, как Ермегияев заработал эти деньги, проверять это должна не я. Есть очень много людей, которые воруют, но при этом ничего не тратят на благотворительность. А это еще хуже. Многие крупные меценаты не любят светиться, потому что боятся. Сегодня он получил премию, а завтра к нему пришла финансовая полиция.

- Ну все же есть известные персоны, которые не боятся огласки?
- Таких почти нет.

- А как же наши соотечественники, обосновавшиеся за рубежом: Рахат АЛИЕВ, Мухтар АБЛЯЗОВ, семья ХРАПУНОВЫХ...
- Знаете, никогда не слышала, чтобы Алиев выделял личные средства на благотворительность. Наверное, были какие-то разовые акции. БТА Банк, которым руководил Аблязов, серьезно помогал культуре, но опять же деньги он доставал не из своего кармана. Благотворительные вечера устраивала Лейла ХРАПУНОВА. Найти серьезных благотворителей, которые захотят рассказать о себе, не так-то просто. Некоторые хотят получить статуэтку “Алтын журек” просто для того, чтобы она была. Лауреат премии - значит, хороший человек. Как-то мне позвонил бизнесмен из Шымкента и предложил такой обмен: мы ему даем статуэтку, а он нам - 200 тысяч долларов. Я отказала ему, потому что иначе смысл “Алтын журек” просто теряется. Вообще благотворительность - дело неблагодарное. Недавно мне жаловалась подруга, тоже президент фонда: “Друзья в гости не приглашают, потому что я прошу деньги на различные проекты”. Это лишь первый этап. Потом знакомые при встрече будут делать вид, что не замечают тебя. И в конце концов перестанут отвечать на телефонные звонки...

Оксана АКУЛОВА, Алматы, тел. 259-71-99, e-mail: akulova@time.kz , фото Владимира ЗАИКИНА, рисунок Владимира КАДЫРБАЕВА