Толя ещё будет!
“Землетрясенья, войны, смерть, печаль и радость, и беда опять.Ты должен вновь одним из первых увидеть, пережить, заснять!” - это девиз знаменитого казахстанского
фоторепортера Анатолия УСТИНЕНКО. Его авторская фотохроника насчитывает сотни тысяч уникальных снимков. Лауреат национальной журналистской премии “Алтын жулдыз”. Призер международных и республиканских фотоконкурсов. С 1990 года публикуется в зарубежных изданиях New York Times, Guardian, Newsweek, International Herald Tribune, сотрудничает с международными информационными агентствами Reuters, Associated Press, FrancePresse.
Мы сидим с Анатолием Васильевичем в его кабинете и никак не можем начать разговор, потому что телефон просто разрывается. Оказывается, в этот день, 3 сентября, мэтру фоторепортажа исполнилось 62 года!- Не люблю отмечать свои дни рождения, - признается Александр Васильевич. - И не потому, что боюсь считать года, просто столько раз приходилось работать на чужих именинах и видеть, как люди иногда неискренни в своих поздравлениях. Поэтому никогда никого не зову, а настоящие друзья приходят сами.
- Насколько я знаю, вы начинали пишущим журналистом, но потом сменили перо на фотокамеру...- Фотографией с детства увлекался. У моего старшего брата Александра был любительский фотоаппарат, и когда он ушел в армию, я стал активно снимать. В то далекое время проявочных бачков было не достать, я готовил раствор и проявлял пленку в литровой жестяной кружке. Представляете, какое было качество снимков, но зато я чувствовал себя фотографом. Родом я с Алтая, и еще в школе начал писать заметки в местную газету “Дело Октября”. Потом меня позвали туда уже работать в штат. Тогда в моем понимании журналист должен был уметь все сразу - писать статьи, водить машину, фотографировать и печатать на машинке. Но особенно меня интересовало фотодело. И постепенно свои материалы я стал сопровождать собственными снимками. Но в какой-то момент понял, что нужно заниматься чем-то одним, потому что если ты пишешь, то упускаешь интересный кадр, а если снимаешь - тебе не до писанины. И в 1989 году окончательно забросил писать и серьезно занялся фотографией.
- Вы двадцать лет колесите по стране и миру. Наверняка не раз попадали в различные истории?- В 1998 году в Африке обморозил руку. Как? Уметь надо, - смеется Анатолий. - Я был в тройке первых казахстанцев, которые взошли на самую высокую точку Африки - Килиманджаро. Это бывший вулкан высотой 5895 метров над уровнем моря. Температура на гребне и высочайшей точке во время восхождения была минус 14,7 градуса по Цельсию. Порывы ветра достигали 20-25 метров в секунду. Мы вышли в полночь. Холодрыга, темень, камни под ногами ходуном ходят. У меня на шее висел фотоаппарат с большим объективом, я одной рукой его придерживал, в итоге обморозил ее. Зато увидеть рассвет над Африкой - это что-то потрясающее. Ты стоишь на самой высокой точке, внизу кучевые облака, их пронизывают фиолетовые, бордовые, малиновые, оранжевые лучи солнца, а затем поднимается огромное красное солнце. А спустились с вершины - сразу же попали в пекло.
Нас повезли в джунгли, но в пути сломалась машина, и пришлось идти пешком. Заблудились, думали, что уже все!
- останемся там, в джунглях. Но случайно набрели на тропинку, которая привела нас к хижинам - круглые такие, пальмовыми ветками обложенные, и везде висят человеческие кости - белые, желтые. Мы решили, что попали в деревню к каннибалам. Думаем, ну все, сожрут. Дело к вечеру, нас в одной хижине устроили на ночлег, а там тоже костей немерено. Я ремень фотоаппарата на кулак намотал, чтобы обороняться, если что, да не заметил, как уснул. Утром просыпаюсь - живой, а те кости на ветру стучат друг о друга. Жутковато! Вышел, наши уже у костра сидят, чай пьют и смеются. Оказывается, у этого племени есть обычай: когда человек умирает, тело поднимают на баобаб, чтобы его обглодали птицы, черви, термиты, муравьи. Затем высушенный скелет раздают по частям соплеменникам. А у меня пленки не было в фотоаппарате - как назло, кончилась. Весь запас остался в сломанной машине, а что было, то расщелкал по пути. Это было самое горькое разочарование.
- А есть у вас кадры, которые были сняты с угрозой для жизни?- Строительство Экибастузской ГРЭС-1, ноябрь, и мне нужно сделать кадр на высоте 70 метров над землей. Для того чтобы выбрать место для съемки, я должен пройти над пропастью по двутавровой балке, а она покрыта инеем. Я в кроссовках, но идти надо. Прохожу, снимаю. А назад идти страшно, туда шел - не боялся, а тут… Что делать? Сажусь на балку и потихоньку на заднице спускаюсь. Джинсы примерзли к железу, монтажники хохочут - и я вместе с ними.
Когда Устиненко спрашивают, в чем секрет его отличных кадров, он обычно приводит слова Вольтера: “Только работа избавляет человека от трех бед: скуки, порока и нищеты”.
Надежда ПЛЯСКИНА, plyaskina@time.kz , фото из архива Анатолия УСТИНЕНКО, Алматы
Поделиться
Поделиться
Твитнуть
Класснуть
