Разночинцы
Существует чрезвычайно важная тема, которая незаслуженно игнорируется аналитиками. Речь об одной составляющей власти. Это стотысячная армия тех, кто всегда в тени вышестоящих, не на виду, но благодаря каждодневному труду которых и функционирует весь огромный механизм государственной власти.
Я условно назвал бы их средним чиновничеством(имея в виду уровень их формальных властных полномочий) или современными разночинцами (согласно словарю Ожегова “разночинец - выходец из непривилегированных сословий,
из мелкого чиновничества, занимающийся умственным трудом”).
В нынешнее время ожидания перемен именно этот класс вызывает у меня особый интерес. Он как четко структурированный институт становится реальной, общественно значимой и влиятельной силой, с которой надо будет считаться всем. И правящей верхушке, которая до сих пор смотрит на него как на своих батраков, обреченных терпеть все ее выходки. И политикам различных мастей, не включающим пока этот слой общества в свои целевые группы.
Этот класс не изучен. Его характеристики не прописаны в анналах казахстанской политологии. О силе и потенциале разночинцев мы можем пока только догадываться.
Они состоялись как самостоятельный и автономный слой общества. Они в большинстве случаев хорошо образованы. Они имеют огромный опыт управления на разных уровнях. Они находятся на самой горячей точке госслужбы: между молотом вышестоящих начальников и наковальней симпатий (или антипатий) населения. А это, поверьте, большая школа, которую не проходили многие министры и акимы.
Они не понаслышке знают, как устроен реальный механизм власти: где ее публичные рычаги и тайные пружины.
Они знают истинную, неприкрытую ничем мораль властей предержащих. Они зачастую были свидетелями поведенческого разложения и нравственного падения своих начальствующих идолов.
Парадокс: формально находясь внутри власти, пользуясь ее маленькими привилегиями, они тем не менее на собственной шкуре испытывают ее реальную, каждодневную несправедливость, чудовищную разницу между словом и делом, показушный характер действий высших чиновников.
Я вовсе не хочу представлять разночинцев как эдакое белое и пушистое социальное братство. На многих из них, особенно рьяных и служивых, клеймо негде ставить! Конечно, надо разделять стотысячную армию честных и скромных, не вхожих в большие кабинеты разночинцев от особой касты привилегированного ближайшего окружения власть имущих. В большинстве случаев простые чиновники не имеют прямого отношения к ним, потерявшим всякий стыд и срам (о них разговор особый. И другой).
Это обстоятельство имеет одну, если можно так выразиться, положительную сторону. Скажите, как может относиться визирь к своему властелину, если знает все его личные и общественные тайны и секреты? Опасаться и бояться - да. Избегать оглашения - да. Постараться забыть как страшный сон все обстоятельства и подробности - да. Но никак не уважать и почитать. А это уже серьезный диагноз…
И этот фактор является одним из мощных стимулов роста антивластных настроений среди разночинцев. Среднему чиновнику все более тесно в выданном с казенного склада кафтане. Он уже не желает быть простым и безмолвным исполнителем прихотей своего начальника.
Ибо видит, что нет системного (справедливого!) принципа выдвижения из недр среднего звена на руководящие позиции. “Тенденциозно горизонтальная” кадровая политика все более непопулярна среди чиновников. Тасуемая из года в год колода потеряла изначальную привлекательность и изрядно поднадоела обществу.
Он видит, как за одним и тем же назначенцем по городам и весям как его тень, следует одна и та же преданная челядь, именуемая нынче командой: от помощника и секретарши до начальника финотдела.
Все в стране (кроме “главного борца с коррупцией” - “Нур Отана”!) знают, за сколько и куда можно устроиться. Даже вечный блат советских времен себя изживает, становясь старомодным. Все (и дружба, и родство, и кумовство) имеет свою зеленую цену (может, не цена на нефть, а именно эта, стабильная, цена как раз и является причиной устойчивости доллара?!). Если раньше по этому поводу возмущались, то теперь это стало обыденным, само собой разумеющимся фактором функционирования госслужбы.
Коррупция дискредитировала изначально громко заявленную и, по сути, благородную идею конкурсного отбора на госслужбу, сведя на нет робкие попытки некоторых реформаторов внедрить передовые методы карьерного роста. Побаловались немного, и хватит!
Разночинец видит избирательный характер борьбы с коррупцией. Особенно все усиливающуюся ее политическую составляющую. И втайне от других примеряет ситуацию на себя. И ужасается донельзя!
Такой волюнтаристский подбор кадров приводит к депрофессио-нализации чиновничества. Ведь мировой кризис помимо прочего обнажил и этот изъян. Привыкшее жить у президента за пазухой правительство оказалось не готово к вызовам времени, конкуренции идей и людей. Оно действует, как пожарная команда, которая только и умеет, что тратить драгоценную воду на тушение пожара. Оно плетется в хвосте событий, не работает на опережение.
А причина-то как раз в отсутствии не только внешней (в соперничестве с оппозицией), но и внутривластной открытой конкурентной среды. Все эти годы пропагандировали серость и строжайшую дисциплину в мыслях и поведении. Кто высовывал голову, тому ее отсекали. И теперь жалуемся, что нет креатива и инициативы! Откуда же им взяться, если изначально ставились другие приоритеты? Надо сказать и о не совсем позитивной роли политизации чиновничества. Повальная “нуротанизация”, построение всех в один партийный ряд никак не способствуют росту гражданской активности и появлению нестандартных идей.
По этой простой причине аналитические выкладки и прогнозы независимых экономистов намного правдивее и реалистичнее выводов адептов официальной экономической политики. Это видно невооруженным глазом. Поэтому к первым есть доверие со стороны населения, а ко вторым как не было, так и нет. Хотя кризисные действия правительства могли бы стать хорошей возможностью вернуть почти утерянное уважение сограждан. Не получилось что-то…
Уверен, в условиях все усиливающегося расслоения внутри властной элиты будет происходить рост и самосознания, и самоопределения разночинцев. Не зря же Ожегов в своем словаре характеризует его как “носителя демократической идеологии”.
В отличие от закостенелой и заинтересованной в сохранении существующего статус-кво верхушки госуправления они морально готовы к переменам. Весь их тернистый и противоречивый путь становления, тяжелые уроки и выводы тому подспорье.
И это великое противоречие между верхами и низами власти может привести к революционной ситуации внутри нее. Выражение “служить бы рад, прислуживаться тошно” становится все более востребованным среди разночинцев (сам через это проходил). Защищая свои интересы, разночинцы будут способствовать очищению всего общества. Тем более что разночинцы вольно или невольно сами построили такую уродливую систему. И потому лучше всех знают, как ее изменить!
Конечно, сам народ - творец истории и источник власти. Но как его естественная составляющая разночинцы смогут сыграть свою роль в предстоящем переустройстве общества.
Которое, кстати, исторически неминуемо.
С разночинцами. Или без них…
Амиржан КОСАНОВ, первый заместитель председателя ОСДП
Рисунок Владимира КАДЫРБАЕВА
