Легко ли быть индейцем

Казахстанский композитор Адиль БЕСТЫБАЕВ (на снимке) три года назад уехал в Канаду. Но еще до отъезда автора его марш-шествие “Голос Азии” совершил настоящий марш-бросок на Запад. Произведение оказалось настолько ярким и колоритным, что его играли на всех континентах.

Приехав в Канаду и обжившись немного, Адиль написал “Ниагару” - эдакий симфонический рахмет стране, которая его приняла. Но экзотическое название и индейские мотивы - для композитора скорее исключение: в музыке Адиль по-прежнему предпочитает дух Азии.

- В “Ниагаре” я использовал старые индейские мелодии - они меня всегда привлекали. И нашел параллели между казахами и индейцами: и мы, и они - кочевники.

- А вы сами часом не тайный индеец?
- Возможно. Сейчас все принялись искать в себе какие-то истоки. Иногда это становится забавным - например, утверждения, что кельты произошли от казахского “кельды” - “мы пришли”, галлы - “мы остались” и т.д. Но что-то общее между очень далекими народами действительно прослеживается. Тот же кельтский орнамент не имеет ничего общего с европейскими традициями - скорее он близок азиатским линиям. Также есть теория, что азиаты перешли Берингов пролив и будто бы они-то и положили начало индейским племенам. А я могу возразить: это не мы, а они совершили путешествие, так что все нынешние казахи - немного индейцы. Шутка.

- Ну а если серьезно, то как вы, вполне успешный на родине композитор, оказались на другом краю земли?
- Для многих людей, особенно творческих, полезно пожить в другой стране. Я всегда примерялся к Европе или Америке, но оказалось, что легче всего эмигрировать в Канаду. Решение принимали сообща - всем семейством. А думать над переездом начали еще в тяжелые перестроечные годы. Тогда мы поняли - ничего не потеряем, если попытаемся изменить свою жизнь. Мне, как композитору, вообще все равно, где писать музыку. Но должен сказать, в Канаде делать это гораздо комфортнее, потому что там у меня такие условия, словно я живу в доме творчества: чистый воздух, просторная квартира, хороший инструмент. Жене и детям тоже нравится. В Канаде бесплатное образование и медицина, а еще это страна парков и бесконечного фитнеса. Там гольф - не элитарная игра, а народная, и для эмигрантов льготные, совсем необременительные цены для занятий спортом.

- Вы все еще “наш” человек или уже сменили гражданство?
- У нас до сих пор казахстанское гражданство, и я могу до бесконечности продлевать визу, жить в Канаде и продолжать оставаться гражданином Казахстана. Это ничего не меняет в социальном плане, мне только сложнее перемещаться из страны в страну. Вот если бы Казахстан, как многие другие демократические государства, разрешил иметь двойное гражданство, мне было бы намного проще.

- Вы эксплуатируете азиатскую тему, но насколько это интересно в Канаде?
- В мультикультурной стране приветствуется, когда каждый представитель эмиграции приносит с собой частичку своей культуры. Этнические центры проводят много праздников, где исполняется самая разнообразная музыка. У нас в Ванкувере есть землячество, которое объединяет выходцев из Казахстана. Мы отмечаем дни рождения, Наурыз. Хотим сделать специальную программу для наших соотечественников, когда они приедут сюда на зимнюю Олимпиаду в 2010 году.

- И что, ностальгия совсем не мучает?
- Дело в том, что я еще “свеженький”. Чтобы в полной мере прочувствовать переезд, надо прожить вдали от родины лет 10-15. Это если ты в советские времена уезжал, то назад возврата не было, поэтому расставание с родиной оказывалось таким щемящим. Сейчас же у меня такое чувство, что я просто живу пока не в Алматы, а, например, в Актау. Мне приятно приезжать на родину, играть свою музыку для родной публики, но я бы хотел, чтобы страна поддерживала академических музыкантов. Чтобы они ощущали себя вполне комфортно, не бегали в поисках заработка, а работали.

- А что, в Канаде с музыкантами нянчатся?
- Не совсем так, но там много оркестров, есть музыкальный центр, который информирует о том, где и для кого требуется что-то написать. Такая работа плюс частные уроки и произведения на заказ - все это вместе дает мне вполне достаточный заработок. А в Казахстане даже поп-исполнители жалуются, что шоу-бизнес не развивается. Что же в таком случае говорить об академических исполнителях?

- Вы не ездили по аулам, не слушали фольклор... Тогда откуда берется такая Азия в вашей музыке - сочная, выпуклая, словно переносишься во времени и пространстве?
- Вообще-то “чистым” Востоком Казахстан назвать сложно. Восток ассоциируется с Аладдином, Али-Бабой и прочими. Буддийский мир - это тоже не мы. Для меня Азия - это Скифия, и в своей музыке я пытаюсь смотреть шире и видеть не столько традиционную казахскую музыку, сколько музыку номадов. Это и помогает мне не зацикливаться на этнических интонациях: ведь я не фольклорист. Да и не хочу, чтобы, слушая мою музыку, говорили: вот то - по-казахски, а это - не по-казахски.

- Вы ведь еще и очень политизированный композитор. У вас есть произведения, посвященные и декабрьским событиям, и тоталитарной власти...
- Этим я больше увлекался в советское время. Например, в 1986 году написал кюй “Ашубасар”, но, по-моему, не все поняли, что речь там - о декабрьских событиях. Мне за него дали премию ЦК ЛКСМ Казахстана.

- Сейчас вы тоже отслеживаете политические события на родине?
- Конечно, в Канаде мы в курсе всех “домашних” новостей. Но я считаю, что Казахстан сейчас просто переживает переходный период - наверное, он характерен для всех постсоциалистических стран. В Польше, Болгарии люди многим недовольны и ностальгируют по старым добрым временам. Что касается демократии, не зря говорят, что каждый народ достоин такого правительства, которое имеет. Казахстанцы сами не готовы к демократии. Наша оппозиция не может четко и понятно довести до народа свои идеи и мысли, нет харизматических лидеров, за которыми может пойти народ. А если пойти за лидером, который сам до конца не представляет, чего он хочет, - это только создаст нестабильную ситуацию.

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, Алматы
evdokimenko@time.kz
Фото Владимира Заикина