Плюс два
Роза сидит на диванчике. Мы у нее на работе. Минуты редкого отдыха.Ставни закрыты наглухо: на улице холодновато, а тут работать надо, зарабатывать.
- Роза, год назад у вас было 30 детей.
- Сейчас 32. Двоих еще взяли.
В 1996 году Роза и Норем Есеновы решили усыновить ребенка. И так им хотелось поделиться своим теплом и заботой с малышом, так искренно было их желание, что им в ответ предложили создать первый семейный детский дом в районе, как раз это движение ширилось и развивалось. Роза с Норемом после недолгих раздумий согласились. Пошли в дом малютки, присмотрели семерых детишек и стали туда наведываться как на работу - каждый день. Дети к ним привыкли, они - к детям.
Но тут случилось неожиданное. Денег на содержание детского дома и решение жилищных вопросов сверху не дали. Перед супругами извинились. Им можно было усыновить одного ребенка. Как хотели. Но они усыновили всех семерых, потому что, если бы они этого не сделали, они бы предали малюток. Так они решили.
Роза сидела дома, а Норем утром ехал в Алматы на барахолку или вокзал и таскал ящики, тюки и мешки, чтобы купить детям молока.
Домик у них был маленький и холодный. И топить зимой порой было нечем. Но в доме было тепло. Вы понимаете, о каком тепле я говорю.
Можно было, конечно, снова вернуть детей в дом малютки. Не они первые. Но ведь это было бы предательством.
В те тяжелые годы и пособий не было, да и не жаловались Роза с Норемом никому: сами решили стать родителями, сами вытянем.
И вытянули.
***
А потом как-то ночью в калитку их маленького домика, готового развалиться от сильного ветра, постучались шестеро братьев и сестер: нас могут отдать в детский дом, возьмите нас к себе.
Там папа убил маму. Там была трагедия. И Роза с Норемом не смогли отказать детям: оформили опеку.
Через 12 лет мы имеем такой итог: семейный детский дом Роза с Норемом имеют. Семь родных, тех самых первых, и 25 тоже родных, язык не поворачивается назвать их другим словом, но на другой фамилии.
- Роза, вы кому-то что-то продолжаете доказывать? Зачем вы взяли еще двух детей? Не они к вам пришли, вы сами их нашли.
- Правильно, мы сами их позвали. Но нашли их наши дети.
Мамы у них нет, умерла. Где папа - неизвестно. Жили в интернате.
Когда Алешу везли домой, был месяц февраль, пацан смотрел на дорогу из окна автомобиля и видел высохший камыш.
- Это пшеница? - спросил он Норема.
У того от жалости сжалось сердце: мальчишка никогда не выезжал дальше интерната.
А к лету забрали сестру мальчика. Негоже, чтобы родные жили врозь. Полина Хасиева учится в 11-м классе.
Полина и Алеша называют Розу мамой, как все остальные дети. А Норема - папой.
Полина признается, что поначалу решила: тут в доме так много детей, и мама не узнает, если она один день пропустит занятия в школе.
Прогуляла. Мама узнала в тот же день.
Ох и был нагоняй.
Полина не обиделась. Потому что мама Роза очень справедливая.
- У Полины где-то есть папа, - говорит Роза.
- Будете искать?
- Нет, но если бы он появился, это было бы правильно, может, он не знает, что мама у девочки умерла.
- Никогда не обсуждаете с детьми их родителей?
- Мы всем говорим: вы должны своих родителей любить, они вам жизнь подарили.
- Любить алкашей и бомжей, которые забыли про них?
- Одна мама наших детей умерла возле мусорного контейнера. У других истории не лучше. Наш город маленький. Всех алкашей и бомжей Норем знает. Мне иногда даже стыдно бывает: каждый бомж с ним здоровается. А муж мне говорит: Роза, нельзя так, они раньше были хорошими людьми, до такого уровня опуститься может любой.
***
Все, Розе пора работать. Ателье по пошиву и ремонту одежды помогли организовать немцы из Германии. Спасибо им за помощь. И дом огромный помогли построить они же. Были и наши люди: вот в прошлом году один человек выдал денег на то, чтобы крышу постелить, недавно мужчина привез барана. Спасибо.
Они с Норемом получают как бы зарплату от государства по 18 тысяч. Еще их выросшая дочь Настя тоже стала патронатной мамой и получает столько же. 54 тысячи тенге. На большую семью. Не хватает. Поэтому Роза и работает. А Норем потихоньку строит дом, потому что у семьи должно быть большое и удобное жилье. Сейчас у них 14 комнат.
Ни тиынки государство на тот дом не выдавало.
Может, оно и право: не заставляло же оно Розу с Норемом брать ответственность за никому не нужных детей...
***
Паренек в черной куртке отрывает нас от разговора и упрашивает Розу: до вечера как-нибудь почините куртку. На спине - дыра и спереди - дыра.
Уж и рабочий день заканчивается.
- Мне надо, - улыбается парень.
- Ну если очень надо, приходи через часик, - сдается Роза.
Между прочим, ей дома сегодня не одну подобную дыру на куртках и джинсах надо залатать. Но это будет после рабочего дня. Когда она придет домой, поужинает с детьми за огромным столом человек на 15, за который не может сесть одновременно вся семья.
Перед сном она проверит подготовленную одежду учеников и детсадовцев - их 21, и обязательно обнаружится, что у кого-то такая же проблема, как у этого паренька в ателье, либо сломанный замок на куртке.
- Роза, вы готовы еще принять детей?
- Есть же место. В доме. И в сердце есть место. Как-то мне нужно было поехать в Тараз, дома с детьми остался Норем. В Таразе надо было поднять архив, корни мамины я искала. Взяли с дочерью билеты на три дня, за день все сделали и сдали билеты. Купили на ближайший поезд и вернулись. Телом там, в Таразе, а душой дома, в Есике, разорваться можно.
- Корни-то какие оказались?
- Бабушка - немка, а дедушка - еврей. Я этого не знала, по отцу я казашка.
- Детей скольких национальностей вы воспитываете?
- Не считала: русские, казахи, уйгуры, немцы, татары…
- Можете вспомнить, когда вы с Норемом в последний раз были наедине?
- С 1996 года ни разу. В комнате своей и то не получается.
***
К приходу мамы в тот день Полина под руководством одной из старших дочерей Кати (она уже замужем и живет в Караганде, приехала на сессию) приготовила манты. За большим столом, который принимает семью в два приема, Полина рассказывала:
- Мне все здесь нравится, и поражает, как они вытерпевают, и нервы у них железные. Папа с мамой каждый день со мной подолгу разговаривают и с другими тоже.
Даже представить трудно, как же все-таки Роза с Норемом все это “вытерпевают”. Наверное, все-таки из любви к тем, кого привели в свой дом.
Хельча ИСМАИЛОВА, фото Владимира ЗАИКИНА
Есик, Алматинская область
Поделиться
Поделиться
Твитнуть
Класснуть
