Почечная недостаточность

Каламкас ОМЕРБЕКОВОЙ уже 15 лет. На вид девочке не дашь и десяти. Она уже три года живет в больнице. Комнату ей заменила палата, а друзей и родственников - такие же пациенты отделения экстракорпоральной детоксикации республиканской детской больницы “Аксай”. Каламкас из Караганды. Родители приезжали к ней всего один раз. Но она не обижается - они звонят каждый вечер. О чем мечтает девочка в свои 15? Не о компьютере и новых нарядах. Об операции, как и все дети, которые здесь лежат. Иногда Каламкас снится, как ей пересаживают почку. Потом она выздоравливает и едет домой. Но это только сон. В жизни ей пока не везет. За три года не было ни одной подходящей для Каламкас почки. Три раза в неделю проходит процедуру гемодиализа. Лечится, в перерывах играет и учится. И опять ждет.
- Скажи, Каламкас, что для тебя эти палаты - больница или дом?
- Больница, конечно. Я никогда к ней не привыкну...

Ровно 15 лет назад в Казахстане сделали первую операцию по пересадке почки.
Но за эти годы отечественная трансплантология так и не встала на ноги. Хотя все вроде есть: пациенты, специалисты и новейшее оборудование. Нет только доноров.
В Казахстане сейчас 25 детей нуждаются в операции по пересадке почки. Цифра вроде небольшая, но если учесть, что за год в республике детям делают всего одну-две трансплантации...
Ребенок, страдающий хронической почечной недостаточностью, не может прожить без аппарата искусственной почки - процедуры гемодиализа. По наблюдениям врачей, на аппарате без пересадки почки ребенок может прожить пять-семь лет. Гемодиализ изнашивает организм. Многие из маленьких пациентов так и не дождутся своего часа...

                                                                        Не для чужих
В прошлом году нашим детям сделали шесть операций по пересадке почки в Пакистане и всего одну в Казахстане. Ездили наши и в Китай. Эти две страны до недавнего времени были единственными, в которых гражданам разрешалось продавать почки иностранцам. С нынешнего года в Поднебесной этот закон отменен, теперь китаец может продать орган только соотечественнику. Пакистанские власти из-за нестабильной ситуации в стране временно закрыли границы для иностранных больных.
- Для наших детей лечение за границей было спасением, - говорит заведующий отделением экстракорпоральной детоксикации, врач-хирург Мухтар ШЕРИПОВ. - С нами тесно работал благотворительный фонд, собирал деньги на операции, а мы отправляли пациентов на лечение за границу. Знаете, были случаи, когда родители отказывались ехать с детьми. Приходилось отправлять наших сотрудников. Совсем недавно мы выписали двух последних пациентов, которым в прошлом году делали пересадку в Пакистане. Чувствуют себя хорошо. А главное, они оторваны от больницы. У нас лечился парень, которому пересадили почку четыре года назад. Сейчас он студент первого курса мединститута.

                                                                Не по-родственному
Первую трансплантацию почки нашему ребенку сделали в Германии в 1991 году. Через два года в республике стали самостоятельно проводить такие операции.
- Для 12-летней девочки, нуждающейся в трансплантации, донором стал отец, - вспоминает директор детской республиканской больницы “Аксай”, трансплантолог Ермек АЯЗБЕКОВ. - Операция прошла успешно. Увы, это был чуть ли не единственный случай, когда кто-то из родственников отдал почку больному ребенку. И за примерами не надо далеко ходить. Семь месяцев назад к нам в больницу поступила девочка, но подходящей почки нет. Ее мать забросала письмами мажилис, правительство, требуя, чтобы дочери срочно сделали трансплантацию. Мы предложили ей самой стать донором, но ее почка не подошла. А все остальные родственники отказались. Дети и взрослые стоят в одной очереди на почку, и сколько им придется ждать - неизвестно. Хотя донор-родственник - это самый оптимальный вариант. Человек может прекрасно жить и с одной почкой, в Европе такое донорство очень распространено. К тому же почка родственника лучше приживается в организме. Но родители не хотят жертвовать своими органами, даже понимая, что ребенок может умереть. Они ничего не объясняют - отказываются, и все.

                                                                      Не доросли
В Казахстане давно действует Закон “О донорстве”. Комиссия, состоящая из врачей, может забрать орган у умершего человека. Правда, только в том случае, если он при жизни не написал расписку, в которой указал, что не хочет быть донором. С такими документами врачи еще не встречались. Но и это не спасает ситуацию.

- Проблема в родственниках, которые не разрешают забирать органы у погибших, - говорит Ермек Аязбеков. - Да, врачи могут сделать это и без согласования с родными, но никто не хочет вступать с ними в конфликт. Бывали случаи, когда родственники погибших писали заявления в прокуратуру, полицию, в больницах начинались проверки. До суда дело не доходило, но кому захочется ввязываться в такие разбирательства! За годы практики я не видел ни одного человека, который бы написал заявление, что он разрешает использовать его органы для трансплантации после смерти. Чтобы изменить ситуацию, нужно сделать как в США. Там человек получает водительские права, в которых указано, согласен ли он стать донором после смерти. И не надо спрашивать ни у кого разрешения. Сейчас как раз ведутся разговоры о замене удостоверений личности - почему бы не воспользоваться моментом?

- Может быть, люди боятся, что органы их родных продадут?
- Все это глупости. Во время вскрытия работают 15-20 врачей, трансплантолог, прежде чем забрать орган, получает разрешение в прокуратуре. Каждый орган на счету, так что о продаже не может быть и речи. Дело скорее в невежестве наших людей. Некоторые думают, что трансплантация - это грех. Но ни в Коране, ни в Библии, ни в Талмуде никаких запретов не существует. Донорство - это благо для сотен детей и взрослых, которые ждут своей почки...

Оксана АКУЛОВА,
тел. 259-71-99,
e-mail: akulova@time.kz
Фото Владимира ЗАИКИНА