Мурат ОСПАНОВ и Роман АЛЬМАНСКИЙ: Популярность - как изнасилование
-
Мура, смотри, что я тебе привез, специально купил в dutyfree, -
Роман достает из сумки блок сигарет “Parliament”.
- О, знаешь, чем меня соблазнить! - следует картинное рукопожатие. Только настоящий друг может привезти подарок, на котором аршинными буквами написано: это тебя убьет.
- А фотки хочешь посмотреть? -
открывает ноутбук Альманский
. - Вот я в кустах прячусь. Правда, не видно?
Просмотр портфолио сопровождается шуткамиприбаутками. Вот сидишь и думаешь: то ли на публику мужики работают, а то ли по жизни такие... Но, общаясь с ними, понимаешь, все-таки более вероятен второй вариант. Этим двоим шутка строить и жить помогает.
- Прикинь, Мура, меня даже в Турции узнавали, подходили просили сфотографироваться. Нормальные люди попадались, слава богу. Там был прикол: один ко мне подбегает, смотрит в упор и выдает: “Что? Где? Когда?” классная программа!”. Нормально. Я ответил: “Да, я Друзь, причем друзь всем”.
- А еще не настал тот момент, когда популярность начинает напрягать?
Роман:
Уже прошел. Сначала начинают узнавать это в кайф. Потом все надоедает. А через какоето время и этот период проходит. Тогда понимаешь: популярность как изнасилование, расслабься и получай удовольствие.
Особо навязчивых поклонников посылать подальше приходилось?
Роман:
Бывало. Панибратство раздражает. Когда к тебе подходит мужик какойнибудь и обниматься лезет: братан, давай с тобой сфотографируемся. Да вон он твой братан, в канаве валяется. Всегда раздражает, когда чумоход совершеннейший лезет к тебе чуть ли не в сыновья. Но есть и обратная сторона. Огромная польза популярности в том, что моим детям не стыдно говорить, кто их папа, учитывая то, что я с ними не живу. У меня отличные отношения что с первой, что со второй женой. Старшей дочери скоро 16 лет, младшей пять. Та и другая с характером. И обе мной гордятся. Мурат:
А у меня трехлетний сын, он часто видит меня по телевизору, но пока особо не вникает в то, что происходит на экране. Он для меня самое главное в жизни. И все, что я делаю, ради него. Мечтаю, что он вырастет хорошим человеком.
А какой вы отец?
Мурат:
Демократичный. Я многое позволяю сыну: если он забегает домой и начинает играть с выключателем, смотрю на это совершенно спокойно. Но, когда он на улице стучит об когото кулаком, я подхожу и говорю: “Нельзя”.
Вы друг другу не надоедаете? Жены не ревнуют?
Мурат:
Совершенно не надоедаем, даже когда недоедаем. А с женой я провожу достаточно времени, так что поводов ревновать у нее просто нет. Мы же взрослые люди, все понимаем прекрасно: семья это семья, мы это мы. Наша дружба не мешает нам жить автономно, но в то же время помогает жить совместно.
Не было мысли превратить свой дуэт в трио?
Роман:
Была, но не наша. Достаточно известный в Казахстане артист и ведущий предложил нам сделать подобие нашей программы и выпускать ее на российском телевидении. Тогда мы призадумались: втроем можно было бы разыграть множество комичных ситуаций. Но, увы, пока это только идея.
У самих есть желание пробиться в Россию или вам и здесь хорошо?
Роман:
Иногда нас туда приглашают проводить корпоративные вечера, но пока нам и здесь хорошо. Самим туда рваться нет. Мы достаточно видели и давно пришли к мысли, что Казахстан самое лучшее место для жизни.
Кстати, о корпоративках: для вас это важная статья дохода? Как к ним относитесь?
Мурат:
Моя мама долго не могла понять, как можно работать на какихто вечеринках, и относилась к этому очень негативно. Подзовет меня и начинает: “Сынок, ну не надо, не соглашайся! Они сидят и жрут, а ты чтото делаешь...”. Ее коробило, что я вроде как прислуга. Но потом, когда я показал ей гонорар за одну из корпоративок, она успокоилась: работай, работай, сынок (
смеется). Все, чем мы занимаемся, интересно. Я както Рому спросил: какой у тебя должен быть доход, чтобы ты перестал заниматься нашим делом? Роман:
А я ответил: “Нет такой суммы”. К любой профессии можно относиться двояко. Вот и боксеры, к примеру. Один говорит, что он боец, а второй мордобоец. У нас то же самое: ктото называет нас клоунами, а ктото юмористами.
Сами себя кем считаете?
Оба:
Мы люди с чувством юмора. И не более того.
А юмор в Казахстане на каком уровне?
Мурат:
Он есть, но к нему еще нет такого внимания, как в России, например. У нас больше ценится юмор с интеллектом, но не суперзаумный. Не
Михаил ЖВАНЕЦКИЙ, конечно, но и не
Геннадий ВЕТРОВ.
Так почему же тогда все шутки наших юмористов адресуются кудато ниже пояса?
Роман:
Это идеальный вариант для публики. И в этом, кстати, влияние России. Наши люди смотрят там смеются. И думают: наверное, это действительно весело.
Сейчас у нас в проекте три развлекательных программы два шоу и одна юмористическая. Если все сложится, скоро вы увидите их на экранах, и мы появимся там в новых ролях.
- Нее, ты че еврейский спецназ в Турции. Кто ж тебя заметит?
Мама Мурата медработник, всю жизнь проработала в институте акушерства и гинекологии. отец был заместителем директора института сейсмологии по науке, светило в своей области: Оспановстарший мечтал, что сын пойдет по его стопам... У Романа мама юрист, папа инженер. Родители обоих считали, что увлечение детей КВНом и работа на телевидении чтото не слишком серьезное и мимолетное. Мурат математикприкладник и инженерпрограммист, к тому же он прекрасно знает английский язык и работает переводчиком. Роман рекламщик, много лет отдал этому делу. Они были капитанами конкурирующих команд КВН, знали друг друга, но близко не общались. А потом все сложилось само собой. Сборная Казахстана поехала на фестиваль КВН в Сочи, Альманский и Оспанов впервые играли в одной команде и поселились вместе в гостиничном номере. Тогда и подружились. В 1999 году к Роману обратились телевизионщики с просьбой создать юмористическую программу, и он позвонил Мурату. Так все и началось.
- О, знаешь, чем меня соблазнить! - следует картинное рукопожатие. Только настоящий друг может привезти подарок, на котором аршинными буквами написано: это тебя убьет.
- А фотки хочешь посмотреть? -
открывает ноутбук Альманский
. - Вот я в кустах прячусь. Правда, не видно?
- Нее, ты че еврейский спецназ в Турции. Кто ж тебя заметит?
Просмотр портфолио сопровождается шуткамиприбаутками. Вот сидишь и думаешь: то ли на публику мужики работают, а то ли по жизни такие... Но, общаясь с ними, понимаешь, все-таки более вероятен второй вариант. Этим двоим шутка строить и жить помогает.
- Прикинь, Мура, меня даже в Турции узнавали, подходили просили сфотографироваться. Нормальные люди попадались, слава богу. Там был прикол: один ко мне подбегает, смотрит в упор и выдает: “Что? Где? Когда?” классная программа!”. Нормально. Я ответил: “Да, я Друзь, причем друзь всем”.
- А еще не настал тот момент, когда популярность начинает напрягать?
Роман:
Уже прошел. Сначала начинают узнавать это в кайф. Потом все надоедает. А через какоето время и этот период проходит. Тогда понимаешь: популярность как изнасилование, расслабься и получай удовольствие.
Особо навязчивых поклонников посылать подальше приходилось?
Роман:
Бывало. Панибратство раздражает. Когда к тебе подходит мужик какойнибудь и обниматься лезет: братан, давай с тобой сфотографируемся. Да вон он твой братан, в канаве валяется. Всегда раздражает, когда чумоход совершеннейший лезет к тебе чуть ли не в сыновья. Но есть и обратная сторона. Огромная польза популярности в том, что моим детям не стыдно говорить, кто их папа, учитывая то, что я с ними не живу. У меня отличные отношения что с первой, что со второй женой. Старшей дочери скоро 16 лет, младшей пять. Та и другая с характером. И обе мной гордятся.
Мурат:
А у меня трехлетний сын, он часто видит меня по телевизору, но пока особо не вникает в то, что происходит на экране. Он для меня самое главное в жизни. И все, что я делаю, ради него. Мечтаю, что он вырастет хорошим человеком.
А какой вы отец?
Мурат:
Демократичный. Я многое позволяю сыну: если он забегает домой и начинает играть с выключателем, смотрю на это совершенно спокойно. Но, когда он на улице стучит об когото кулаком, я подхожу и говорю: “Нельзя”.
Мама Мурата медработник, всю жизнь проработала в институте акушерства и гинекологии. отец был заместителем директора института сейсмологии по науке, светило в своей области: Оспановстарший мечтал, что сын пойдет по его стопам... У Романа мама юрист, папа инженер. Родители обоих считали, что увлечение детей КВНом и работа на телевидении чтото не слишком серьезное и мимолетное. Мурат математикприкладник и инженерпрограммист, к тому же он прекрасно знает английский язык и работает переводчиком. Роман рекламщик, много лет отдал этому делу. Они были капитанами конкурирующих команд КВН, знали друг друга, но близко не общались. А потом все сложилось само собой. Сборная Казахстана поехала на фестиваль КВН в Сочи, Альманский и Оспанов впервые играли в одной команде и поселились вместе в гостиничном номере. Тогда и подружились. В 1999 году к Роману обратились телевизионщики с просьбой создать юмористическую программу, и он позвонил Мурату. Так все и началось.
Вы друг другу не надоедаете? Жены не ревнуют?
Мурат:
Совершенно не надоедаем, даже когда недоедаем. А с женой я провожу достаточно времени, так что поводов ревновать у нее просто нет. Мы же взрослые люди, все понимаем прекрасно: семья это семья, мы это мы. Наша дружба не мешает нам жить автономно, но в то же время помогает жить совместно.
Не было мысли превратить свой дуэт в трио?
Роман:
Была, но не наша. Достаточно известный в Казахстане артист и ведущий предложил нам сделать подобие нашей программы и выпускать ее на российском телевидении. Тогда мы призадумались: втроем можно было бы разыграть множество комичных ситуаций. Но, увы, пока это только идея.
У самих есть желание пробиться в Россию или вам и здесь хорошо?
Роман:
Иногда нас туда приглашают проводить корпоративные вечера, но пока нам и здесь хорошо. Самим туда рваться нет. Мы достаточно видели и давно пришли к мысли, что Казахстан самое лучшее место для жизни.
Кстати, о корпоративках: для вас это важная статья дохода? Как к ним относитесь?
Мурат:
Моя мама долго не могла понять, как можно работать на какихто вечеринках, и относилась к этому очень негативно. Подзовет меня и начинает: “Сынок, ну не надо, не соглашайся! Они сидят и жрут, а ты чтото делаешь...”. Ее коробило, что я вроде как прислуга. Но потом, когда я показал ей гонорар за одну из корпоративок, она успокоилась: работай, работай, сынок ( смеется). Все, чем мы занимаемся, интересно. Я както Рому спросил: какой у тебя должен быть доход, чтобы ты перестал заниматься нашим делом?
Роман:
А я ответил: “Нет такой суммы”. К любой профессии можно относиться двояко. Вот и боксеры, к примеру. Один говорит, что он боец, а второй мордобоец. У нас то же самое: ктото называет нас клоунами, а ктото юмористами.
Сами себя кем считаете?
Оба:
Мы люди с чувством юмора. И не более того.
А юмор в Казахстане на каком уровне?
Мурат:
Он есть, но к нему еще нет такого внимания, как в России, например. У нас больше ценится юмор с интеллектом, но не суперзаумный. Не Михаил ЖВАНЕЦКИЙ, конечно, но и не Геннадий ВЕТРОВ.
Так почему же тогда все шутки наших юмористов адресуются кудато ниже пояса?
Роман:
Это идеальный вариант для публики. И в этом, кстати, влияние России. Наши люди смотрят там смеются. И думают: наверное, это действительно весело.
Сейчас у нас в проекте три развлекательных программы два шоу и одна юмористическая. Если все сложится, скоро вы увидите их на экранах, и мы появимся там в новых ролях.
Оксана
АКУЛОВА,
фото из архива героев материала