Тимур и его команда против инфляции

Национальный банк принял решение оставить базовую ставку на прежнем уровне - 18 процентов годовых с коридором ±1 процентный пункт. О том, какие факторы повлияли на это решение, а также о прогнозах по инфляции и курсу валюты рассказал председатель регулятора Тимур СУЛЕЙМЕНОВ в пятницу на пресс-конференции.

Решение Нацбанка основано на обновленных оценках основных макроэкономических показателей и баланса инфляционных рисков. Годовая инфляция в феврале снизилась до 11,7 процента против 12,2 процента в январе.

"Дезинфляции способствуют умеренно жесткие денежно-кредитные условия, укрепление курса тенге, замедление беззалогового потребительского кредитования, операции по зеркалированию, а также реализация комплекса антиинфляционных мер правительства и Национального банка. В частности, значимый вклад в снижение инфляции вносит мораторий на повышение цен на жилищно-коммунальные услуги и ГСМ. Влияние повышения НДС на инфляцию оценивается как ограниченное", - сообщили в Нацбанке.

Журналисты спросили Тимура Сулейменова, как длительное сохранение базовой ставки скажется на стоимости кредитов и ипотечных займов и когда можно ожидать ее снижения.

В ответ он пояснил, что высокая базовая ставка означает и высокие ставки по кредитам. Задача монетарной политики в такой ситуации - замедлить потребительское кредитование из-за избыточной закредитованности населения.

- Мы опасались, что объем "плохих" кредитов будет расти и это скажется на балансах банков. Мы не хотим, чтобы банки занимались исключительно выдачей потребительских кредитов. Но пока видим, что даже при такой ставке кредиты продолжают брать, то есть какого-либо удушения кредитной активности не происходит. Кредиты бизнесу в прошлом году даже при такой высокой ставке выросли более чем на 20 процентов, - отметил Сулейменов.

По его словам, решение о снижении базовой ставки будет зависеть от того, насколько устойчивым окажется замедление инфляции.

- При реализации базового прогноза и появлении устойчивого замедления инфляции комитет по денежно-кредитной политике рассмотрит возможность снижения базовой ставки уже во втором полугодии 2026 года. Но на данный момент условий для смягчения денежно-кредитной политики нет - пространство для этого пока не сформировано.

Журналисты ему напомнили, что на момент его назначения главой Нацбанка базовая ставка составляла около 16 процентов.

- Как вы считаете, это у вас лично не получается бороться с инфляцией или ситуация в целом такая, что приходится повышать ставку? - поинтересовались они.

- Управлять инфляцией не может ни один орган, ни одно государство и тем более один чиновник, - отрезал Сулейменов. - Инфляция - очень сложный процесс. Если вы помните, у нас были довольно хорошие результаты: 8,4 процента в 2024 году. Инфляция снижалась, и действия Национального банка играли в этом, пожалуй, самую значимую роль, особенно в части базовой монетарной инфляции. Сейчас начался новый этап борьбы с инфляцией, и мы будем продолжать использовать все имеющиеся инструменты. Если резко повысить базовую ставку, можно, допустим, снизить инфляцию до недвузначных значений, но тогда пострадает ВВП. С другой стороны, если начать понижать ставку, что в нынешних условиях маловероятно, последствия могут быть весьма серьезными.

Тимур Сулейменов также ответил на вопрос о том, смогут ли доходы казахстанцев меньше обесцениваться на фоне прогнозируемого снижения инфляции.

- Одно дело - номинальные доходы: те, что прописаны в договоре. Другое - реальные доходы, то есть то, сколько товаров и услуг можно на них купить. А на это напрямую влияет инфляция. На одни и те же сто тысяч тенге можно купить разные наборы товаров, потому что цены растут. Поэтому борьба с инфляцией - главный инструмент повышения благосостояния. Для этого нужно сначала снизить инфляцию до однозначных значений, а затем - примерно до 5 процентов. Над этой задачей мы и работаем.

Журналисты также поинтересовались рисками для курса тенге и инфляции в связи с напряженной ситуацией на Ближнем Востоке.

- Более 50 процентов экспортной выручки и более 30 процентов доходов бюджета и Национального фонда формируются за счет цен на нефть. Поэтому, когда цена на нефть растет, это в целом повышает экономическую активность, а также увеличивает поступления в Национальный фонд и бюджет. Понятно, что это происходит не мгновенно: нефтяной рынок контрактуется заранее. Поэтому многое будет зависеть от того, насколько долго продлится период высоких цен и сам военный конфликт. Пока мы не видим предпосылок для снижения цен на нефть. Военный конфликт - это всегда плохо, однако у него есть и экономические последствия в виде роста цен на нефть. Для Национального фонда и республиканского бюджета они положительны, - отметил Сулейменов.

В этом контексте он прокомментировал предположения о возможном укреплении тенге до уровня 400 за доллар на фоне высоких нефтяных цен.

- Возможно все, но в реалистичных сценариях уровень 400 мы не рассматриваем. Вряд ли экономика и промышленность смогут настолько нарастить экспорт и одновременно сократить импорт, чтобы баланс сформировался на уровне 400 тенге за доллар. Сейчас курс находится примерно на отметке 500 тенге за доллар, а возможные колебания мы оцениваем в пределах 5–7 процентов. Базово не видим резких движений ни в одну, ни в другую сторону. Спекулятивные скачки мы будем сглаживать с помощью валютных интервенций, - подчеркнул он.

Лэйла ТАСТАНОВА, Астана