08 августа 2013, 00:11 5779

Злая добрая мачеха

Зауре МИРЗАХОДЖАЕВА

На днях в Шымкенте начнется суд, аналогов которому, пожалуй, не было в Казахстане. Женщина, удочерившая двух девочек, зараженных ВИЧ, стала родной матерью для одной и злой мачехой для другой. Все имена в материале изменены.

История этой женщины и ее годовалой дочери, рассказанная нашей газетой несколько лет назад, тронула сердца многих (см. “Разменная тайна”, “Время” от 18.1.2007 г.). Одинокая сорокалетняя женщина удочерила шестимесячную кроху, от которой отказалась собственная мать еще в роддоме. Майра стала для Салтанат смыслом жизни и единственной радостью. Ближе к году стало понятно, что у девочки тяжелая болезнь, поразившая мозг еще в материнской утробе. Салтанат долго свыкалась с мыслью, что ее приемная дочь навсегда останется беспомощным инвалидом.
Когда же медики обнаружили в крови Майры ВИЧ, женщина едва не обезумела от отчаяния. Была даже мысль вернуть девочку назад в дом малютки, но потом мать смирилась и начала борьбу за выживание. Именно в этот момент нас и свела репортерская судьба. Тогда Салтанат производила впечатление человека решительного, готового ради дочери на все. То, что это “все” порой переходило рамки дозволенного, многие до поры до времени старались просто не замечать…
Вторую приемную дочь Салтанат - Карину - я впервые увидела в шымкентском доме малютки, работая над статьей о детях, ставших жертвами ВИЧ-вспышки на юге Казахстана (см. “Скандал на крови”, “Вердикт по делу врачей”, “Время”, от 21.9.2006 г., 30.6.2007 г.).
Тогда было трудно поверить, что в крови белокурого годовалого создания с пушистыми ресницами и широкой беззубой улыбкой обнаружен смертельно опасный вирус… Во второй раз о Карине я услышала в 2010 году, когда ее удочерила женщина, уже воспитывающая ВИЧ-позитивную девочку. В третий раз Карина напомнила о себе нынешним летом. Это был призыв о помощи. Шум подняли врачи центра “Мать и дитя” и члены общественного фонда “Защита детей от СПИДа”.
- Нас срочно вызвали в центр “Мать и дитя”, куда незадолго до этого была доставлена для планового обследования Карина, - рассказывает председатель фонда Жаннета ЖАЗЫКБАЕВА. - Мы были в шоке: тело девочки было изъедено язвами от химических ожогов, покрыто ранами, синяками. Карина объяснила, что мать заставляет ее сидеть в ванне в холодной воде с хлоркой, днем завязывает ей руки и бьет. Девочка пожаловалась, что постоянно недоедает, а еще сильно мерзнет по ночам, так как спит в коробке, где вместо матраца постелена клеенка.
- При поступлении девочка с трудом ходила, у нее были раны на локтевом суставе и коленях, кровоподтеки на спине, пролежни на крестце, - констатирует главный врач центра “Мать и дитя” Бахытжан ШАКЕНОВ. - Ребенок был истощен.
Сразу же завели уголовное дело, и главной подозреваемой в нем стала приемная мать Карины, хотя Салтанат обвинения в свой адрес категорически отвергала. При этом мачеха не скрывала своей нелюбви к падчерице, объясняя это тем, что та занимается онанизмом и отучить ее от страшного греха уже невозможно. По словам Салтанат, у ее приемной дочери настолько скверный характер, что в ответ на любое материнское замечание дрянная девчонка начинает себя калечить. Вот откуда ожоги, раны и синяки. Вот только следователи в это не поверили.
- Следствием собраны все доказательства того, что именно эта женщина жестоко издевалась над девочкой, - говорит начальник Энбекшинского райотдела полиции Арман БЕЙСЕНБАЕВ. - В связи с этим ей предъявлено обвинение по трем статьям: “истязание с применением пыток”, неоднократное “незаконное лишение свободы несовершеннолетнего”, а также “неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего”. Дело передано в суд.
В свою очередь, медики также свидетельствуют, что Карина не могла сама себя так изувечить -
это физически невозможно. Кроме того, спецы отмечают, что ребенок прекрасно отдает отчет своим действиям и не способен на членовредительство.
- Что касается онанизма, то Карина около месяца находится под нашим круглосуточным присмотром, и ничего подобного мы за нею не замечали, - говорит главврач центра “Мать и дитя”. - Девочка поправилась, окрепла, окружена заботой персонала. Сюда приходят десятки шымкентцев, которые узнали о ее беде. Люди приносят конфеты, фрукты, одежду, игрушки... Девочка счастлива и возвращаться к приемной матери не хочет. Да мы и сами не хотели бы этого, однако такие вопросы должен решать суд.
Собственно, и сама Салтанат не скрывает своих надежд, что суд освободит ее от ненавистной падчерицы. Женщина говорит, что об этом мечтала почти все время, пока Карина находилась на ее попечении. Наша беседа с Салтанат длилась около двух часов. Привожу лишь небольшую выдержку из этого разговора.
- Салтанат, чем же так насолила вам приемная дочь?
- Я, когда брала Карину из детдома, рассчитывала, что она станет подружкой моей Майре. Ровесницы, у обеих ВИЧ. Думала, будет опорой мне и Майре, а вышло… Она ведь делала все, чтобы все внимание было только ей, чтобы я забыла о первой дочери. Травила Майру разговорами, что я ее - Карину - люблю больше, чем Майру. Дочь стала замкнутой, нервной, плаксивой. Я одергивала Карину, что они обе для меня равны, та же в ответ мстила: то в постель написает, то на ковер накакает и по дому это все разнесет, по паласам, по стенам размажет. Никаких сил не было! Мы целыми днями только и делали, что убирали за нею. Мало того, она ведь онанизмом занималась! Сколько я ни боролась, все бесполезно. Она даже в школе это делала. Это что ж получается, сегодня - онанизм, а завтра - мужики?! А ведь у нее ВИЧ! Кто потом отвечать будет?! Я боялась, что моя дочь научится от Карины этому. И как я потом с ними обеими справлюсь? Ой, столько бед эта девчонка принесла! Целыми днями она только и делала, что ела и какала. Чтобы меньше какала, я ограничивала ее в еде. В ответ она стала себе увечья наносить.
- Раз так, почему вы не отдали Карину назад в детдом?
- Так я об этом только и мечтала. Даже отказные документы оформлять начала, но на это требуется много времени и сил. Карина же, как только узнала, что я ее верну в детдом, принялась пакостить. Поняла, что “Белизна”, в которой мы ее грязное белье замачиваем, разъедает кожу, и, как только я отвлекусь, сразу же устраивала себе “хлорные ванны”. У нее ведь задержка психического развития, она боли не чувствует, а на меня вон какие подозрения!
- Выходит, вы себя виноватой ни в чем не считаете?
- Я виню себя только в том, что, когда брала Карину из детского дома, позволила врачам себя провести. Ведь они знали, что у нее с психикой непорядок, и про онанизм они знали, а меня не предупредили. Знала бы я это, никогда бы не связалась. Зато сейчас врачи хорошие, эта девчонка белая и пушистая, а я плохая! Эх... Надо было мне ее в самом начале в детдом вернуть, а я все надеялась …
- Может быть, вас останавливали деньги, которые государство выделяло на содержание Карины? Вы ведь безработная?
- А почему я должна работать, если у меня Майра - инвалид, нуждающийся в постоянном уходе?! Да, мы живем на пенсию Майры и Карины, нет в этом ничего незаконного. Кстати, те 500 тысяч тенге пенсии Карины, что скопились с ее рождения и до того момента, как она пришла ко мне, так и лежат на ее книжке нетронутыми.
- Скоро суд, на что вы рассчитываете?
- А пусть они эту девчонку забирают в детдом.
- Но вас по закону могут и отправить за решетку.
- Чего вы все добиваетесь? (Переходит в крик.) Поднялись на защиту этой девчонки… Или вы хотите, чтобы из-за этой … пострадал мой ни в чем не повинный ребенок-инвалид? Если меня посадят, кто за моей Майрой будет смотреть? Она не Карина, в детдоме не выживет… Вы не думайте, я за себя и за свою дочь воевать буду до конца.
А вот в бойцовских качествах Салтанат никто не сомневается, особенно врачи. С ее кулаками давно знакомы медики не только Шымкента, но и Алматы, а история, когда дамочка поколотила санитарку в центре “Мать и дитя”, заставила часть коллектива центра написать заявление об увольнении (см. “Персонал устал”, “Время” от 27.10.2011 г.). Салтанат и сейчас периодически демонстрирует “присутствие духа”. Она регулярно забрасывает весьма содержательными и порой непечатными эсэмэсками президента фонда “Защита детей от СПИДа” Жазыкбаеву. Процитируем лишь некоторые: “Чтобы твои дети попали в катастрофу. Считай, что это мое проклятие”; “До конца жизни буду просить Бога, чтобы он послал смерть твоим детям”; “Ты не пожалела ни мою дочь, ни меня. Русская наркоманка (родная мать Карины была славянкой и страдала наркоманией. - З.М.) стала превыше нас…”.
Судебный процесс, вероятнее всего, будет закрытым, ведь главная пострадавшая - малолетняя сирота. Разбирательство обещает быть долгим, а значит, на поверхность всплывет еще немало дурнопахнущих подробностей.