3487

Непростая промышленность

Депутаты мажилиса приняли во втором чтении законопроект “О промышленной политике”. Этот документ интересен тем, что во время первого чтения партия бизнеса в лице депутатов фракции “Ак жол” буквально камня на камне не оставила как от самого проекта, так и от его разработчиков (Министерства индустрии и инфраструктурного развития). В итоге, как выяснилось, акжоловцам удалось добиться от власти серьезных уступок. В чем они заключаются, читателям газеты “Время” рассказал председатель партии Азат ПЕРУАШЕВ.

Непростая промышленность

- Азат Турлыбекович, почему фракция “Ак жол” в итоге поддержала законопроект “О промышленной политике” во втором чтении, который разгромно раскритиковала в первом чтении? Из-за чего вдруг у партии промышленников настолько поменялось отношение к этому документу?

- Действительно, фракция демократической партии “Ак жол” отказалась поддержать данный законопроект и подвергла его аргументированной критике в первом чтении. Но это не вопрос настроения. У нас были веские причины для критики. Напомню, что правительство тогда практически по всем нашим концептуальным поправкам дало отрицательное заключение. Но в итоге месячных споров нам удалось настоять на своих правках и убедить разработчиков и министров поменять свое мнение .

После первого чтения практически каждый день руководство и сотрудники министерств экономического блока прорабатывали с депутатами фракции наши поправки в центральном офисе демпартии “Ак жол” и на своих площадках.

- То есть не вы бегали за разработчиками, уговаривая что-то изменить, а они были вынуждены приходить и спрашивать: “Что мы еще можем для вас улучшить?”

- Не для нас, а для страны, для промышленных предприятий. Ну и никто ни за кем не бегал. Просто мы смогли аргументированно, на пальцах, доказать, что законопроект в правительственной редакции не учитывал реальной ситуации в экономике. Поэтому и было достигнуто понимание, в каком направлении нужно его доработать.

Результаты этих дискуссий и были вынесены на общее заседание мажилиса. Подводя итоги, можно отметить, что в финальную версию закона вошло подавляющее большинство концептуальных предложений фракции “Ак жол”. И в том числе была пересмотрена позиция правительства по тем поправкам, по которым сначала было получено отрицательное заключение.

И госорганы, и члены рабочей группы убедились, что наша критика законопроекта была правильной и своевременной, и только поэтому (а вовсе не из-за чьих-то амбиций) разработчикам пришлось с ней согласиться. Так что, повторюсь, тут не вопрос переменчивости настроения, а факт признания нашей правоты, которая опирается на практическую работу с предприятиями и бизнесом.

- Некоторые политологи сравнивают наш парламент с нотариальной конторой, которая лишь ставит свой штамп с надписью “принято” на законопроекты, потоком идущие из правительства. Насколько редким исключением из этого утверждения является проект закона “О промышленной политике”?

- Это расхожее мнение, которое дублируют люди, незнакомые с реальной работой парламента. Для того чтобы повторять такие утверждения, не нужно быть политологом, достаточно уровня бабушки у подъезда. Ну и есть определенная специфика казахстанского парламента: у нас все дискуссии проходят в рабочих группах, а на пленарные заседания, как правило, выносятся только те законы, по которым не осталось возражений. Так что, если хотите увидеть парламентские баталии, подключайтесь к рабочим группам, благо сейчас любой желающий может это сделать со своего компьютера или смартфона.

Так было и с проектом закона “О промышленной политике”, когда поправки принимались, отклонялись, переголосовывались, оппоненты не просто спорили, но порой и откровенно ругались. Бывает, после таких дискуссий они перестают здороваться. Это жизнь. Аналогичные дебаты идут и по другим законам. Например, я параллельно работаю и над Налоговым кодексом, и над законом о новой регуляторной политике в сфере предпринимательства, и над законами о биржевой торговле, о конкуренции и т. д.

По промышленной политике фракция “Ак жол” внесла около ста поправок в основной и сопутствующий законопроекты, 35 из которых в итоге были приняты, причем наиболее концептуальные.

Я могу отметить, что настойчивость депутатов подтолкнула и разработчиков. Наша совместная работа с Министерством индустрии и инфраструктурного развития, Министерством нацэкономики, Минфином, Минторговли и интеграции и другими привела к приемлемым результатам. В общем (улыбается), коллеги поняли, что нужно не отговариваться, а реально улучшать законопроект. Нам удалось донести до чиновников картину в отрасли и убедить в своей правоте. Надеемся, что после этого будет проще, ведь в любом случае делаем одно дело.

- Что конкретно удалось отстоять?

- По нашей оценке, в заключительной версии законопроект оказался переработан на 60-70 процентов. Если в общих чертах, то в итоге в законопроект вошли наши предложения по требованиям диверсификации экономики, снижению импортозависимости, развитию местного содержания; зафиксирована роль технического регулирования в промышленной политике и многое другое.

- У нас все политики любят говорить в общих чертах без конкретики. Вот и вы тоже…

- Дайте договорить. Это что касается принципов. Может, у журналистов процесс идет от частного к общему, а в управлении сначала нужно донести принципиальные подходы, а уже потом переходить к конкретике…

- Прошу прощения. Теперь давайте о конкретике.

- Мы расширили меры поддержки производственных предприятий через возможность использования офтейк-контрактов в качестве залогового обеспечения кредитов; реализацию принципов офсетной политики во взаимодействии крупных недропользователей с отечественными товаропроизводителями, содействие предприятиям в приобретении технической документации на новую продукцию и т. д.

Также по инициативе депутатов фракции “Ак жол” в закон внесены требования о возврате всех государственных льгот и преференций теми компаниями, которые в рамках соглашений о промышленной сборке не выполнили задачу по технологическим операциям.

- Например?

- Например, если вместо реального производства годами, как говорится, прикручивают колеса к готовым машинам. Если в течение установленного времени такие коммерсанты не переходят к реальному производству узлов и деталей, они будут обязаны вернуть государству все льготы, включая недоимку по налогам. И это теперь требование закона.

Кроме того, сами государственные преференции смогут применяться только к тем брендам, где предприятиями освоено производство не менее двух моделей машин. То есть данный закон с подачи депутатов использует не только принцип пряника, но и принцип кнута - он не просто фиксирует меры господдержки, а ставит перед бизнесом государственную задачу по дальнейшему технологическому развитию и освоению новых видов продукции.

- Ваши поправки касались только машиностроения?

- Нет, что вы. Это как раз конкретика, которую вы просили. В целом же документ касается обрабатывающих отраслей, где машиностроение - только вершина айсберга, которая у всех на виду. Но речь и о легкой промышленности, и о производстве строительных материалов, и о мебельщиках, фармацевтах, пищевиках, стекольщиках, кабельщиках - в общем, о всех секторах и предприятиях, выпускающих обработанную продукцию.

Надеемся, что этот закон послужит основой для смены акцентов и уклада национальной экономики, для технологического и суммарного роста обрабатывающей промышленности.

- Азат Турлыбекович, вы говорите, что акжоловцам удалось отстоять 35 поправок из около ста. Это значит, что во многих случаях правительство вам на уступки все-таки не пошло. Что не удалось сделать?

- Большинство концептуальных предложений как раз удалось отстоять. Непринятые поправки в основном касались менее принципиальных вопросов. Из тех наших инициатив, за которые мы стояли стеной, не принято 5-6. Так, к сожалению, правительством так и не были поддержаны предложения нашей фракции по распространению мер поддержки на средний бизнес (хотя такое поручение давалось в послании президента).

Еще Нацбанк и Агентство по регулированию финрынка заблокировали такую злободневную меру, как содействие (в случае необходимости) производственным предприятиям в реструктуризации банковских кредитов. Причем норма о реструктуризации изначально присутствовала в правительственном проекте, но декларативно, без конкретных механизмов. А как только мы предложили наполнить ее практичес­ким смыслом, возложив на госорганы обязанность помогать в этих вопросах бизнесу, Нацбанк и АРРФР наотрез отказались вести такую работу с банками.

Хотя буквально в прошлую пятницу на конгрессе финансистов президент Касым-Жомарт ТОКАЕВ поручил не оставаться в стороне от таких проблем, цитирую: “Банки обязаны стать одним из главных двигателей восстановления экономики”.

Но, как видим, курирующие госорганы имеют свое мнение на этот счет.

Также не прошли предложения депутатов фракции “Ак жол” ликвидировать всевозможные институты развития, которых сегодня развелось семь при четырех минис­терствах. Семь структур распоряжаются государственными средствами, выделяемыми вроде бы на поддержку бизнесу. Но каждый из них мнит себя бизнесменом, а предприниматели для них нередко лишь докучливые просители. Благо, что есть другие подобные структуры, вот и футболят предприятия от одного кабинета к другому.

Мы считаем целесообразным функции этих разрозненных и самостийных структур передать единому Фонду развития промышленности. Правительство пока согласилось организовать их работу по принципу “одного окна”, но такое решение не снимает проблему раздробленности и несогласованности решений, принимаемых сегодня каждым подобным институтом по собственному усмотрению.

Наконец, остаются вопросы к рамочному характеру данного закона. По факту конкретные решения и политики оставлены на усмотрение уполномоченных органов и тех же бесчисленных институтов развития. А поскольку речь идет о преференциях, льготах и миллиардных суммах, то на уполномоченные органы ложатся и коррупционные риски.

Поэтому многое будет зависеть от тех подзаконных актов, которые будут приниматься госорганами для реализации закона “О промышленной политике”. По идее, их проекты должны были сразу вноситься в парламент вместе с законом. Но так как законопроект переработан рабочей группой практически заново, фракция “Ак жол” настаивает, чтобы дальнейшие подзаконные акты к этому закону разрабатывались министерствами и институтами развития с участием депутатов. Во всяком случае, наша фракция готова продолжить эту работу вместе с ними и после принятия закона.

Таким образом, принятый мажилисом законопроект потребует более глубоких изменений и дополнений уже в ближайшие годы.

Тем не менее считаю, что в ходе подготовки ко второму чтению акжоловцам в значительной мере удалось повернуть законопроект “О промышленной политике” лицом к промышленности.

- То есть вы доказали, что компетентность побеждает. Но тогда, наверное, с победой можно поздравить не только депутатов фракции “Ак жол”, но и всех предпринимателей?

- Это еще далеко не победа. Мы только заставили чиновников встать на позицию тех, для кого и готовился закон. Но поскольку ключевые моменты будут решаться в подзаконных актах, то настоящая работа над содержанием промышленной политики только начинается. Могу вас заверить, что и на дальнейших этапах мы будем держать руку на пульсе, отстаивать интересы отечественных предприятий. Так что никакой эйфории у нас нет. Есть понимание, куда идти дальше (улыбается).

Ергали НУРГАЛИЕВ, Нур-Султан

Поделиться
Класснуть