4032

Завтра будет поздно

Педагог с многолетним стажем математик Архимед ИСКАКОВ рассказал нашей газете о том, что нужно изменить в казахстанской школе

Завтра будет поздно

- Архимед Мынбаевич, в последнее время часто звучит мысль, что из-за коронавируса и карантина мы по-другому взглянули на медицину и образование. Активно стали обсуждать проблемы в этой сфере, речь вновь зашла о том, что нужно что-то менять, и не откладывая в долгий ящик. Карантин всем открыл глаза? Или мы опять говорим о том, что на повестке дня находится уже не первый год?

- Я считаю, что подавляющее большинство проблем современного общества, в том числе и нашего, заключается в образовании. Все остальное - это производные. Последние лет тридцать мы талдычим: нужны серьезные реформы, нужно менять весь процесс образования. Еще в 90-х говорили: пройдет время, и все увидят, что не станет хороших врачей и учителей, потом инженеров, дальше - слесарей, электриков. Кричали до тех пор, пока каждый из нас с этим не столкнулся. Да, карантин обнажил все проблемы сразу, но людям ближе то, с чем они сталкиваются непосредственно, поэтому на первый план вышло здравоохранение. Но, опять же, его слабости - это следствие, а причина, как я говорил, в образовании. Дальше отступать некуда. Надеюсь, пока ситуация обратима.

- Все это происходит на фоне бесконечных реформ в системе образования...

- Нет-нет. Можно я сразу вас поправлю? Я много раз слышал: “Хватит реформировать образование!” Скажу обратную вещь: если мы хотим оставаться на хорошем уровне, надо держать руку на пульсе. Образование должно быть гибким, и, так же как в медицине и науке, в этой сфере должны быть реформы, изменения курсов и стратегий. Это постоянный, естественный процесс.

- Но ведь неприятие вызывает непоследовательность реформ. Вспомните трехъязычие: учителей загоняют на трехмесячные курсы, громогласно заявляют, что вот-вот - и в каждой школе будут педагоги, способные преподавать на английском химию и биологию. Все это обсуждают, переваривают, а потом - бац, оказывается, что такой метод подготовки учителей не очень эффективный, да и вообще пока с трехъязычием можно повременить. И это не единственный пример.

- Почему это происходит? Это ведь просто, как мычание. Все эти реформы предлагают и проводят люди, которые бесконечно далеки от образования. Они не работали в средней школе, не вели уроки. В лучшем случае у них формализованное представление о том, как это должно быть. А трехъязычие - это красиво сказанная фраза. Об изменениях должны говорить профессионалы. И мы пытались достучаться до тех, кто принимает решения, но нас вообще не слушают. Недавно я был участником дискуссии, в которой участвовал министр образования и науки Асхат АЙМАГАМБЕТОВ - впервые за последние годы на моей памяти нам удалось пообщаться с министром. В чем-то мы можем с ним не соглашаться, но есть и здравые решения, диалог этот внушает надежду. Поэтому надо действовать. Нам давно пора ответить на два вопроса: чему учить и как учить? Определиться, каким мы хотим видеть выпускника школы. Что он должен уметь, в каком объеме и на каком уровне? Открыто это обсудить, и, если общество согласится с этим, начать подготовку учителей, понимающих, как добиться этих целей, составлять учебные программы. Пока же мы не понимаем, какой нам нужен ребенок. Он должен говорить по-казахски и по-английски, знать химию и физику, литературу и информатику - чуть ли не полугений.

При этом я не могу критиковать ни одного министра образования, которые были за последние 15 лет. Я не знаю, чего конкретно каждый из них хотел достичь. Какая у него была программа? На сколько процентов он смог или не смог ее реализовать? Какими были причины, из-за которых не удалось сделать все? Я вижу только начало и конец его работы, все.

- Что нужно изменить в нашей школе? Назовите три основных пункта.

- Что важно для современного ребенка? Ему нужно дать аналитический склад мышления, английский язык и здоровье. И действовать исходя из этого. В школе немного предметов, которые способствуют становлению аналитического мышления - математика, физика, химия, биология в старших классах. Только математика начинается с 1-го класса, но ее так много, что ребенок к пятому классу не хочет учиться. Я считаю, что по всем предметам нужно минимум в полтора-два раза облегчить программы (в таком безумном объеме они не нужны), они должны быть более простыми и понятными. Лишние предметы нужно убрать. Самопознание, начальная военная подготовка, труды, или, как сейчас их называют, технология, финансовая грамотность и подобные им.

Очень важна физкультура - дети должны быть здоровыми. Завтра они станут взрослыми, это будущее нашего общества. И здесь должно помочь государство: построить спортивные комплексы при школах. Физкультура должна стать культом. И третий пункт, который я назвал, - английский язык. Почему он? Если вы не будете его знать, то у вас будет не очень большое будущее в современном мире. Казахский и русский никуда не денутся, пока есть носители. Они будут жить. При этом не должно быть крена в одну сторону в изучении языков, важно соблюсти баланс.

Конечно, простое сокращение объемов учебных программ ни к чему не приведет. Нужно по-новому готовить студентов педвузов, подключать к этому учителей и общество. Сейчас же выпускники-педагоги вообще ничего не умеют.

- В этом году для поступления на педагогические специальности до 70 увеличили проходной балл, который нужно набрать на ЕНТ. Говорят, чтобы выпускники более осознанно делали выбор, а не шли учиться на педагогов лишь потому, что больше их никуда не приняли...

- Когда я слышу об этом, то думаю, что мне морочат голову. Вспомните, вводили ЕНТ и говорили, что оно позволит уйти от человеческого фактора, станет одним из инструментов проверки знаний детей. На самом деле оказалось, что это основной показатель работы школ. И на протяжении 14 лет в одиннадцатых классах не давали образование, а натаскивали на ЕНТ. Для проверяющих да и для родителей было важно только то, сдал ребенок тест или нет.

- Есть что-то общее с СОРом и СОЧем. Сначала говорили, что это более эффективная оценка знаний, а теперь пришли к тому, что ее нужно менять - у суммативок куча недостатков.

- Я считаю, что СОР и СОЧ - принципиально плохая штуковина. Они, как меч: написал - плохо, хорошо ли - уже ничего не исправить. Раньше после контрольной была работа над ошибками, потом самостоятельная, которая закрепляла этот материал. Теперь этого нет. И нынешняя система оценки знаний отбивает всякое желание учиться. Нужно вернуться к традиционным оценкам, просто не пугать ими детей, не делать из предмета - математики или химии - страхолюдный инструмент.

- Но многие ваши коллеги так и делают. Оценки - наше все. Все и всегда зависит от личности педагога да и от родителей ребенка.

- Согласен, но оценка не должна быть столь важной. Принципиально то, чему и как мы будем учить. Что мы за это поставим: “75”, “4” или “14” - никого не должно интересовать. Когда в школе будет нормальный учитель, он не будет сводить все только к баллам, к СОРу и СОЧу. Таких педагогов надо готовить, сделать это можно за четыре-пять лет.

- Разве мы пытаемся воспитать не того ребенка, о котором вы говорите? Я сразу вспоминаю мантры Минобра: “критическое мышление”, “умение анализировать и делать выводы”…

- Это наукообразные слова. Сейчас еще говорят, что образование должно быть компетентностным. Ну и что? Надо действовать. Собрать общественный совет из экспертов (я готов в него войти), встретиться несколько раз и понять, какого ребенка мы хотим видеть, и исходя из этого поставить задачи перед образованием и начать перестраивать педагогические вузы. Да, мы можем спорить, у нас могут быть разные точки зрения, но в итоге мы должны остановиться на каком-то варианте. Это сделать трудно, но реально.

Оксана АКУЛОВА, фото Владимира ТРЕТЬЯКОВА, Алматы

Поделиться
Класснуть

Свежее