3993

“Почему вы считаете НАШИ деньги?..”

Как обманывают благотворителей в Казахстане: токсичные сборы и громкие скандалы

“Почему  вы считаете НАШИ деньги?..”

Семь лет назад волонтерская группа “Қайырымды жандар” из Алматы собрала 12 миллионов тенге на лечение девочки, которой требовалась срочная пересадка почки. Деньги перевели на счет мамы ребенка. Через несколько месяцев активисты узнали, что за операцию дочки она не платила, а все средства, как предположили волонтеры, потратила на покупку квартиры.

Суд обязал женщину вернуть 10 миллионов тенге (еще два миллиона предоставлял благотворительный фонд). На тот момент на личном счете ответчицы значились нули. Из ее зарплаты нянечки детского сада высчитывали 50 процентов. Эти деньги, около 20 000 тенге, ежемесячно поступали волонтерам в счет долга. Через год поменялся судебный исполнитель, и с должницы перестали взыскивать даже эти крохи. Можно сказать, история закончилась ничем.

Этот случай чуть ли не единственный в Казахстане, когда волонтеры пытались вернуть деньги через суд. Обычно громкие разборки начинаются и заканчиваются в соцсетях. В такие моменты вспоминают про токсичную благо­творительность - расхожее за рубежом понятие, которое в Казахстане особо не прижилось. Это агрессивные призывы помочь, бьющие наотмашь фото­графии и видео плачущего ребенка, громкие слоганы из серии “я не хочу умирать” - приемы, которыми чаще пользуются мошенники.

Проверить достоверность таких сборов сложно (документы могут подделать), но даже если речь идет о реальном ребенке, которому на самом деле нужна помощь, важной оказывается каждая деталь: поведение родителей и волонтеров, отчеты, прозрачность.

Истории с негативным оттенком (пусть даже ее участники расставили все точки над “i”) остаются в памяти и влияют на отношение к благотворительности. Любая недосказанность вредна не только для человека, который ведет сбор здесь и сейчас, но и для всех остальных.

                                                                            ***

Маленькой Эмилии КЕРИМБАЕВОЙ всем Казахстаном скинулись на самый дорогой в мире препарат - укол золгензма, который стоит почти 1 миллиард (!) тенге. Для девочки со спинально-мышечной атрофией (СМА) это был шанс встать на ноги. Гигантская сумма постепенно собралась на счетах родителей Эмилии, все ждали чуда, но… малышку еще раз обследовали за границей и не подтвердили первоначальный диагноз (в организме действительно произошел генетический сбой, но какой именно, непонятно)!

Повис вопрос: получается, укол не нужен? Тогда что с деньгами? Кто-то требовал отчета от родителей. Другие, наоборот, защищали: “Оставьте их в покое, девочка больна, ей в любом случае нужна помощь”. В последнем посте в Инстаграме отец Эмилии написал, что семья оставляет себе 50 миллионов тенге на дальнейшее обследование и лечение, а остальные деньги перечисляет другим детям. Как говорится, ложки нашлись, но осадок остался.

- Эта история имела негативный шлейф из-за того, что девочка не получила укол, на который люди отправляли деньги. Может, в какой-то степени она и повлияла на доверие людей к благотворительным сборам, но родители Эмилии в этом не виноваты, - считает директор общественного фонда помощи людям с нервно-мышечными заболеваниями “Омірге сен” Сабиля ШУГЕЛОВА. - Анализ, после которого изначально поставили диагноз СМА, делали в государственной лаборатории Астаны. Родители были убеждены, что девочке может помочь препарат золгензма, который рекомендуют вводить, пока ребенку не исполнилось два года, и хотели успеть.

Когда выяснилось, что укол девочке не нужен, семья вернула деньги в те фонды, которые перечисляли средства для Эмилии, помогли другим детям. Почти 30 миллионов тенге перевели в “Өмірге сен”.

Поэтому я не называла бы этот сбор токсичным - семья поступила порядочно. Расходы на обследование и лечение у них были, оставшуюся сумму вернули и, насколько я знаю, отчитались. Другое дело, когда на собранные средства закрывают кредиты или покупают машины, берут деньги, зная, что болезнь неизлечима.

Есть и такое. Мне кажется, для некоторых волонтерских групп сборы превратились чуть ли не в бизнес. Подтверждений у меня нет, но я слышала, что иногда они просят процент от перечисленной суммы. Мы видим случаи, когда семья продолжает искать деньги на лечение, которое заведомо не поможет ребенку из-за особенностей диагноза или возраста (есть препараты, которые применяются только в раннем детстве). У родителей должна быть решимость остановить сбор, но она есть не у всех. Кто-то надеется на чудо, кто-то привыкает к таким деньгам, а кого-то убеждают продолжать сами волонтеры. Семья не может выйти из замкнутого круга.

                                                                          ***

За 10 лет алматинка Анна ТОКИШЕВА помогла закрыть более 700 сборов на лечение детей.

- Я требую подтверждающие документы, спрашиваю, пытались ли получить помощь в Казахстане, и, если вижу, что все варианты исчерпаны, соглашаюсь участвовать. Предупреждаю, что нужно написать расписку: деньги обязуюсь потратить на лечение, после начала сбора буду предоставлять отчеты в соцсетях каждые пять-десять минут. Услышав эти требования, 90 процентов родителей исчезают.

У всех свои причины, скорее всего, кто-то помимо лечения хочет собрать и на житье-бытье, что-то купить. Сбор, особенно если речь идет о крупных суммах, это испытание. На простого, не самого обеспеченного человека сваливаются большие деньги. Некоторые возмущаются: “Почему вы пытаетесь считать НАШИ деньги?! Зачем в режиме нон-стоп публиковать отчет о поступлении каждой тысячи тенге?!” Когда люди видят суммы, с одной стороны, это подстегивает их помочь, включается азарт, с другой - возникает доверие.

- В сети легко манипулировать чувствами людей. Есть потребность помочь, но нет желания проверять достоверность информации, - продолжает Анна. - Действует принцип “делай добро и бросай его в воду”. Если же человек начинает задавать неудобные вопросы, появляется агрессия (и необязательно от родителей, всегда найдутся сочувствующие): “Вы не видите, что ребенку плохо?! Как вам не стыдно?!”

- Многие считают, что на сборах зарабатывают и родители, и волонтеры. Вам об этом говорили?

- В лицо никогда, но я знаю, что такое мнение есть. Я за помощь никогда ничего не беру, хотя однажды мне позвонили и предложили 10 процентов от суммы сбора - речь шла о больших деньгах. Естественно, отказалась.

Про процент от сбора мне говорили (иногда не под запись) несколько человек. Речь не только о парнях с благотворительными боксами, которых снова полно на улицах казахстанских городов (см. “Кому беда, а кому мать родна”, “Время” от 14.10.2023 г.), о блогерах и волонтерах.

Два года назад в центре скандала оказался известный в Инстаграме под ником superpapa_serik Серикжан ТЛЕУЛЕСОВ. Женщина, которая обратилась к нему с просьбой о помощи, рассказала, что он просил 20 процентов от перечисленной суммы. Блогер почти с миллионом подписчиков тут же все опроверг: мол, эти деньги он сразу же перечислил другому больному малышу. И добавил, что больше участвовать в сборах не будет. Опять же, история эта широко разошлась.

                                                                            ***

- Вы соберете три миллиона, которые нужны на операцию, и остановитесь на этом? Вы в этом уверены? - этот вопрос настойчиво, с нажимом, задавала совершенно посторонняя женщина, которая позвонила Зарине МИНГАЛЕЕВОЙ и предложила помощь.

На тот момент алматинка в очередной раз искала деньги на лечение дочки Карины в Израиле. Оставалось добить как раз три миллиона тенге. Случайная благодетельница предложила соз­дать страничку Карины, которая будет отображаться в Google-поисковике, и начать на нее сбор.

- Звонившая просила открыть отдельный счет и сразу предупредила, что определенный процент мы должны будем отдавать этой организации (я даже не знаю, что это было - фонд или какая-то компания), - делится подробностями Зарина. - Поэтому она живо интересовалась: остановимся ли мы на трех миллионах. Насколько я понимаю, деньги по этой схеме можно собирать бесконечно.

От сотрудничества наша героиня отказалась.

- Я считаю, честнее открывать сбор под определенную сумму, которая тебе действительно нужна, - обозначает свою позицию Зарина. - Мы всегда просили только на лечение, остальные расходы покрывали сами, но у людей разные ситуации. Нечем оплатить жилье за границей, питание, билеты. Напиши как есть - и тебе помогут, люди у нас очень отзывчивые. Но главное - оставайся честен.

Можно обмануть, но какой ценой для других? Не хочу никого обсуждать и осуждать, каждый отвечает за свои поступки. Я знаю случаи, когда в Израиле умирали детки, но их родители не хотели отдавать другим нуждающимся собранную на лечение сумму, хотя их об этом просили. На счете 100 000 долларов, они оставляли их себе. А кто-то, наоборот, делится последним, отрывает от себя. Нельзя всех под одну гребенку.

Что делать людям, которые не разбираются в мутных схемах, а просто хотят помочь?
1) Внимательно изучайте подтверждающие необходимость денег (допустим, на лечение) документы (они должны быть в любом случае).
2) Есть желание и время, посмотрите, действительно ли лечение стоит столько или можно найти варианты и клиники дешевле.
3) Проверяйте отчеты о сборах и расходах, они должны быть исчерпывающими.
4) Не стесняйтесь задавать вопросы. Если на них реагируют неадекватно - делайте выводы.
5) Нет времени на все вышеперечисленное, помогайте через волонтеров или фонды, которым доверяете.
6) И главное, не забывайте, что многим, кто ведет сборы, на самом деле нужна помощь.

    Оксана АКУЛОВА, фото Владимира ЗАИКИНА, Алматы

    Поделиться
    Класснуть