1706

Испытательный срок для родителей

В Атырауской области идут жаркие споры, нужно ли возвращать в родную семью шестерых детей, которых забрали в региональный центр адаптации несовершеннолетних?

Испытательный срок для родителей
Сандугаш КУКЕНОВА и Адай САКЕН встретились с детьми из Курмангазинского района и работниками ЦАНа.

Про шестерых детей из отдаленного Курмангазинского района с тревогой сообщил некий Казахстанский союз родителей: мол, их “упекли” в казенное учреждение. В соцсетях разместили видео, как в дом приходят специалисты органов опеки, фиксируют беспорядок в помещении, пустые грязные кастрюли, голодных полураздетых детей и мать, которая объяс­няет, что ей “все время кажется, что кто-то хочет ее убить”. Затем сообщается, что, пока главы семейства не было дома, детей забрали в Атырау, в центр адаптации несовершеннолетних (ЦАН).

Инстаграмные активисты возмущены и требуют вернуть детей в семью, гневные комментаторы ругаются на органы опеки, акимат, учителей: мол, почему и как допустили?.. Появились призывы скидывать деньги на различные телефонные номера вроде как в помощь детям. Позже выяснилось, что это мошенники открыли сбор.

Страсти кипят, вот я и решила подключиться к ситуации, разобраться и, если потребуется, помочь.

                                                                            ***

Всего у супругов Анастасии и Виктора К. семеро детей. Самой старшей уже 19, последышу и года еще нет. Жили поначалу у родного брата главы семейства, впятером ютились в одной комнате, там же родились еще двое малышей. В доме не было газа, грелись постоянно включенной плиткой. И однажды случилось страшное: половина дома, где проживали Настя с Виктором и детьми, сгорела дотла, хорошо, что сами не пострадали.

- Это было в 2015-м, - рассказывает Толкын АЖГАЛИЕВА, директор школы имени М. Ломоносова села Курмангазы, где учатся дети супругов К. - Когда случился пожар, администрация школы вышла с просьбой предоставить нашим ученикам и их семье жилье. Акимат им нашел комнату в общежитии. Однако через какое-то время семья решила вернуться в прежнее жилье к брату, в уцелевшую от пожара избу. Летом 2019-го крупная неф­тяная компания, узнав у местной администрации об этой многодетной нуждающейся семье, купила им дом из трех больших комнат, летней кухни, бани. Внутри даже сплит-систему установили, а кладовку забили доверху макаронами, крупой, сахаром, маслом. Приобрели детям школьную форму, портфели. Но перед самым началом нового учебного года Виктор приходит в школу: моим детям нечего надеть, они учиться не придут! Спрашиваем: а где одежда, что спонсоры дарили? Отец отвечает: за лето все поизносилось! Пришлось нам, учителям, скинуться и купить необходимое для учебы.

В 2020 году, продолжает директор школы, у матери семейства началось сильное обострение (она страдает психическим заболеванием, но родные не придавали этому значения). Начала по ночам буянить, а то и драться с мужем. Местные жители даже звонили в школу, а директор школы - участковому.

- Соседка их, Бакыт-апа, прямо ночью меня с кровати поднимала: “Приходите, не то мать сейчас убьет всех в доме!” - добавляет Ажгалиева. - Приезжаем: дети - в уголочке, зашуганные. Когда началось из-за ковида онлайн-обу­чение, мы стали навещать отстающих. Не раз замечали, как дети семейства К. чуть ли не голые ходят, а была осень. В доме на полу ничего нет, хотя при заселении компания подарила много ковров, а тут - на куртке на полу спят малыши. Ну что, мы - в сельский округ, скинуться на ковры, кровати. Купили.

Сегодня в ЦАНе находятся 22 ребенка.

В 2021-м снова звоночек: Настя стала бить детей. Это рассказала учителям дочь Маша, старшеклассница. А когда малыш Саша с огромными волдырями бегал - то ли на горячий чайник сел, то ли на кастрюлю, школа вызвала медсестру зафиксировать травмы и обратилась в комиссию по делам несовершеннолетних. Вызывали на заседание супругов, те обещали исправиться. Но… дети остались предоставлены самим себе. Бродили по району в поисках пропитания, в лохмотьях. После очередного визита в семью комиссия по делам несовершеннолетних приняла решение на два месяца ограничить родителей в правах на детей, и органы опеки по постановлению ювенальной полиции забрали всех несовершеннолетних в центр адаптации.

Я отправилась навестить там детей.

                                                                          ***

…Толпа детишек, очень похожих друг на друга, высыпает во двор. Девочка лет девяти и пацаненок на вид 11-12 лет подбегают ко мне и трогательно обнимают.

- Салематсызба, апай! Как у вас дела? - расплывается в улыбке веснушчатый мальчуган.

- Да, ласку любят, - замечает мой растерянный вид директор центра Галия БИЖАНОВА. - Все дети, которых я видела за семь лет своей работы здесь, ждут, когда их обнимут или скажут приятное слово. И родителей тоже очень ждут.

Я вспоминаю, как директор школы Толкын Ажгалиева рассказывала мне про Никиту: он приходил в школу исправно, не пропускал почти никогда. Но считать в свои 10 лет умеет только до 100 - задержка умственного развития. Однако этот мальчуган обеспечивал семью: когда отец пропадал на работе или еще где, Никитос рыбачил, продавал рыбу и покупал на вырученные деньги хлеб, еду братьям и сестрам.

- Мы ему приобретали для школы портфели хорошие. А он их в рыбе уделывал. Пойдет после школы на рыбалку и прям в порт­фель сазанов да судаков кладет! Приходит и спрашивает: вам рыба не нужна? Я покупала, хотя и не люблю рыбу, - делилась директор школы.

Галия Бижанова: даже чистая постель не заменит родительского тепла.

А сейчас в ЦАНе Никита сидит и смотрит телевизор. Дома телевизора не было. Скоро обед: сегодня будет салат из капусты, сельский суп, куырдак и печеньки! Дома мама не готовила: соседи рассказывают, что, когда в прошлом году семье на Курбан-айт подарили мясо барана, она даже не знала, что с ним делать. Добрые люди сварили, дети жадно уплетали. Настя не умеет не только готовить, но и стирать: когда вещи испачкаются, она сразу выбрасывает. Как говорят в комиссии по делам несовершеннолетних, женщина не знает цену вещам. Когда у нее случаются приступы, члены комиссии советуют Виктору положить ее на лечение, но он отмахивается: хотите, чтобы потом говорили, что я жену в психушку упрятал?

                                                                              ***

В ситуации также попыталась разобраться член общественного совета Атырауской области Сандугаш КУКЕНОВА. Со своим коллегой из совета Адаем САКЕНОМ она съездила в ЦАН, посмот­рела, как живут дети.

- Никто не хочет специально упрятать в детприемник! Государство заинтересовано вернуть ребят родным маме и папе. Пусть только те наведут порядок. Я не знаю, почему народ ведется на ложную информацию. Мы выяснили, что сначала написали провокаторы: мол, детей забрали из-за того, что не было в доме холодильника. Оказывается, ситуация другая совсем была. Адай Сакен сходил лично к отцу семейства. Эти, так сказать, общественники, радеющие за семью, пугают, что, мол, примут закон, который позволит просто так отбирать детей. И - верите, нет? - за несколько дней петицию против обновленного закона о семье подписали 500 женщин Атырау! Не знаю, как можно донести до людей, чтобы не доверяли провокаторам! - эмоционально высказалась Сандугаш Кукенова.

Психолог Нелли КУЛИКОВСКИХ, по долгу службы давно общающаяся с контингентом ЦАНа, считает, что эту историю раздувают ради хайпа.

- Опека без суда и документов ничего не решает. Подумайте: кому нужна эта проблема - забирать детей просто потому, что какому-то чиновнику так захотелось? Но! В первую очередь нужно, чтобы мама с папой понимали всю степень ответственности за своих чад. После того как детей забрали в ЦАН, отец, может, задумается и работу хорошую найдет. Да и мать предохраняться будет. Судя по комментариям к этой новости, пока людей ведут к какой-то ненависти к органам опеки, к неприятию семейного права, - уверена Куликовских.

                                                                             ***

Сейчас горе-родители говорят, что скучают по детям, места себе не находят без них. Но готовы ли они что-то менять в своей жизни и действовать в интересах детей? Не уверена: они пока вредничают. Одна из дочек окончила 9-й класс и мечтает стать поваром. Директор ЦАНа Галия Бижанова уже занялась документами для поступления в местный колледж сервиса. Но отец категорически отказывается отдать свидетельство об образовании дочери. А без этого документа не поступить!

- Пока я вижу, что папа агрессивный, не идет навстречу, не несет аттестат, - объясняет директор. - Получается, родитель сам ущемляет права ребенка. Для поступления в колледж сейчас как раз самое время. А если оно пройдет, кто будет виноват?

- А вообще, хоть у нас тут и шестиразовое питание, чистые постели, по дому дети сильно тоскуют, пусть даже они там голодные и на полу спят, - замечает Галия Бижанова. - Но нужна ли такая семья ребенку, если он там без присмотра, без тепла и ласки?

Надежда ШУМИЛИНА, фото автора, Атырау

Поделиться
Класснуть