9676

Сообразили на троих

Как сотрудники прокуратуры выявили нарушения, потеряли из-за этого работу, восстановились через Верховный суд и теперь могут вновь оказаться на улице

Сообразили на троих

Уже второй год Канат БАЙКУНАКОВ и Ерканат БИКЕНОВ судятся со своим работодателем - комитетом по правовой статистике и специальным учетам Генеральной прокуратуры.

Оба проходили службу в КПСУ по Карагандинской области и в ходе работы установили, что в единый реестр досудебных расследований (ЕРДР) вносятся данные без соответствующих ходатайств со стороны инициаторов. Об этом прокуроры сообщили своему руководству, а последовавшая проверка выявила, что они сами виноваты в сложившейся ситуации. Приказом председателя комитета обоих уволили за грубое нарушение служебной дисциплины 7 марта 2019 года. И вот с тех самых пор Байкунаков и Бикенов прошли три судебные инстанции, и им в итоге удалось доказать свою правоту. Теперь же есть вероятность, что судьбу прокуроров будут решать сразу семь судей Верховного суда. По крайней мере, этого требует комитет по правовой статистике и специальным учетам.

Канат Байкунаков и Ерканат Бикенов на двоих отдали службе в надзорном органе более 35 лет. У одного из них вообще отсутствуют какие-либо нарушения, за которые он привлекался бы к дисциплинарной ответственности, у второго последнее замечание датируется 2016 годом.

И именно Бикенов, будучи начальником отдела управления КПСУ по Карагандинской области, подал рапорт, где указал, что необходимо устранить нарушения при внесении корректировок в единый реестр досудебных расследований. Затем последовала проверка, установившая, что сам Бикенов редактировал материалы по 216 уголовным преступлениям, а старший прокурор Байкунаков - по 139. Дисциплинарная комиссия сочла, что вина сотрудников налицо, поэтому они должны быть наказаны. С этим заключением согласился и председатель комитета по правовой статистике и специальным учетам, своим приказом уволивший обоих.

И после этого начался долгий поход Байкунакова и Бикенова за справедливостью. Сначала они обратились в Сарыаркинский районный суд по гражданским делам, требуя отменить приказ об увольнении, поскольку, по их мнению, наказание оказалось чрезмерно строгим.

Суд первой инстанции решил, что председатель комитета, уволивший своих карагандинских подчиненных, действовал в рамках закона, поэтому отказал Бикенову и Байкунакову в удовлетворении их иска. Тогда они обратились в городской суд Нур-Султана, но апелляционная инстанция оставила решение без изменений.

Прокурорским работникам оставалось только одно: пойти в Верховный суд. И здесь им в некотором роде повезло - дело попало к председателю коллегии по граж­данским делам Мейрамбеку ТАЙМЕРДЕНОВУ, который уже зарекомендовал себя как один из самых въедливых служителей Фемиды. Именно он занимался разработкой поправок в Гражданский процессуальный кодекс, касающихся усиления роли судьи в процессе для обеспечения полноты, всесторонности и объективности исследования любого дела.

Коллегия по гражданским делам Верховного суда согласилась с тем, что изгнания со службы Байкунаков и Бикенов не заслужили. В связи с этим Верховный суд отменил решение Сарыаркинского райсуда и удовлетворил иск, признав незаконным пункт приказа о наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

Более того, на центральном телеканале даже вышел большой сюжет, где судья Верховного суда Ботагоз ЕРАЛИЕВА прокомментировала изменение решения.

- Местные суды ошибочно пришли к выводу о том, что совершенные истцами действия представляют собой грубые нарушения служебной дисциплины, - объяс­нила судья. - Выбор вида дисциплинарного взыскания относится к компетенции руководителя соответствующего подразделения работодателя. В нарушение пункта 2 статьи 57 закона “О правоохранительной службе” при наложении дисциплинарного взыскания не были учтены тяжесть и обстоятельства совершенного дисциплинарного взыскания, личность сотрудников и отношение их к службе. В законе “О правоохранительной службе” не указано, какие именно дисциплинарные проступки относятся к грубым нарушениям служебной дисциплины. Истцы ранее не привлекались к дисциплинарным взысканиям и самостоятельно выявили допущенные нарушения, сообщив об этом руководству.

Получается, что дисциплинарная комиссия сделала вывод: два карагандинских прокурора грубо нарушили служебную дисциплину, хотя в профильном законе такого понятия, как “грубое нарушение”, вообще нет! А суд в этом разобрался. Одним словом, люди доказали свою правоту, их восстановили на работе, никто не пострадал. Однако в управлении комитета по правовой статистике и специальным учетам Генеральной прокуратуры по городу Нур-Султану не согласились с позицией Верховного суда. Из этого органа на имя председателя ВС Жакипа АСАНОВА поступило ходатайство о пересмотре дела. Но как это осуществить, ведь Верховный суд - это последняя инстанция? Оказывается, это вполне возможно.

Постановления кассационной инстанции могут быть пересмотрены в некоторых случаях, предусмотренных в Граж­данском процессуальном кодексе. В статье 438 ГПК указаны основания для пересмотра, всего их три.

1. Случаи, когда исполнение принятого постановления может привести к тяжким необратимым последствиям для жизни, здоровья людей либо для экономики и безопасности Республики Казахстан.

2. Случаи, когда принятое постановление нарушает права и законные интересы неопределенного круга лиц или иные публичные интересы.

3. Случаи, когда принятое постановление нарушает единообразие в толковании и применении судами норм права.

Логично, что первый и второй пункты не особо подходят для спора между работниками и работодателем - восстановление прокурора на службе на национальную безопасность точно не повлияет, да и ничьи права в данном случае не задеты. Остается третий вариант - нарушение единообразия в толковании и применении судами норм права. И еще один нюанс: в том случае, если ходатайство удовлетворят и постановление кассационной инстанции будут пересматривать, делать это придется сразу семи судьям! Представляете, и все это из-за увольнения двух карагандинских прокуроров!

Разумеется, не нам судить, нарушено ли единообразие в разбирательстве Бикенова и Байкунакова. Но наша газета не так давно писала о другом восстановившемся на работе сотруднике надзорного органа Ержане ЕРАЛИЕВЕ. Он занимал высокие должности в Генеральной прокуратуре и в июне 2018 года дал команду подчиненным собрать деньги для проведения торжественного мероприятия. Нужную сумму собрали, однако затем проступок высокопоставленного сотрудника рассмотрела дисциплинарная комиссия, установившая, что он нарушил кодекс чести государственных служащих и кодекс чести сотрудников прокуратуры.

На основании этого заключения 13 августа 2018 года генеральный прокурор Кайрат КОЖАМЖАНОВ уволил Ералиева. А после того как генпрокурор поменялся, Ералиев через суд доказал, что его убрали с работы незаконно. Причем это решение полностью устроило ответчика - прокуратура никаких жалоб не подавала.

То есть нет никаких противоречий в том, что сотрудники надзорного органа восстанавливаются на работе через суды - даже в прокуратуре ничего против не имеют! (см.”Ради общего дела”, “Время” от 11.5.2020 г.).

Да и в целом в действиях прокуратуры настораживает странная тенденция. И есть еще один свежий пример, доказывающий, что для некоторых сотрудников в надзорном органе создают особые условия. В Актюбинской области на днях был задержан кандыагашский транспортный прокурор Махмуд-Султан ОТАН. Антикоррупционная служба заподозрила его в неоднократном получении взяток от местного предпринимателя за общее покровительство, трижды фиксировала, как бизнесмен отдавал деньги, и наконец водворила прокурора в следственный изолятор.

Однако затем в игру вступила прокуратура Актюбинской области в лице и. о. первого руководителя Куандыка РАХМЕТОВА. Он изучил материалы уголовного дела и пришел к выводу, что необходимо отменить постановление о квалификации деяния на том основании, что борцы с коррупцией расследовали получение взятки сотрудником полиции, но неожиданно вышли на прокурора. Но так нельзя - необходимо, чтобы все нормы закона были строго соблюдены. Остался лишь один вопрос: что же делать со взятками - оставить Ота­ну или вернуть бизнесмену?

А теперь давайте вернемся к ситуации с двумя уволенными, а затем с сумевшими восстановиться на работе карагандинскими прокурорами. Сейчас в Верховном суде рассматривают ходатайство о пересмотре постановления кассационной инстанции, причем представление должен внести председатель Жакип Асанов. И здесь тоже возникает логичный вопрос: почему этого не сделал генеральный прокурор Гизат НУРДАУЛЕТОВ, ведь ГПК наделяет его такими полномочиями? Но он остается в стороне, а ходатайство на имя председателя Верховного суда подает одно из подразделений Генеральной прокуратуры. Складывается впечатление, что в данном случае кто-то хочет столкнуть лбами Асанова и председателя коллегии по гражданским делам Мейрамбека Таймерденова, чья позиция по рядовому спору между работником и работодателем уже известна…

Михаил КОЗАЧКОВ, фото c интернет-ресурсов, Алматы

P.S. В конце июля я опубликовал на своей странице в Фейсбуке пост, где рассказал о трудностях общения с одним из судов Алматинской области - меня то подключали к процессам, проходившим в режиме онлайн, то “забывали”. Совершенно неожиданно для меня комментировать публикацию пришли действующие судьи из разных регионов, но, вместо того чтобы объяс­нить, с чем связаны эти неполадки, они начали цепляться к словам и даже обвинять меня в лоббировании интересов одной из сторон процесса (кстати, чью правоту в итоге суд признал). Спор закончился тем, что два судьи - Елдос ЖУМАКСАНОВ из Восточного Казахстана и Кайрат ИЗБАСАРОВ из Шымкента - начали откровенно переходить на личности. Мне пришлось обратить внимание Жакипа Асанова на их поведение, и я направил официальный запрос в аппарат Верховного суда. И вот буквально позавчера пришел ответ: к Жумаксанову у его коллег замечаний нет, а в действиях судьи Избасарова комиссия по судейской этике филиала Союза судей Шымкента выявила факт нарушений норм судейской этики. В качестве “наказания” с судьей Избасаровым обсудили эту ситуацию.

И это довольно странно. За переход дороги в неположенном месте полагается штраф. За прогулку на улице без маски полагается штраф. За выброшенный мимо урны окурок полагается штраф. А за нарушение норм судейской этики - разговор по душам. Почему же судейскую этику у нас уважают меньше, чем правила дорожного движения? Например, вышеупомянутого сотрудника Генеральной прокуратуры Ержана Ералиева уволили из органов за нарушение этики госслужащего и этики сотрудников прокуратуры. Почему же за нарушение норм судебной этики не увольняют судью Избасарова? И пусть он потом через суд восстанавливается, как это сделал Ералиев. Тогда, по крайней мере, будет то самое единообразие, нарушать которое никак нельзя.

Поделиться
Класснуть