3975

Бедный ребёнок

Гульжан КИЛИБАЕВА, приемная мама: “Мы живем как в аду”

Во вторник в Алматы общественники буквально умоляли власти обратить внимание на ситуацию в приемной семье Гульжан КИЛИБАЕВОЙ и Бахыта МЕНЛИБАЕВА, у которых забирают двухлетнего приемного сына (на снимке справа). Эмоции зашкаливают!

Это была не пресс-конференция - крик о помощи.
- Шок! Беспрецедентный случай! Вопиющая несправедливость! - голосили спикеры.
Их было много. Было ощущение, что на защиту Гульжан и Бахыт, об истории которых мы уже не раз писали (см. “Кому отдать сына?”, “О бедном ребенке замолвите слово”, “Время” от 15.9.2016 г. и 27.1.2017 г.), встала вся общественность Казахстана. Приемная мама, едва сдерживая слезы, в очередной раз рассказывала историю своего ребенка:
- Полтора года мы бегаем по судам, и везде нам отказывают - все защищают права биологической матери, которая трижды отказалась от своего сына и не интересовалась его судьбой. А я, опекун, получается, никто!.. Если государство говорит, что нужно ликвидировать детские дома, оно должно нам помогать. А не наоборот.
Она умолкает на минутку. В этот момент встает супруг Гульжан:
- Я не просто опекун, я отец этого мальчика. Скажу прямо: мы его не отдадим! Я хочу, чтобы все это услышали - Генеральная прокуратура, Верховный суд... Дорогие журналисты, теперь наша судьба зависит только от вас: мы хотим, чтобы на нашу ситуацию обратили внимание. Пожалуйста, пожалейте ребенка! Он погибнет.
Двухлетний мальчик уже чувствует, что в его жизни происходит что-то неладное: он почти перестал ходить, все время сидит на руках у своих - приемных! - родителей, крепко обнимает их и постоянно целует. Его уже пытались забрать около двух месяцев назад. Тогда в дверь частного дома приемной семьи постучали судебные исполнители, Гульжан открыла.
- Зачем я это сделала?.. - плачет она. - Сын был на руках, я сразу кинулась в дом. А пока судебные исполнители звонили участковому, я смогла убежать через соседние дворы. Они открывали шкафы - всюду искали меня. С тех пор я скрываюсь. Сегодня мы оставили сына с нашей племянницей, хотя он не хотел расставаться с нами - вцепился и плачет. Мы кое-как смогли уйти. Я с ужасом думаю о том, что может произойти через неделю!
Эта неделя может стать решающей в их судьбе. На 14 февраля назначена апелляция в Алматинском городском суде. И она, если за эти семь дней в ситуацию не вмешается высокое начальство из Астаны, окончательно лишит опеки Гульжан Килибаеву. А дальше спорить будет бесполезно. Потому все буквально и умоляли о помощи.
- Суд принял беспрецедентное решение, которое мы считаем неверным. Мы хотим, чтобы через этот конкретный случай общественность услышала приемных родителей: у ребенка есть право жить в той семье, которую он считает родной. У нас не осталось другого выхода, кроме как обращаться к СМИ, - взывала о помощи директор благо­творительного фонда “ДОМ” Аружан САИН (на снимке).
- Для нас эта ситуация - беда. У меня семь приемных детей, и я очень напугана, так же как и все остальные приемные родители Казахстана, - вторила директор сообщества приемных семей Казахстана Жанна КИМ (на снимке). - Всего около 20 процентов детей, которые находятся в детских домах, не имеют родителей. Все остальные - социальные сироты, то есть у них есть мамы и папы. А это значит, что изначально их можно взять лишь под опеку или патронат, что сейчас и происходит. Мы делаем все, чтобы опекунов становилось больше, но подобные ситуации (как в случае с Г. Килибаевой и Б. Менлибаевым. - О. А.) сводят на нет всю эту работу!
- Представьте, если у Гульжан заберут ребенка? Что будет дальше? Суды смогут отнять и наших детей? - от отчаяния сыпала вопросами Жанна Ким. - Сейчас люди боятся подать заявление на усыновление. Все они спрашивают: а вдруг и с нами произойдет то же самое? Кто-то говорит, что вся эта история отразится на здоровье сына Гульжан и Бахыт. А я считаю, что его это просто убьет - мальчик этого не вынесет!
Чтобы такие ситуации впредь в принципе были исключены, общественники разрабатывают концепцию о ювенальной системе, которая должна будет четко регламентировать деятельность госорганов по поддержке и развитию детства в Казахстане.
- Может быть, эта пресс-конференция приведет в итоге к тому, что мы примем соответствующий закон о ювенальной системе! - выразила надежду председатель правления Союза кризисных центров Казахстана Зульфия БАЙСАКОВА (на снимке). - И хотела бы заметить, что этими вопросами должен заниматься не только депутатский корпус. У нас есть уполномоченный по правам ребенка, и я призываю госпожу БАЛИЕВУ (Загипу Яхяновну, детского омбудсмена. - О. А.) принять самое активное участие в разрешении данной ситуации и на системном уровне решить все вопросы, связанные с усыновлением, оформлением опекунства. В конце концов мы должны решить вопросы социального сиротства в Казахстане!
А Олег БЫЧКОВ, который вместе с супругой уже усыновил двух детей, а еще одного взял на патронат, откровенно заявил:
- Органы опеки в принципе не заинтересованы в том, чтобы помочь нам найти детей и сделать так, чтобы детских домов становилось меньше. Они просто смотрят наши документы, выдают заключение и отправляют: “Идите и ищите”. А при том подходе, который мы имеем, ребенок оказывается в подвешенном состоянии - он никто, он государственный.
- Он, конечно, наш, - попыталась смягчить супруга Олега Татьяна. - Но юридически мы не можем назвать его сыном или дочерью и в итоге оказываемся незащищенными. В любой момент к нам придут и скажут: “Извините, ребенок не ваш”. Как мебель. И никто не торопится определять статус этих детей... Правильно здесь сказали: “Ломаются жизни, ломаются судьбы”. Да, мы боимся. Поэтому мы здесь и просим о помощи.
Уже после пресс-конференции я подошла к Гульжан:
- Что вы будете делать, если суд все же постановит, что ребенка нужно отдать?
- Против закона не пойду, - вздыхает она. - Я ведь не смогу бегать всю оставшуюся жизнь. Но я не представляю, как это будет происходить! Надеюсь, что за эту неделю что-то решится. Они писали: отобрать... Отобрать - это смерть для ребенка! Он смышленый и все понимает - просыпается среди ночи и зовет “Мама!”, и если сразу не отвечаю, начинает плакать, и я вместе с ним. Сейчас мы живем как в аду...

Оксана АКУЛОВА, фото Владимира ЗАИКИНА, Алматы

Поделиться
Класснуть

Свежее